Библиотека мировой литературы для детей, т. 14: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Через все творчество Короленко в разнообразных формах проходит главная тема: формирование самосознания человека, борьба его за свое личное достоинство, гражданское служение обществу. Мы уже отчасти это видели в предыдущих рассказах писателя. Наиболее ясно эту тему у Короленко можно представить, взяв за отправную точку повесть «Слепой музыкант» и за конечную — «Историю моего современника», обширное четырехтомное, во многом автобиографическое сочинение о «былом» и «думах» Короленко, над которым он работал в 1903–1921 годах и которое так и не успел окончить.

В «Слепом музыканте» Короленко избрал в герои человека, лишенного зрения от рождения, которому выпали трудные условия развития и самоутверждения. В повести много специальных проблем, интересовавших Короленко: думает ли человек словами, когда он немой? Есть ли у слепого человека инстинктивное, органическое влечение к свету? Но как ни важны эти вопросы, широко обсуждавшиеся тогда в естествознании, медицине, все же в «Слепом музыканте» на первом плане нравственно-этические проблемы. Психологически тонко изображен процесс освоения окружающего мира слепорожденным человеком. Эта проблема получает истинную глубину благодаря тому, что становится частью более широкой гуманистической философии жизни автора: всякий человек доступными ему средствами должен отваживаться на свою защиту и защиту других, найти свое полезное место во взаимоотношениях с людьми и в служении обществу. Например, конюх Иоахим, впавший в меланхолию и замкнувшийся после того, как невеста изменила ему и вышла замуж за камердинера-немца, нашел себе усладу в музыке; и ее-то, эту мелодию на дудке, и услышал Петрусь, впервые почувствовав всю красоту мира звуков.

Рожденный в богатой помещичьей семье, Петрусь был огражден от мира простых людей, но именно оттуда пришла ему помощь. Как нежно ни любила его мать и ни старалась по-своему облегчить его участь, все-таки она невольно мешала сыну найти свое поприще. Дядя по матери, израненный в сражениях гарибальдиец Максим, с ясным сознанием цели в жизни, мудро повел воспитание племянника. Если Иоахим ввел Петруся в мир звуков и Петрусь стал впоследствии выдающимся музыкантом, то Максим со временем ввел Петра Попельского в мир высоких гражданских идей. Герой подымается не только до сознания своего человеческого достоинства, но и долга гражданина, он слышит свой радостный, призывный «красный звон». Максим рассказывал племяннику исторические предания о борьбе казаков с польскими панами. Каждый раз вопрос: «Зачем жить на свете?» — оказывался взлетом его возмужалости, напряженной работы мысли. Духовными очами Петрусь стал «видеть» мир. По-новому ему представлялись и мать, и Эвелина, и Иоахим, и Максим. В сущности, «Слепой музыкант» — поучительная вещь для всех людей: она учит поискам призвания в жизни.

В «Истории моего современника» Короленко изображает типичного молодого человека 70-х годов, преисполненного народнических настроений, ринувшегося практически осуществлять в самодержавной России высокие заветы русской революционной демократии: чтобы страна была с конституционным правлением, а народ получил землю и истинную свободу. Герой произведения Короленко — революционно мыслящий студент, который увлекается идеями Чернышевского, произведениями Некрасова и Тургенева, изучает работы теоретиков народнического движения — Ткачева и Лаврова, участвует в студенческих стачках и «беспорядках». Короленко имеет в виду во многом себя, свою судьбу, рассказывает, как он погрузился в активную общественную борьбу. Тут дана история целого поколения: Нечаев, Серно-Соловьевич, Мышкин, Натансон, Засулич, Фигнер, Желябов, Лопатин. Короленко показывает, какая долгая и упорная революционная борьба в России предшествовала борьбе большевиков, которые осуществили победоносную революцию в октябре 1917 года. Главная тема творчества здесь была поднята Короленко на чрезвычайную высоту и получила достойное конкретно-историческое завершение.

