— Доброе утро, герр граф, — сказал извозчик и тут же надел свой форменный плащ. — Температура спала?
— Да, я чувствую себя отлично. Спасибо, мистер Штрудль.
— Знаете, я хотел предложить вам… этот… брандвейн. Моя золовка по сей день благодарна мне за это средство. Семнадцать лет назад она стояла на сквозняке на вокзале и…
— О, не стоит беспокоиться, я уже выздоровел. Мисс… Вы не видели даму?
— О! Конечно! Она уехала на верблюде, еще на рассвете.
— Вы в этом уверены? — спросил ошеломленный граф.
— Конечно, что за вопрос? Разбудила меня, чтобы я помог ей оседлать верблюда. Отвыкла, говорит, от седла.
Сэр Йолланд растерянно огляделся. Ему не позволяла думать боль, сжавшая горло и сдавившая грудь.
Анна…
Что-то застряло у него в горле, что-то било изнутри где-то около сердца так сильно, что пришлось присесть на кровать. Затем граф повернулся и дрожащей рукой поднял подушку.
Красная папка исчезла.
Глава шестнадцатая
1
Граф сидел на скамейке у входа, в гостиницу и разглядывал пыль у своих ног. Несколько арабских женщин что-то бурно обсуждали, слепой старик однотонно дудел и плел циновку, большая обезьяна, скрючившись, сидела на том же дереве, и верблюд жевал жвачку возле зацементированной площадки.
Герр Штрудль привязал торбу с овсом к морде Динделя, а затем выплеснул пару ведер воды на колеса коляски.
Кто их знает откуда, вчера вроде не было, прибыло пять-шесть парней на верблюдах. Они наполняли бурдюки водой, кормили и поили животных. Хозяин гостиницы поставил на стол жареное мясо. Кратохвиль собирал свои вещи и горько сетовал на то, что и здесь нет возможности поработать над романом.
— Господин, — подошел к графу только что нанятый проводник. — Через полчаса мы будем готовы.
— Замечательно. Скажите, из Иделеса можно послать телеграмму?
— Наверное, можно, господин. Ведь это крупный оазис. Но точно я не знаю — это очень далеко.
— Что? Но ведь этот оазис… Иделес?
— Этот? Что вы, господин! Иделес находится рядом с границей Судана, на другом конце пустыни. Это оазис Бимба, на север от Гамбии.
Граф даже не удивился. В обеспокоенной, сожженной лихорадкой усталой голове никак не укладывалась новая информация. Услышанное причинило ему боль. Попытка переосмыслить все дело вызвала приступ острой колющей боли в черепе. Граф был вынужден сесть и закрыть глаза.
Как они сюда попали и куда ведет человек в комбинезоне сотню ничего не подозревающих людей?
— Отсюда можно послать телеграмму? — спросил сэр Йолланд дрожащим хриплым голосом.
— Нет, господин. Но за день мы можем дойти до Валидоа, а там есть почта.
— Тогда едем… немедленно.
Все еще больной, изможденный, разбитый граф хотел что-нибудь сделать для сотни людей, которых одетый в комбинезон дьявол ведет куда-то по пустыне, и никто не знает куда.
Маленький караван двигался в быстром темпе. Диндель наконец узнал, что кнут может не только легонько щекотать кончиком, но и больно хлестать по бокам.
В полночь они вошли в Валидоа. Граф тут же послал телеграмму в сто слов на имя военного секретаря посольства. Для спасения людей… Которые сейчас шли куда-то…
После этого сэр Йолланд без сил упал на лавку.