Рассказы о животных: читать начало книги онлайн

В Восточной Сибири в настоящее время численность кабарги достигает 27–30 тысяч голов, в Якутии — 60, в Амуро-Уссурийском регионе — 50–60 тысяч. Всего же в нашей стране обитает около 180–200 тысяч этих своеобразных оленьков. В общем-то не много, но и не мало. Лет 40–50 назад ее было примерно в десять раз меньше…

Участок обитания у кабарги небольшой — один-два, реже три квадратных километра, но на нем есть все: кормовые места, водопой, отстой, завалы леса, густые кустарники и места для отдыха. Оленек свой участок «маркирует» пахучими выделениями, охраняет и знает его до мелочей. Он изрезан затейливой сетью троп, у каждой из которых свое назначение — ближайший путь на место корма или водопоя, на спасительный отстой или на отдых.

Кабарга употребляет в пищу до 130 видов различных растений, но главных среди них около 20. Основным питанием для нее служат древесные и наземные лишайники и мхи, на их долю зимой приходится от 60 до 90 процентов всего рациона, остальное составляют сухие травы, листья, тонкие веточки деревьев и кустарников. Летний ассортимент кормов гораздо шире: лесное разнотравье, молодые побеги различных кустарников с листьями. Как и все копытные, кабарга очень любит грибы, лакомством для нее являются ягоды брусники. Во время кормежки кабарга постоянно настороже, около половины времени она прислушивается и осматривается. Сделает мягкий крадущийся шаг-другой или резкий прыжок и снова застывает во внимании. В час проходит всего метров четыреста. Летом героиня нашего рассказа ходит больше, чем зимой и весной.

Кабарга ведет одиночный, сумеречный и ночной образ жизни, но в некоторые периоды года бодрствует и днем. Летом она поднимается с дневной лежки, где пережевывала пищу, а с вечерней зарей направляется на лесные опушки, лужайки с лакомыми травами, кустарниками. К утру вновь уходит на лежку, обычно вверх по склону, поближе к спасительным скалам. Любит устраиваться где-нибудь на краю обрыва, в камнях, среди беспорядочно наваленных стволов упавших деревьев, в густом подлеске, под валежиной или корягой. Где лечь — определяется временем года, погодой, наличием кровососущих насекомых, хищников. Дольше всего на лежке кабарга бывает в середине дня (пять — шесть часов).

Продолжительность кормежки также определяется временем года, погодой, беспокоящими факторами. Весной, например, кабарга питается с полуночи до утра, когда наст подмерзает и держит ее на поверхности. В летнюю жару прячется в тени, а когда ее сменяет ненастье — охотно кормится и днем.

Зимой общая продолжительность кормежек в сутки достигает восьми часов, летом гораздо меньше. Кормящая мать ходит пастись чаще, но далеко от теленочка не уходит, пикнул он беспокойно — и мать тут как тут.

Взрослая кабарга бдительна и осторожна. Стоит что-то заподозрить, как она вся во внимании и готовности спрятаться или пуститься в бега.

А вот молодые телята гораздо беспечнее — бегают и кормятся средь бела дня, неосторожно выходят на открытые поляны, не продумывают места лежек. Многие за эту беспечность платят жизнью.

Основные враги кабарги — рысь, росомаха, волк. В Амуро-Уссурийском регионе опасна еще и харза, преследующая кабаргу постоянно и настойчиво. Единственное надежное спасение от врага — отстой, но и он не всегда спасает. А если хищник отрежет к нему путь, да еще выгонит на речной лед, печальный конец наступает быстро.

При случае на молодую кабаргу может напасть беркут и даже крупная сова, но беркуты и совы — птицы редкие. Гораздо более серьезный враг для нее — соболь. Можно уверенно сказать: где есть кабарга — есть и этот зверек.

Соболь — сильный и ловкий хищник, но одолеть жертву намного больше себя ему непросто, на нападение он решается вообще редко, обычно по глубокому и недавно выпавшему снегу.

…Хлопья снега тихо и мягко сыпались с серого неба день, другой, третий. Воцарилась зловещая тишина, как будто все живое оцепенело в ожидании чего-то недоброго. На четвертые сутки снегопад прекратился, к ночи небо стало ясным, а к утру задул ветер. Снег на открытых местах закрутился поземкой, завьюжило. Когда ветер стих, звери и птицы оживились: все были голодны.

Снег и вьюга всем лесным обитателям принесли беды. Зайцу, с его лапами-снегоступами, небольшие, дятлам еще меньше. А вот кабарге как никому другому — много.

…Я уже третий час шел на лыжах, как вдруг набрел на следы погони соболя за кабаргой. По глубоким провалам в снегу от прыжков кабарги и легкому бегу соболя нетрудно было догадаться, что кровавая развязка произошла где-то близко. Так оно и оказалось: всего через двести метров я увидел клочья кабарожьей шерсти, а затем и кровь.