Александр Иванович Куприн (1870–1938) принадлежал к той плеяде писателей критического реализма, юность которых падала на годы общественной реакции и которые не прошли идейной закалки, столь характерной для Короленко. У Куприна были большой жизненный опыт, наблюдательность, яркий дар художественной изобразительности, умение занимательно строить сюжет, несомненная общая гуманистическая направленность творчества, но четких выводов он не предлагал.

Перед Куприным вставали еще дополнительные трудности роста, связанные с особенностями его биографии. Не имея никакого призвания к военной службе, Куприн по настоянию овдовевшей матери в течение десяти лет провел в закрытых военных учебных заведениях. Кадетский корпус, Александровское училище задержали творческий рост будущего писателя. Подпоручиком пехотного полка он служил в глухой провинции. А выйдя в отставку в 1894 году, некоторое время должен был пробавляться мелкой литературной работой в Киеве. Ему приходилось скитаться в поисках случайных заработков, быть грузчиком, петь в церковном хоре, выполнять обязанности землемера, изучать врачебное дело, рыбачить в Балаклаве. Об одном из своих злоключений он поведает в рассказе «Как я был актером» (играл в Сумах в среде невежественных «жрецов сцены»). Он работал также на заводе русско-бельгийского общества в Юзовке.

Только в 1896 году Куприн приобрел заметную известность повестью «Молох», в ней он одним из первых русских писателей изобразил, по впечатлениям от Донбасса, русских капиталистов и как они эксплуатируют рабочих. Название повести своеобразное. Куприн прибегает к символике. Библейское божество Молох постоянно требовало человеческих жертв; этот-то символ жестокой, неумолимой силы и переносит Куприн на бесчеловечную капиталистическую систему.

Куприн нарисовал панораму огромного завода, раскинувшегося на пятидесяти квадратных верстах, с четырьмя доменными печами (и двумя строящимися), с восемью кауперами, эстакадами и паровозами. Молох требовал теплой человеческой крови. Даже честно мыслящий инженер Бобров, главный герой повести, невольно чувствует себя убийцей; его беглые подсчеты в разговоре с приятелем — заводским доктором — удручающе горестны: оказывается, что рабочие не доживают до сорока пяти лет. Из тридцати тысяч рабочих завод в год пожирает сто восемьдесят человеческих жизней. Бунтуют жены рабочих, протягивая своих больных грудных младенцев уполномоченному управления акционерного общества, приехавшему ревизовать завод; голод, холод, болезни крушат семьи рабочих, ютящихся в бараках без печей: им пищу варить негде, негде обсушиться. Повесть заканчивается забастовкой рабочих, поджогом завода и полным отчаянием Боброва.

При несколько натуралистическом своем характере повесть «Молох» все же построена мастерски. Правда, рабочая масса показана недифференцированно, не выделены ее вожаки, яркие индивидуальности. Но роль массы в повести значительна, и она растет: гул массы все время слышится за разыгрываемыми на поверхности сюжета событиями. Она темной стеной становится на пути перепуганной администрации, которой пришлось даже прекратить пикник в честь Квашнина; прерванными оказались медоточивые речи в честь всесильного капитала и «избранников», «благодетелей нации», которые вершат «тысячемиллионные» дела.

Повесть построена на контрастном сопоставлении Боброва с Свежевским, пройдохой и подлипалой при начальстве. Свежевский расточает комплименты Боброву и у него же перебивает возлюбленную, Свежевский рассказывает анекдоты и грязные достоверности о Квашнине-развратнике и сам соглашается на неприглядную роль подставного мужа за немалую мзду. И Квашнин подтверждает своими ухаживаниями за возлюбленной Боброва самые худшие рассказы о его сластолюбии и распущенности. Квашнин получал двести тысяч за семь заседаний в год в акционерных обществах, голый в ванне принимал просителей; тучный, объевшийся, плотоядный воротила, он был циником и лжецом.

