— Еще будем удить?
— Давай.
— Послушайте… — начал Накагава, но Хорибэ прервал его:
— Все, поговорили.
До захода солнца мы наловили еще несколько десятков рыб. Тех, что покрупнее, мы потрошили, промывали и нанизывали сквозь жабры на бамбуковый прут.
К остановке мы подошли, как раз чтобы успеть на последний автобус.
Понедельник. Тучи с утра заволокли небо. Похоже, собирался дождь.
Когда я проснулся, завтрак уже был готов. Дети еще спали. Я вспомнил, что за ночь несколько раз просыпался. Перед таким дежурством это со мной бывало всегда.
Я пошел на кухню умываться и бриться. Пальцы пропахли рыбой, и, сколько я их ни мыл, запах не отставал.
Жена дала мне свежевыстиранные брюки и рубашку.
— Дождь будет, — сказала она, когда я сел завтракать.
— Угу.
— Ты чего?
— Ничего.
— А почему такой мрачный?
— Такой же, как всегда.
— Устал на рыбалке?
— Нет, я хорошо выспался.
— Поешь еще немного.
— Нет, хватит. Дай чаю.
— Пойдешь завтра?
— Куда?
— На море.
— А, пойду.
— Правда?
— Я же обещал.
— Я, пожалуй, дома останусь.
— Идем с нами.
— Да? Но я же в положении, — сказала жена, кладя руку на выпятившийся живот.
— Ну и что? Тебе полезно иногда бывать на солнце.