Кабарга тяжелее соболя в десять — пятнадцать раз, и умертвить ее этому сравнительно маленькому хищнику не так-то просто. Я видел следы борьбы повсюду. Соболь упорно вгрызался в шею кабарги, оседлав ее, она отчаянно боролась за жизнь. Но условия борьбы были явно не в пользу несчастной…

В последующие дни я не раз находил задавленных соболями таежных оленьков. Было ясно, что хищники воспользовались благоприятными условиями для охоты на бедствующих животных и развили бешеную активность. И так будет до тех пор, пока ветер и солнце не уплотнят снег до твердого наста, который способен будет выдержать оленька…

Брачная пора у кабарги проходит в ноябре или декабре — в зависимости от климата. В горах Сихотэ-Алиня, например, она бывает почти на месяц раньше, чем в Сибири, где весна начинается позже. Телята должны появляться на свет не раньше и не позже прихода тепла.

Гон у нее довольно спокойный, самцы дерутся, однако нечасто и без зла, клыки в ход пускают редко, леса и горы криками не оглашают, если не считать, что все-таки возбуждающиеся самцы негромко верещат и чуфыкают.

Беременность у самки длится шесть — шесть с половиной месяцев. Будущая мать тщательно ищет место для «родильного дома» — оно должно быть укромным, безопасным, с кормовыми местами и водопоями поблизости, с солнечными полянками для детенышей.

Телят рождается два-три, всего по полкилограмма весом. Они слабы и беспомощны, но на жирном материнском молоке растут и развиваются быстро. К третьему месяцу без малого удесятеряют свой вес, а к осени становятся почти взрослыми.

Мать во время выращивания наследников заботлива и бдительна. Пикнет малыш — и почти в любом случае меньше чем через минуту она возле него, разбирается, что ему нужно. Кстати, это «пиканье» и вреда приносит немало: его знают охотники и таким образом подманивают доверчивое животное. Услышав писк, не упускают случая найти детеныша кабарги лиса, рысь, волк, даже медведь.

Совсем взрослой кабарга становится в полтора года и может прожить 10–12 лет, но в действительности гибнет значительно раньше по разным причинам. Ее средний возраст около трех лет.

Кабарга с древних времен считалась ценным охотничьим трофеем. А ценится этот оленек из-за знаменитой мускусной железы, называемой кабарожьей струей. Струя-железа — это своеобразное вздутие размером с куриное яйцо в задней части живота самцов около паха. Кабарожий мускус — густая жидкость с резким, на редкость своеобразным запахом. Содержимое этой железы весит 40–50 граммов, а платили за него в прошлые века от шести до пятнадцати рублей золотом — по тем временам это была очень высокая цена.

Кабарожий мускус с глубокой древности известен как эффективное лечебное средство — общий стимулятор организма, хорошее снадобье против конвульсий и удушья, для лечения опасных нарывов и ушибов. Сначала слава о мускусе загремела в арабских странах, потом покатилась по Азии на восток. Из-за баснословных цен началась лихорадочная погоня за мускусной железой. Животных стали нещадно уничтожать много веков назад. В середине XIX века в Сибири и на Дальнем Востоке заготавливали кабарожьих струй-желез в год до восьмисот тысяч!

В Европе мускус кабарги в качестве лечебного средства не славился, но там сделали другое сенсационное открытие: ничтожная добавка в духи многократно увеличивала стойкость их запаха. Кстати, поразительное свойство мускуса — стойкость собственного запаха и запаха веществ, с которыми его смешивали, — арабам было известно давно. Например, еще шестьсот лет назад они построили мечеть, добавляя в цементный раствор кабарожий мускус, и эта мечеть до сих пор источает своеобразный приятный запах с оттенком таинственности, загадочности. Шестьсот лет пахнет!

Охотники обнаружили, что запах кабарожьего мускуса у приманок капканов резко увеличивает улов соболя, лисицы и других дорогих пушных зверьков.

Мускусная железа для кабарги стала несчастьем, как целебные панты для пятнистого оленя или красивый мех для соболя. Кабаргу ловили и стреляли с таким усердием, что к концу позапрошлого века численность животного катастрофически сократилась, а в ряде районов Сибири и Дальнего Востока кабарги не стало. Только к пятидесятым годам XX столетия удалось восстановить и ареал, и поголовье этого таежного оленька.

Кабарожий мускус и сейчас ценится, однако ажиотаж в охоте на кабаргу сдерживается лицензионной системой и другими ограничениями промысла.

В ряде азиатских стран оленька стали разводить на фермах, пытаются одомашнить для многократного взятия мускуса без вреда для животных. Такие работы начали проводить и в нашей стране. Кабарга хорошо привыкает к человеку, размножается в неволе. Вот и еще один ныне дикий зверь — кандидат в домашние животные.

…Недавно я узнал, как энергичный научный сотрудник Сихотэ-Алинского заповедника В. Зайцев, разрабатывая диссертационную тему, приручил вольную таежную кабаргу. Он узнал самые интимные ее повадки. И вспомнилось мне, как нечто похожее произошло у меня, когда я был заядлым охотником.