Творчество Куприна питалось непосредственными впечатлениями жизни. Свои наблюдения над армейскими порядками он изобразил в повести «Кадеты», романе «Поединок». Поездка в 1897 году в Полесье на охоту, где он, кроме того, выращивал табак, служил псаломщиком, породила повесть «Олеся» и другие. Скитания отразились в рассказах «Гамбринус» (название пивного подвала в Одессе), «Листригоны» (о балаклавских рыбаках). Везде мы видим русскую жизнь, разнообразные, пестрые типы людей, их надежды, судьбы. Очаровывает достоверность описаний, яркая речь героев.

Но Куприну свойственно в духе тогдашних веяний в литературе и стремление выразить свои идеалы в символической, патетической форме, чрезвычайно яркой по стилю; он умеет опираться на фантазию, на некоторые высшие побуждения, которые придавали романтический колорит его произведениям. Таков своеобразный гимн вечной любви — рассказ «Суламифь», построенный на стилизации известного библейского сказания о взаимной любви царя Соломона и простой девушки «из виноградника» (сюжет «Песни песней», вдохновлявшей многих писателей и поэтов). Таков и рассказ «Изумруд» — восторженный гимн (по примеру толстовского «Холстомера») об умной, изящной, красивой лошади, бравшей призы на ипподроме, но отравленной конкурирующими коннозаводчиками; идея «Изумруда» — столкновение неподдельной естественности с жестокими нравами людей торгашеского общества.

В рассказе «Тост», напоминающем непосредственную импровизацию, Куприн пророчествует о счастливой жизни человечества в 2006 году, сумевшего преодолеть все исторические противоречия и сделать людей обеспеченными и счастливыми. Эта вещь выделяется из остального творчества Куприна, вызвана какой-то внутренней потребностью высказаться на тему о социализме.

Познакомившись в 1902 году с М. Горьким и с группой писателей-«знаньевцев», Куприн создает насыщенные обличительным пафосом, большим жизненным материалом произведения: «В цирке», «На покое», «Трус», «Мирное житие», «Корь». Особенно важен «Поединок», посвященный М. Горькому, опубликованный в 1905 году в одном из очередных сборников «Знание». Можно сказать, что это произведение создало Куприну славу большого писателя.

Центральный герой — молодой офицер Юрий Ромашов — не бунтарская личность, он даже человек безвольный, и образование у него скудное. Он погибает на нелепой дуэли. И все же он — протест против пошлости окружающей его действительности. Настоящей чести у офицерства того времени уже не было, офицерство, как и вся армия, жило в отрыве от народа. Зуботычины, издевательства над солдатами, зубрежка и шагистика, ничтожество интересов — вот что характеризует бурсацкие нравы тогдашней русской армии. Самое позорное в армейском быту тусклого времени заключалось в том, что никаких реальных побед у армии не было, она была реакционной силой в руках реакционнейшего правительства, орудием позорных расправ над народом. А тогда, когда писался роман, армия уже потерпела поражение в русско-японской войне. Перед глазами честно мыслящего, беспокойного Ромашова, пытавшегося решить мучившие его вопросы, проходят сцены вопиющих безобразий, узаконенных уставом и традициями, во имя православия и самодержавия. Горестно говорил Ромашов офицеру Веткину: «Мы все, Павел Павлыч, все позабыли, что есть другая жизнь. Где-то, я не знаю где, живут совсем, совсем другие люди, и жизнь у них такая полная, такая радостная, такая настоящая. Где-то люди борются, страдают, любят широко и сильно… Друг мой, как мы живем!»

Протест «маленьких людей», мечтателей — излюбленная тема Куприна. На старую, избитую тему («Он был титулярный советник, она — генеральская дочь…») написан рассказ «Гранатовый браслет». Но Куприну удается с огромной силой убедительности отстоять право на любовь по выбору сердца. Чиновник контрольной палаты, некий Желтков, влюбился в барышню-аристократку, вышедшую затем замуж за князя. Внешние знаки любви, назойливые письма, наблюдения за ее прогулками, визитами, подарок ей роскошного гранатового браслета, приобретенного ценой растраты казенных денег, и, наконец, самоубийство — все это могло бы поставить героя в смешное мелодраматическое положение, исключить всякую возможность доброжелательного к нему отношения. Но этого не случается. Желтков с таким достоинством нес бремя своей безответной любви, что расхожие определения, как «ненормальный», «маньяк», отлетали прочь. Знакомый Веры Николаевны, рассудительный генерал, друг их дома, вполушутку, вполусерьез угадывает самое сокровенное: «Может быть, твой жизненный путь, Верочка, пересекла именно такая любовь, о которой грезят женщины и на которую больше неспособны мужчины».

