Она позволила своим рукам упасть по обе стороны себя.
— Ты не можешь этого знать, ты не видел ее больше.
В ней ничего не было общего с Ленор. Ленор была веселой брюнеткой, которая ясно дала понять, что она может выйти замуж за сына зажиточного фермера, но никогда не будет ухаживать за цыплятами. В то время, его уход на войну был жутко романтичным для них обоих.
Он только покачал головой и поймал вспышку эмоций, так как брови Серы соединились. Наверно, замешательство, решил он, ведь он сам чувствовал неуверенность.
— Ты бежишь подобно штормовым облакам, — бормотала она. — Иногда я вижу свет, где-то позади тебя, но главным образом его нет. Зима когда-нибудь заканчивается для тебя?
Его лицо было льдом.
— Пока, что нет.
Она покачала головой.
— Я не из-за этого впустила тебя. — Она подняла кулон, висящий на ее шее. — Я хотела сказать, что Букмекер идентифицировал это. Камень — оружие. Колун души.
— Никогда не слышал о таком. — Он дотрагивался носом до него, когда его рот был на ее соске. Он был разбит от этой мысли, наверно, это инстинкт самосохранения. Жар прошел по нему, и он изо всех сил пытался сосредоточиться на камне, а не соблазнительных линиях позади него.
— Ты не мог знать этого. Это — джинн.
От этого он сразу пришел в себя.
Она приподняла свой подбородок с намеком на отчаянные бравады.
— Разве ты не был бы счастлив, если бы я вчера не выжила?
Он уставился на кулон и подошел ближе. Она стояла спокойно, рука за спиной, а во второй лежит серый камень.
— Букмекер думает, что это опасно, — бормотала она. — Возможно, джинн-мужчина знает, что я должна играть в его команде.
— Мы опасны. Но ты не охвачена джинном.
Она поглядела на него глазами орешника, в них был целый водоворот из огней демона: зеленый, коричневый и фиолетовый.
— После того, как ты увидел мой ревен, ты сказал, что неуверен.
— Теперь уверен. — Он отверг ее вопрос, формирующийся на ее губах. — Не волнуйся, твой демон тшува. Ты думаешь, джинн выбрал бы кого-то кого бесит быть злым? Если половина зла в мире происходит от невнимания, то вторая от того, что людям нечем заняться.
— О, у меня есть вопрос, — сказала она пылко. — Как насчет некоторых ответов? Что мне делать дальше?
— Букмекер ничего не говорил?
Она колебалась.
— Не совсем. Если только о предателе.
Арчер сжал руки в кулаки. Камень остался холодным, но ее кожа нагрелась от него.
— Возможно различие между джинном и тшувой, не такие кардинальные к которым мы привыкли.
— То есть один неверный шаг, и я могу оказаться в другой стороне?
— Я говорю, что все относительно. — Как-то странно ее эта мысль успокоила. И поселила в ней желание лучшего.
Надежду.
Он позволил его южному акценту смягчить его слова.