Зейн хмурился.
— Лентяйка.
— Все должно быть в балансе, — исправилась она. — Наше присутствие вселяет, свежую энергию в систему.
— Но мы не можем бросить это или отдохнуть, или победить, — он смутился. — Мы никогда не будем побеждены.
— Самый трудный момент работы с пациентами в приюте был, когда мы уже ничего не могли сделать, что бы им помочь.
— Потом они умирали, — напомнил он ей. — Но мы этого не делаем. Это нелегко.
— Все хватит, — сказала она. — Я должна быть довольна тем, что вообще здесь нахожусь, что я особенная и выполняю свое предназначение.
Он посмотрел на нее.
— И ты довольна этим?
Она спрашивала себя об этом, еще, когда поняла, что работа в приюте в прошлом. И этого действительно недостаточно. Она сморщила нос.
— По крайней мере, мы можем добраться до того, что нас бесит и пнуть его в задницу.
— Теперь попробуем, — он поднял кулаки. — Давайте сразимся.
— Достаточно.
Голос сверху был грозным. В одном из балконов в танцклассе она увидела темный силуэт.
— Арчер, — Зейн повернулся назад с готовой улыбкой. — Что ты думаешь?
К ее отвращению, она считала вздохи до его ответа.
— Она не ставит блок, когда ее атакуешь с левой стороны, — Арчер вышел с балкона.
Слабый солнечный свет оставлял тени на его руке с меткой демона.
Он перепрыгнул через ограждение балкона, и прежде, чем Сера могла вскрикнуть, приземлился в нескольких шагах от нее.
— Не пробуй сделать этого дома, деточка, — бормотал Зейн. — Если, конечно, ты не сможешь обратиться к своему тшуве за помощью.
— Никогда не делай так, — Сера сказала это громко. Она хотела кричать от того, как у нее билось сердце в ушах. — Я перепугалась.
Арчер приподнял бровь.
— Демон не позволит уйти мне так легко.
И тогда он напал.
Он двигался тихо и быстро, он его не видела, намного быстрее, чем другой тальян. Он завернул ей руку за спину. Он не вел. Просто считал ее напряженной.
Ее кожу стало покалывать от его контакта, ее мышцы хотели уступить пред его силой. Ей хотелось, чтобы время остановилось, и он просто дотрагивался до нее. Только ярость оттого, что он застал ее врасплох, держала ее наплаву в неустанной тяге к нему.
Она развернулась, не быстро, но достаточно сильно, чтобы сломать его захват. И увидела фиолетовый блеск в его глазах.
О, он хотел поиграть, пожалуйста. Она, что должна была смягчиться после нескольких трогательных слов о том, что не может быть злой?
Она сделала выпад вправо так, как он ожидал этого. Когда он начал атаку, она увернулась влево. Она игнорировала боль в правом плече, так как она нацелила свой левый локоть в его висок.
Он увернулся, чтобы избежать удара, и она была свободна. Она, как будто танцевала, а затем атаковала.