Счастье первой тропы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Товарищи, — обратился к залу Григорий, — никого вызывать я не буду. Если желающих выступать не найдется, будет фильм. Тот, кому захочется высказаться, пусть выходит на трибуну, или к столу президиума, или к сцене, или пусть говорит с места. Если выступающий захочет, может назвать свою фамилию, если нет, то пусть не называет. Нам важна не фамилия человека, а его мысли.

— А что вы сами, Григорий Николаевич, называете совестью? — крикнул кто-то из задних рядов.

— Совестью?.. — Григорий задумался.

Стало тихо. Знали его: умел стоять за правду. Потому и любили. На последней шелеховской комсомольской конференции Григорий, критикуя Зиновия, бросил ему в лицо: «Если я сказал о тебе неправду, выступи. Но мои свидетели и правда, и эти ребята, и твоя сконфуженность». Так еще никто с Зиновием не говорил.

Зал напряженно ждал. В задних рядах привстали.

— Совестью? — Григорий набрал в легкие побольше воздуха. — Совесть — это вера в правду. Но одной веры мало. Совесть — это вера в правду и борьба за эту правду! Так я понимаю...

Воцарилась тишина. Потом в зале начали шептаться. Никто не просил слова. Каждая секунда делала паузу все более нестерпимой.

— Гриша, — зашептала Люда, — опозоримся... Народ молчит...

— Не опозоримся, — успокоил он ее. — Подожди. Пойдет сейчас народ.

Задние ряды зашевелились. Оттуда враскачку вышел плечистый парень с русой кудлатой головой. Поднялся на сцену.

— Мне трибуна ни к чему. Я на два слова. Так вот, проблема номер один — творческий труд. Проблема номер два — это проблема морали, — и он покинул сцену.

Кое-где раздались смешки. Неловкость не рассеивалась. Григорий уже хотел попросить Люду или Клима выступить для «затравки».

— Можно мне слово? — краснощекий круглый парень, напоминающий колобок, выкатился из рядов, взошел на трибуну и зарумянился.

Сходство с колобком усилилось. Коричневая ковбойка казалась хорошо пропеченной корочкой.

— Я вот считаю, что смысл жизни — здоровье. Если я здоров, значит я счастлив, потому что работаю, потому что создаю условия для счастья других. А что такое больной человек? Больной — самый несчастный человек! Я содрогаюсь при мысли, что могу оказаться больным. Знаю, погибнуть мне не дадут. Но какая жалость будет надо мной витать! Я в каждой улыбке буду ее чувствовать. А больной практически никому не нужен. Человеческая порядочность не позволяет бросить его. Но как страшно: слушать утешения и знать, что ты людям в тягость.

— К чему ты это, бублик милый? — крикнул кто-то.

— К тому, чтобы мы получше питались. Тогда в здоровом теле будет здоровый дух. Тогда здоровый человек будет лучше заниматься физкультурой, будет сильней, будет больше приносить пользы.

После колобка на трибуну поднялся бритый наголо парень с твердым взглядом и звучным голосом.

— Главное, нужно честно трудиться. Мне, тебе, ему — всем. Каждый должен чувствовать ну так — когда кран груз несет; если уронишь его, то все испортишь. Если я плохо сработаю, то и всем остальным плохо будет. Нечестно жить только для себя!

— Больно ты грамотный! — осадил его конопатый верзила. — Ты давай по существу крой. У нас тут не о коммунизме речь идет!

— Что ты мне глотку зажимаешь? Я что, о коммунизме говорить не могу? А почему я не могу говорить о своем кровном?

Зал одобрительно загудел.

— Ну ладно, — не сдаваясь, фыркнул конопатый, — вот ты о каждом здесь говоришь, словно уверен в них, как в себе. А если бы твои товарищи тебя в беде бросили, как бы ты тогда запел?

Зал притих.

— Так... это по обстоятельствам нужно смотреть...

— Ты не развивай теории, — перебил конопатый.

— Это надо посмотреть, при каких условиях. А ты бы как поступил?

— Я бы их — под суд!

— Значит, так сразу и под суд? А где ты сам был до этого?

На сцену выскочил длинный худой парень и несколько раз обошел вокруг трибуны.