— Капитану Ламетру.
Резко повернувшись, он снова остановился передо мной.
— Вы знаете, чем это грозит?
— В лучшем случае — пожизненное заключение в крепости.
— Здесь… в этих подземельях… Это вас не пугает?
— Я ничего не боюсь.
— Что произошло в тот вечер?
— Я узнал, что это Ламетр, только после того, как уже обменялся одеждой, и пошел за ним во дворец, чтобы вернуть свои вещи!
— А потом?
— Больше я его не видел.
— Честное слово солдата? Я молчал.
— Должен заметить, что у меня есть очень эффективные средства, чтобы развязать язык любителям помолчать. В подземелье у вас будет время об этом подумать…
— Ваше превосходительство, там сидит куча предателей. Будет, по крайней мере, хоть один, кто попал туда, потому что не захотел никого предать…
Он поглядел на меня и начал расхаживать, заложив руки за спину.
— Вы склонны к азарту, друг мой, но отнюдь не глупы. И к тому же настоящий мужчина. Жаль, что вы скоро свернете себе шею. Ламетр — предатель! Вам это известно?
— По-моему, он невиновен.
— Что?… Вы сомневаетесь в моих словах?…
— Ваше превосходительство, я не боюсь тюрьмы. Я столько раз сидел за разные преступления, что могу раз пострадать за справедливое дело. Можете бросить меня в подземелье, заковать, четвертовать — я все равно буду повторять: Ламетр невиновен, невиновен, невиновен! И да поможет мне Бог!
Он стоял, чуть наклонившись и пристально вглядываясь в меня.
— Ладно… Меня не интересует — схватят Ламетра или нет. Это дело полиции. О чем вы хотели доложить?
— Вечером в кафе одна дама пригласила меня к себе домой. Как будто я ей очень понравился. Я сразу понял, что она только притворяется.
— Гм… Вот как?
— Так точно. Я — человек не слишком самонадеянный. Эта дама пыталась уж слишком грубо льстить мне, но я раскусил ее…
Губернатор, слегка прищурив левый глаз, смотрел на меня, как человек, чувствующий за моими словами какую-то уловку, но еще не знающий, в чем она состоит.
— Продолжайте.
— Слушаюсь. Она все время твердила, что мне должно быть кое-что известно о Ламетре и что я получу много-много денег, если выдам его…
— Гм… Ты, парень… Ты выглядишь исключительно сообразительным…
— Осмеливаюсь заметить: я не понимаю вас, ваше превосходительство.
— Ты… мне кажется… все-таки выкрутишься из беды. Не знаю почему, но чувствую, что так оно и будет…
Вот чутье у человека! Сразу понял, что к чему.