— А мне больше нравится Богарт, — не согласилась Лора. — Герой на все времена и в любой ситуации — яростный и неукротимый.
— Ушам своим не верю! — с отвращением воскликнула Кейт, плюхнувшись на диван. — Вы обсуждаете мужчин! Я вот только что рассталась с четырьмя неотесанными мужланами, и они… Это белый шоколад? — Она снова вскочила, окунула палец в шоколад и стала его облизывать. — И они были так самодовольны, надменны и так полны сарказма, что просто не было сил их слушать. А Мик хуже всех. До сих пор не могу поверить, что он упомянул тот вечер, когда я натолкнулась на него в гавани, и мы…
— «Мы»? — Лора немедленно навострила уши. — Что «мы»?
— Ничего! — Кейт решила поскорее набить рот и начала усиленно претворять свое решение в жизнь. — Ничего особенного. Он тогда был в отпуске и выглядел… э… интересно. Мы поехали покататься — вот и все.
— Вы поехали покататься? — вкрадчиво произнесла Лора. — С Майклом? И это действительно все?
— Ну да, в основном… «Влипла», — подумала Кейт, заметив, что на ней сфокусировались взгляды всех присутствующих. — Ну, может быть, я немного… поэкспериментировала. Кто тут заведует видаком?
Не успела Кейт вскочить, чтобы самой взяться за видеомагнитофон, Лора схватила ее за руку.
— А ну-ка поясни, что значит «поэкспериментировала»!
— Лора, это было сто лет назад. Я просто позволила ему поцеловать меня… пару раз. Вот и все. Абсолютно все! У нас есть «Воспитывая Бэби»? Я бы с удовольствием посмеялась.
— Ты целовалась с Майклом в машине?!
— Ну, это слишком сильно сказано… Марго! — бросилась она за помощью к подруге.
— Согласна. Пара поцелуев не считается. Я сама с ним целовалась, так что точно знаю.
— Ты?! — задохнулась Лора, хватаясь за бутылку шампанского. — Ты…
— Да, и не вижу в этом ничего страшного. Кстати, я бы поставила ему высший балл за технику и стиль. А поскольку это случилось довольно давно, могу предположить, что он за это время усовершенствовался. — Марго засмеялась, заметив, как вытянулись лица присутствующих. — Ну вот, теперь миссис Ти пытается решить, стоит ли ей сделать какое-нибудь заявление или хотя бы комментарий, а мамочка пускает пар при мысли, что этот сомнительный Майкл Фьюри наложил свои губы на всех трех ее девочек.
— Я от тебя ничего другого и не ожидала, — заявила Энн, презрительно хмыкнув.
— И я не хотела тебя разочаровывать. Надеюсь, в данном случае никто не будет спорить: Майкл Фьюри один из самых опасных мужчин, и с этим не поспоришь.
17
Майкл не слишком нервничал из-за дрянных карт, которые сдал ему Байрон. Ему удавалось держаться на уровне в первый час игры, делая скромные, даже предсказуемые ставки. Майкл знал, что за карточным столом — любым карточным столом — необходимо прежде всего изучить партнеров.
«Они все хороши, — признал он. — Все трое. Простофиль здесь нет». Но и Майкл был не лыком шит. Если они — сливки общества — привыкли играть во дворцах, он изучал игру на корабле, где скука может заставить бросить на кон месячное жалование, лишь бы прервать монотонность существования.
Пусть все они достойные противники, у каждого можно обнаружить маленькие слабости. Когда у Джоша были хорошие карты, он постукивал большим пальцем по подбородку; а когда Джош блефовал, его глаза становились пустыми и холодными. Де Витт имел привычку тянуться за пивом, когда держал на руках комбинации высшего ранга. А Томас Темплтон… Что и говорить, Томас Темплтон чертовски осмотрителен, однако на втором часу игры Майкл заметил, что Томас усерднее попыхивает сигарой, когда готовится взять банк.
Майкл снес две карты и вытянул пару жалких троек, но, рассчитав реальные возможности, решил, что пора немного встряхнуть игру.
— Твои десять, — сказал он Джошу, подталкивая свои фишки к центру стола. — И еще десять.
— Двадцать. Я в игре. — Байрон рассеянно потянулся почесать одного из псов.
«Верный признак, что у него ничего нет», — самодовольно подумал Майкл.
— Двадцать, — увеличил ставку Томми. — И десять сверху.
— Я пас! — Джош швырнул карты рубашками вверх и пошел к буфету заправиться толстыми сандвичами.
— Я подтверждаю вашу ставку и увеличиваю ее на двадцать, — очень вежливо произнес Майкл.
— И можете драться за этот банк между собой! — Байрон оттолкнулся от стола и хлебнул пива.
«Парень повышает ставки с самой раздачи, — размышлял Томас, изучая трио очаровательных дам в своей руке. — Ну что ж, посмотрим, из чего он сделан».
— Твои двадцать и еще пятьдесят.