— Да, да, пятна крови… Нет же, черт побери… крови. Их видел я, Базилоне, сторож мусорной свалки Гаспар. О боже! — вдруг прохрипел он. — Ко мне приближаются две красные, светящиеся лягушки… Аааа…
Не в силах вымолвить ни слова, он сжимал в руках трубку, из которой доносились проклятья и отборные ругательства.
Сплик!
Сплак!
Сплик!
Сплак!
— Подданный планеты Земля! — воскликнул его превосходительство Белл, вспрыгнув на левый башмак полицейского Колетти, а оттуда на телефон.
— Подданный планеты Земля! — раздраженно повторил он, глядя на обезумевшего от ужаса Колетти. — Его величество принц Рам, чрезвычайный и полномочный посол планеты Конк, правитель Азупа и личный советник императора Витулина, желает, чтобы его представили правителю вашей империи.
— О господи! — прошептал полицейский агент Колетти и рухнул на пол, едва не придавив принца Рама. Принц Рам от гнева стал фиолетовым и обдал беднягу Колетти струей красноватой жидкости, чего, впрочем, пребывавший в обмороке полицейский агент уже не ощутил.
— Еще одно неслыханное оскорбление! — завопил принц Рам. — Нет, я сейчас же уничтожу эту гнусную планету с ее грубыми, вульгарными людишками!
Беллу понадобилось все его красноречие, чтобы успокоить разбушевавшегося принца. И они снова запрыгали по безмолвным ночным улицам.
Сплик!
Сплак!
Сплик!
Сплак!
Ик!
Из дверей первого этажа одного из домишек высунулась взлохмаченная голова. — Давно вас жду! — пробормотал незнакомец. И голова его с глухим стуком ударилась об асфальт.
— Подданный планеты Земля! — сказал Белл. — Его величество…
— Проклятые ублюдки! — завопила голова, успевшая вскочить с асфальта. — Ик! — На голову его превосходительства Белла обрушился поток слюны и салата.
— Пардон! — пробормотала взлохмаченная голова, казалось, плававшая в пустоте. Внезапно из этой пустоты вынырнула рука и схватила его величество принца Рама, который отчаянно завизжал. Теперь из дверей вместе с головой вывалилось и тело незнакомца. — Я поймал тебя, дьявольское отродье! Врешь, тебе от меня не уйти.
Вдруг он побежал по улице, выписывая ногами замысловатые вензеля.
— Разбой, гнусное покушение! — вопил его превосходительство Белл, прыгая вслед за гомо сапиенс. А тот внезапно остановился и горько зарыдал.
— Прости меня, друг! — прохрипел он и поставил принца Рама на землю. При этом он потерял равновесие и растянулся посреди улицы.
— Это уже слишком! — порозовев от гнева и ужаса, вскричал принц Рам.
— Принц, мой обожаемый принц! Что этот негодяй сделал с вами! — со слезами на глазах воскликнул его превосходительство Белл, подскочив к своему повелителю. Он обдал О’Донована струей красной жидкости, взвалил на себя беднягу принца и помчался прочь. В тот самый миг, когда он завернул за угол, к месту происшествия подошел Колетти. У него адски болела голова, да к тому же он был зол на весь мир и главное полицейское управление — начальство обвинило его в злоупотреблении спиртными напитками и пригрозило уволить со службы.
— О’Донован! — прорычал Колетти, тряся стоявшего на корточках пьяного лавочника, — опять надрался?
— Сержант! — прохрипел О’Донован, схватив полицейского агента Колетти за руку. — Сержант! Все меня бросили. Даже мои любимые красные сердечки.
— Какие еще сердечки! — рявкнул Колетти.
— Маленькие, красненькие!
Тут О’Донован икнул и отрыгнул на мундир полицейского агента Колетти остатки мясного салата.