— Сегодня ничего прошло, — сказал Хорибэ. — А?
— Говорю, поработали сегодня нормально.
— Пожалуй, — ответил я. Из-за туч выглянуло солнце. Когда мы вошли в комнату для охранников, там сидел Накагава в штатском.
— С возвращением, — сказал он, оглядев нас.
— Ты чего это здесь? Почему в штатском?
Глядя на Накагаву, я снял и отшвырнул белые перчатки. Он посмотрел на них, но тут же отвел взгляд.
— Я… — начал он.
— А? — обернулся к нему Хорибэ.
— Уволился, — решительно закончил Накагава.
— Что? Кто тебя уволил? — спросил Хорибэ.
— Никто.
— Так в чем дело?
— Я сам так решил, — ответил Накагава. Хорибэ посмотрел на меня. Я отвел глаза и закурил сигарету.
— Я, наверное, плохо поступил, — сказал Накагава, — но мне это…
— Не под силу, а? — закончил за него Хорибэ. Накагава покраснел.
— Другую работу нашел? — спросил я.
— Нет пока. Хочу домой съездить, поразмыслить.
— Ну-ну.
— Ладно, ничего, — сказал Хорибэ. — Найдешь себе другую работу. Ты парень молодой, неженатый.
— Я вам напишу.
— Ага, напиши. Слушай, а может, ты все-таки поторопился?
— Может быть. Но я уже билет купил. Боялся, что передумаю.
— Понятно…
— Спасибо вам за все.
— Да не за что.
— Счастливо.
— Пока.
— Ага.
— До свидания. — Накагава вышел из комнаты. Ноги при ходьбе он больше не приволакивал. Мы с Хорибэ сидели на диване и молчали.
— Ты видел, как он смотрел? — спросил Хорибэ.