Когда две грозные силы — ее муж, князь Василий Львович Шеин, и ее брат, товарищ прокурора, — пришли на скромную квартирку Желткова, чтобы укротить «сумасшедшего» и заставить забрать обратно свой подарок — гранатовый браслет, а товарищ прокурора еще и пригрозил ему «мерами», то скромнейший и стушевавшийся было Желтков поистине восстает духом. «Простите. Как вы сказали? — спросил вдруг внимательно Желтков и рассмеялся. — Вы хотели обратиться к власти?.. Именно так вы сказали?» Он положил руки в карманы, сел удобно в угол дивана, достал портсигар и закурил. Власти бессильны в вопросах чувства. Он в лицо присутствующим твердо, уверенно и с горячим возбуждением заявил, что любит Веру Николаевну: «Семь лет безнадежной и вежливой любви дают мне право на это».

У Куприна много рассказов о «детях природы», не испорченных цивилизацией душах, способных на полноту чувства. Он явно идеализирует жизнь «естественных» людей, которые привыкли общаться с природой и чистотой и непосредственностью своих чувств противостоять миру пороков, корыстного расчета, пустопорожней мечтательности, безволия. Таков образ Олеси в рассказе «Олеся». Олеся живет с бабушкой непритязательной жизнью, в лесной глуши. Она встретилась с русским интеллигентом Иваном Тимофеевичем, человеком весьма средних достоинств. Ее душе свойствен гармонический склад, она непосредственно откликается на зов чувства любви. Эти темы уже много раз затрагивались в литературе. Пушкиным в «Цыганах», Лермонтовым в «Бэле», Толстым в «Казаках». Но Олеся превосходит женские образы этих произведений своей сложностью. Олеся противостоит надругательствам суеверной толпы, не принимает она снисходительного к себе отношения Ивана Тимофеевича, который предлагает ей стать его женой. Олеся естественна и проницательна в своих чувствах и не хочет стеснять ни своей, ни чужой свободы. Она оказывается мудрее цивилизованного интеллигента.

Лучшие вещи у Куприна — где «маленький», «естественный» человек умеет за себя постоять.

Трогательный детский рассказ написал Куприн под названием «Белый пудель». Так и видится эта милая бродячая труппа: старик с шарманкой, мальчик-акробат Сережа с ковриком под мышкой и впереди бегущий белый пудель с мохнатыми ушами, Арто. Много радостей зрителям приносили эти маленькие бедные люди своими представлениями, много сил они должны были потратить, чтобы отстоять свое тесное содружество и не расстаться, несмотря на грубую силу, которая обрушилась на них в одной из богатых крымских усадеб. Сколько человеческого достоинства выказал старик шарманщик, не пожелавший продать Арто для забавы болезненно-капризного сынка богатых пресыщенных родителей, сколько мужества и отваги проявил Сергей, чтобы вернуть выкраденного у них Арто.

И наоборот, ослабляются даже лучшие вещи Куприна, где протест «маленьких людей» извращен. Бобров в «Молохе» становится наркоманом; Ромашов в «Поединке» не видел реального пути избавления; кончает самоубийством Желтков в «Гранатовом браслете»; «Гамбринус» заканчивается более чем сомнительным выводом: «Ничего! Человека можно искалечить, но искусство все претерпит и все победит». Нота социального протеста недостаточно сильно звучала у Куприна.

