Я взглянул на «Аврору», и все остальное вдруг стало совершенно неважно. Все, что случилось раньше — кости, облачная кошка, — потускнело, будто на выцветшей фотографии.
— О боже! — безнадежно прошептал я. — Только посмотри на нее! Посмотри на наш корабль…
— Состояние нашего корабля для вас, без сомнения, не секрет, — начал капитан Уолкен.
Офицерская кают-компания, куда набился весь экипаж на экстренное собрание, едва смогла вместить всех — и только стоя. Вид у нас был довольно унылый, в мокрых униформах и с налипшим на лица и волосы песком. Я забился в уголок, чувствуя, что у меня мало прав находиться здесь.
— Каркас корабля до сих пор не пострадал, — говорил капитан, — и мы со старшим штурманом полагаем: нам хватит газа, чтобы поддерживать «Аврору» в воздухе, и можно разрешить пассажирам вернуться на борт. Мы не развалились на части. Но на этом, к сожалению, хорошие новости заканчиваются. Мы потеряли слишком много гидрия, джентльмены. Мы не можем лететь.
— Нет ли возможности облегчить корабль еще, сэр? — спросил мистер Чен.
— Мы можем снять все до единого ящики с грузом, и выкинуть всю мебель, и высадить всех пассажиров, коли на то пошло, и все равно нам не хватит подъемной силы даже перелететь через лагуну. В нашем теперешнем положении поднять нас может разве что рука Зевса. Поэтому мы должны оценить наши возможности. — Он повернулся ко второму помощнику радиста. — Мистер Чадхари, в каком состоянии наше радиооборудование?
— Сэр, пираты постарались на славу. Передатчик очень сильно поврежден.
— Каковы шансы починить его?
— Я работаю над этим, сэр. Но я не думаю, чтобы мы смогли послать сигнал на сколько-нибудь далекое расстояние отсюда, с земли, даже с полностью исправным передатчиком.
— Продолжайте работать. Радио может стать нашей единственной надеждой. Перед самым вторжением пиратов мы послали сигнал бедствия, но не услышали ответа. Боюсь, что в пределах слышимости не оказалось ни одного судна.
— Теперь нас объявят пропавшими без вести, сэр, — сказал первый помощник.
— Мало толку от того, что нас будут искать вдоль нашего маршрута, — ответил капитан. — Пираты позаботились увести нас далеко от курса. Грантэм?
— Трудно было сориентироваться точно, сэр, — отозвался штурман. — Они заставили нас порхать как мотылька, но я высчитал, что мы примерно в трехстах двадцати километрах в стороне от нашей полетной трассы. Мы в малоизученном закоулке Тихого океана. Шансы встретить здесь еще какое-нибудь воздушное судно близки к нулю. И, боюсь, нам не стоит надеяться, что нас найдут. Океан слишком велик. Они решат, что мы разбились и затонули.
Невеселые новости, и я видел, как кое у кого плечи явно опустились.
— Ну что ж, — сказал капитан, — думаю, самое время организовать отряд для обследования острова.
— Он может оказаться обитаемым, капитан, — заметил мистер Райдо.
— Именно на это я и надеюсь, — ответил капитан.
— Это могут оказаться дикари, не жалующие посторонних.
— Значит, нам придется пустить в ход все свое обаяние, — парировал капитан. — Может, они располагают каким-нибудь транспортом, которым мы могли бы воспользоваться, пусть не все, но чтобы хоть послать гонца с просьбой о помощи. Кто знает, может, у них даже есть радио. Мы должны обязательно все разузнать.
Я увидел, что капитан ищет взглядом кого-то в толпе, и отвел глаза.
— Мистер Круз, вы немного повидали этот остров, мне кажется.
— Да, сэр.
Я услышал несколько тихих смешков.
— Заметили ли вы хоть какие-нибудь признаки населенности острова?
— Никаких следов других человеческих существ, сэр, ни на восточном побережье, ни на центральном плато. Но остров большой и тянется на много километров на запад.
— Поселение может оказаться с наветренной стороны острова, — сказал капитан. — Мистер Круз, пойдете с исследовательским отрядом, который мы организуем.
— Да, сэр.
Я чуть-чуть воспрянул духом. Я все еще могу быть полезным, и капитан не собирается впредь держать меня взаперти на корабле — мысль, с которой я уже смирился. Но, наверное, я обманываю сам себя, думая, что капитан не сердится на меня. Просто теперь мы действительно — потерпевшие кораблекрушение, положение у нас ужасное, и, если я понадоблюсь, он меня использует. Это не значит, что он доверяет мне.
— Есть спасательные плоты, — предложил мистер Леви. — Кто-нибудь из нас может отправиться за помощью.