— Нет, добрый мой барон, я не собираюсь нападать на тебя. И ты не думай проделать то же самое со мной. Все, что бы ты ни сотворил с этим Дваером, будет впитано Мечом Заклятий и обращено против тебя, даже если я и знать ничего о твоей попытке не буду! Но смотри же!
Он простер руки. В одной был локон черных человеческих волос, а в другой что-то маленькое и измятое.
— Кожа и волосы человека, которого, как я надеюсь, Меч Заклятий поразит и подчинит нам. Это все должно обеспечить мне точность удара, чтобы я достал того, кого нужно.
Фелиндар сглотнул комок, затем взмахнул мечом.
— Делай, — коротко сказал он.
Амбелтер поклонился, словно придворный, получивший приказ короля, повернулся к клетке и положил сморщенный лоскуток кожи на перекрестье двух ярких линий, а волосы — в другую такую же точку. Хотя линии были всего лишь светящимся воздухом, оба предмета лежали словно на полке или столе.
Барон уставился на них и вздрогнул. Эта магия могла быть так же просто применена и к нему, и к кому угодно.
— И кто этот несчастный?
— Эзендор Черные Земли, — мягко сказал Амбелтер. — Барон, некогда регент, самый ненавистный для меня человек в Аглирте. Я должен достать его, прежде чем заклинание, которое я наложил на захваченный Бандой Четырех у змеиных жрецов Дваер, ослабнет или они сумеют разрушить его. Как только он завладеет Дваером, он сумеет защититься, и я не смогу поразить его этим мечом, как бы осторожно ни целился.
Фелиндар покачал головой.
— Надеюсь, что это удастся лучше, чем твой последний план.
Магистр холодно посмотрел на барона из глубины магического сияния и снова обернулся к мерцающей клетке.
— Я тоже, — задумчиво сказал он. — Я тоже.
Повелитель Летучих Мышей действительно смеялся — но смех его оборвался, когда Краер, входя через низкую дверь в камеру чародея, поймал прямо в воздухе двух летучих мышей и переломал им крылья, прежде чем зверьки успели его укусить. Он вышвырнул их за дверь и гулко захлопнул ее.
Остальные Князья все еще бежали, задыхаясь, и не остановились, даже когда услышали звук захлопнувшейся двери, — они знали, что Краер через несколько шагов догонит их. Они мчались вверх по лестнице, мимо стражи, которая встретила их хмурыми взглядами и выставленными копьями — вдруг какие-нибудь узники вырвались из подземелий?
— Именем короля, стоять! — рявкнул стражник у двери.
— Именем короля, дорогу! — не замедляя шага, отозвался Краер.
Стражник, заворчав, опустил копье, перегораживая дорогу, но Краер отклонился в сторону и поднырнул под него. Стражник даже не успел выругаться, как Краер уже схватился за древко копья и рванул его. Стражник потерял равновесие и попал прямо в объятия Хоукрила, который отшвырнул его в сторону, словно куклу. Солдат врезался в стену и со стоном упал. Его товарищ бросил копье и устремился к сигнальному гонгу.
— Краер! — крикнула Эмбра и с помощью Дваера попыталась отшвырнуть стражника в сторону, но второй Дваер помешал ее заклинанию. Досадливо вскрикнув, она пошатнулась из-за ответного удара Камня. Краер метнул свой кинжал рукоятью вперед — тот попал бегущему солдату в шею, и беглец упал.
Делнбон бросился в первую же открытую дверь и увидел перед собой узкую лестницу, которая вела, судя по запаху, в отхожее место. Он удовлетворенно кивнул, подтащил к двери стонущего стражника и дал ему пинка. Тот покатился по ступеням вниз и исчез из виду, а Хоукрил немедленно отправил туда же второго.
Краер захлопнул дверь, небрежно прислонился к ней и учтиво спросил:
— Да, леди Серебряное Древо? Чем могу вам служить?
Эмбра покачала головой.
— Уже целый год спрашиваю себя и не нахожу ответа — это что, такой обычай в Аглирте, шутов на службу нанимать?
Тшамарра фыркнула.
— Хорошо сказано, леди! Краер, кончай выпендриваться и поймай нам придворного или старшего по патрулю, который знает, где находится Ролин, и сможет отвести нас к нему. Давай! Быстро!
Маленький человечек обиженно посмотрел на нее.
— Знаете, леди Талазорн, что я, по-моему, весь этот день делаю? Ношусь туда-сюда, а вы все тащитесь за мной по пятам и пыхтите, как жирные куропатки! — Он трагическим жестом обвел всю сцену. — Довольно. Я уязвлен вашими словами и ухожу!
Он бросился по другому коридору, где с копьями наготове ждали еще двое стражников, недоумевая, что случилось с их товарищами.
— Дорогу! — на бегу крикнул Краер. — Высочайшие Князья приказывают!