Куприн испытывал некоторую растерянность в революционные годы. Февраль 1917 года он встретил сочувственно, но сотрудничал с эсерами. Сотрудничал и с М. Горьким в издательстве «Всемирная литература», ездил из Петрограда в Москву и был принят В. И. Лениным, предлагая свои услуги по изданию крестьянской газеты. Но, постоянно живя в Гатчине, Куприн оказался отрезанным во время наступления войск Юденича на Петроград и при отступлении белых ушел вместе с ними. Трудна была эмигрантская жизнь, Куприн тосковал по родине и наконец испросил разрешения вернуться в Советскую Россию.

Он искренне восхищался происшедшими переменами в его родной стране. Но особенно его восхищали советские люди, их жажда учиться и то, что они помнили его первоклассные произведения, Куприна «знали».

Иван Алексеевич Бунин (1870–1953) — выходец из обедневшей дворянской семьи, все имение которой составлял небольшой хутор Бутырки близ Ельца, в подстепье, посреди хлебов.

Ничего аристократического в воспитании Бунина не было. Он с детства проникся уважением к народу и хорошо знал его жизнь, радости и печали, достоинства и недостатки. Лично он жил почти всегда бедно, служил статистиком, секретарем, журналистом, библиотекарем. В отрочестве был, вслед за братом Юлием, вольнодумцем народнического толка, посещал в Харькове в 1889 году кружок «радикалов». Потом увлекся учением Толстого.

Зрелая духовная жизнь Бунина началась с 1895 года, когда он в Петербурге познакомился с народническим критиком Н. К. Михайловским, в Москве — с поэтами Бальмонтом, Брюсовым. Стал посещать литературные «среды» на квартире у писателя Н. Д. Телешова на Покровском бульваре. В том же году в журнале «Новое слово» был напечатан рассказ Бунина «На край света» — о крестьянах-переселенцах, их тяжкой доле, — который приветствовал критик А. М. Скабичевский…

В апреле 1899 года на набережной в Ялте встретились Бунин, Чехов и Горький. Чехов уже был знаменит, Горький приобретал славу, Бунин только начинал писательскую деятельность. Чехов одаривал его, талантливого, молодого собрата в трудном жанре рассказа, некоторой нежностью. Горький сказал: «Вы — последний писатель из дворянства, которое дало свету Пушкина, Толстого». В тот момент, видимо, у всех троих мелькнула мысль: вот собрались писатели основных сословий России, которые делали и делают литературу: дворянин Бунин, за плечами которого Пушкин, разночинец Чехов, за плечами которого все писатели-демократы, народники, и вот Горький (Алексей Пешков), выходец из народа, которому приспела пора занять достойное место в литературе. Но если Горькому не раз маститые и немаститые говорили, что ему, как писателю из народа, будет особенно трудно пробиться, то загадочно звучат слова самого Горького по адресу Бунина: «Вы — последний писатель из дворянства…» Что они значат? Ведь связь тут Бунин — Пушкин могла показаться, как и обратная, к невыгоде Бунина: последний — то есть вроде как бы запоздалый, не обязательный для литературы.

Тематика и проблематика рассказов Бунина вызывала одобрение и нарекания. Это верный признак, что появилось оригинальное, неподдельное дарование: «Антоновские яблоки», «Золотое дно», «Деревня», «Суходол».

Современная Бунину критика много раз заявляла: Бунин — певец старого барства, усадебной печали, осенней грусти, увядания, дворянских гнезд, оскудения и запустения, уходящей России. Он и сам не раз подавал поводы к таким умозаключениям. Кроме того, резкий в суждениях, неуживчивый, эгоцентричный, с тяжелым характером, Бунин — об этом говорят все мемуаристы — на каждом шагу ожесточал своих критиков.

Он много раз подчеркивал, что не застал уже проявлений крепостничества, умилялся старой жизнью, уверяя, что между барином и мужиком в быту была небольшая разница; выпорет, скажем, барин слугу Гераську в обед, а вечером, глядишь, оба «жундят» на балалайках. Обогащали баре свою хилую кровь здоровой крестьянской кровью, женясь иногда на неровнях. Беззаветно и безответно влюблялись в суровых господ крестьянские девушки («Суходол»). Все это имело основание выглядеть идиллией. Казалось, Бунин порывал с одной из основных, гуманистических традиций русской литературы.