— Доброе утро, Гладия, — приветствовал ее Бэйли. — А зачем я был нужен вам?
— Я хотела извиниться за свое поведение во время нашего последнего разговора. Но мистер Оливау не знал, где вы находитесь.
Перед мысленным взором Бэйли промелькнула фигура Даниила, которого неусыпно стерегут всевидящие роботы, и он усмехнулся про себя.
— Ладно, примерно через полчаса я прибуду к вам.
— Да, конечно… то есть как “прибудете ко мне”? — испуганно воскликнула она.
— Я должен встретиться с вами лично, — решительно заявил Бэйли.
Глаза Гладии расширились от ужаса, ее пальцы впились в мягкий белый пластик подлокотников кресла.
— Зачем? — пролепетала она.
— Это совершенно необходимо. А пока скажите мне, кто работал с вашим мужем над созданием новых моделей роботов?
— Джотан Либиг, — сразу ответила Гладия, — он мой хороший друг.
— Неужели? — резко спросил Бэйли.
Гладия взглянула на него испуганно.
— Может быть, мне не следовало говорить этого? — тихо спросила она.
— Нет, почему же… особенно, если это правда.
— Я всегда боюсь сказать что-нибудь не то… что-нибудь такое, после чего люди решат, что… в общем, я хочу сказать, что очень тяжело, когда все вокруг уверены, что ты в чем-то виновата…
— Не надо расстраиваться, Гладия. Лучше скажите, каким образом этот Либиг оказался вашим другом?
— Я и сама не знаю. Он живет в соседнем со мной поместье. Мы с ним много беседуем и гуляем. Во всяком случае раньше… до… — она запнулась.
— Гуляете?
— Ах, я все время забываю, что вы — землянин. Конечно, каждый гуляет по своему поместью, но мы устанавливаем телеконтакт в движении, и нам кажется, что мы находимся рядом.
Вдруг она рассмеялась.
— Бедный Джотан, — пробормотала она сквозь смех.
— Почему “бедный”?
— Если бы мы оказались действительно рядом, я думаю, он бы умер от ужаса.
— Почему?
— Джотан в таких вопросах ужасно чувствителен. Он говорил мне, что уже с пяти лет перестал лично встречаться с людьми. Признавал только телеконтакты. Рикэн, — она запнулась, потом продолжала, — Рикэн, мой муж, раньше восхищался Джотаном. Рикэн говорил, что в нем видны черты человека будущего. А вы согласны с этим, Элиа?
— Я не являюсь авторитетом в данном вопросе, — сухо ответил Бэйли.
— В своем отвращении к личным встречам Джотан дошел до того, что наотрез отказался вступить в брак. Рикэн спорил с ним, доказывал, что его поведение антиобщественно, что его превосходные гены следует использовать в общем котле населения планеты. Но напрасно. Джотан не поддавался на уговоры.
— А разве он имеет право отказываться, если ему предписана женитьба?
— Не-ет, не совсем, — неуверенно ответила Гладия. — Но видите ли, Джотан — великий роботехник, а на Солярии такие люди ценятся. Но, кстати, Рикэн собирался прервать совместную работу с Джотаном. Незадолго до смерти он сказал мне, что Джотан — плохой солярианин.
— Вы не знаете, почему ваш муж вдруг начал считать Либига плохим солярианином? Возможно, из-за его нежелания вступить в брак?