— Я вытащу эту штуку и побегу. Будь готов рвануть с места, как только я окажусь в машине.
Не знаю, произнес ли Дэйв за меня молитву, но я видел, как шевелились его губы, пока я бежал к сараю.
За два ярда до кладовой я увидел, что замок почти вышел. Я уже протянул руку, готовясь поднять засов, когда услышал треск.
Дверь отлетела на петлях, выбитая ударом изнутри.
Я застыл с протянутой рукой. В дверях стоял этот человек, и горящие лампы его глаз смотрели прямо на меня. Если бы он рванулся, у меня не было бы ни одного шанса.
Я резко повернулся и бросился бежать. Пассажирская дверь «сегуна» зияла, и я нырнул внутрь, воткнувшись головой в плечо Дэйва. Он вдавил педаль в пол, и мы полетели по двору, занесясь на крутом повороте.
Я захлопнул дверь, когда сумасшедший вылетел из сарая.
Я ожидал, что он погонится за нами с бешеным ревом. Вместо этого он побежал по двору, прыгнул на сгоревший трактор и встал там, одной ногой на сиденье, другой на обод сгоревшей шины. Там он стоял, глядя на нас, как шизоидный павиан, а мы, выйдя из поворота, понеслись к дороге.
И выехали, когда первые Креозота выходили из-за угла в пятидесяти ярдах от нас. В считанные секунды они остались позади.
Я растекся на пассажирском сиденье, как кусок мокрой тряпки.
— Через несколько минут догоним колонну, — сказал Дэйв, улыбаясь. — Ты отлично сработал. Ник. Это было потрясающе храбро.
Я ничего не сказал, но в этот момент и принял то самое решение. Что бы ни случилось. Ник Атен, никогда, никогда больше не строй из себя героя.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ
Удивительно, как быстро идет разложение
— Посмотри, Ник, — сказала Сара, наклоняясь вперед, чтобы лучше видеть. — Мы ожидали, что здания и вообще ткань цивилизации будет разлагаться, но не знали, что она будет гнить так быстро.
Я посмотрел туда, куда она смотрела. Там было озеро на месте, где раньше никакого озера не было.
— Был сильный дождь, — сказал я, тормозя при виде вспыхнувших стоп-сигналов идущего впереди грузовика. — Я только не думал, что такой сильный.
— Донкастер находится очень низко, и потому здесь много натыкано насосных станций для откачки дренажной воды.
— Значит, электричества нет, и насосы не качают.
— Потому-то такое большое озеро. Много земель вокруг Донкастера опять превратятся в болота.
— Посмотрите на церковь! — крикнула Энн с заднего сиденья.
Вики подпрыгнула посмотреть.
— Она как лодка, вся в воде!
— Кажется, мы сейчас тоже это попробуем, — сказал я, притормаживая. — Поднимите ноги, чтобы не замочить.
Я шутил, но это было близко к правде. Впереди дорога была залита до ступиц. Мы проехали по воде больше ста ярдов, пока лужа не кончилась. И только тогда у меня в голове мелькнуло, что будет дальше. Может быть, на это уйдут годы, но листопады, наводнения, эрозия почвы и рост растений в конце концов сотрут дороги с лица Земли.
Мы выехали на дорогу Селби и направились на север. По дороге никого не видели. Девочки на заднем сиденье спали. Мы с Сарой разговаривали тихими голосами.
— Пока доберемся до Эскдейла, будет темно, — сказал я.
— Мы не будем пытаться дойти туда за один переход. Дэйв хочет встать на ночь лагерем, когда будем далеко от больших городов.
— Сара, они знают, отчего погибла Ребекка? Она пожала плечами:
— Мартин уверен, что это не заразно. Двое, которые с ней были, здоровы. Предположение такое, что это вроде заражения крови от пореза.
— Да, вот тебе и младенцы в лесу. Мы ведь ничего не знаем! Наверняка средний участковый врач поставил бы Ребекке диагноз и вылечил одним уколом. Вот и получается: не начнем ли мы мереть как мухи от гриппа и кори?