— Или пока мы не уничтожим их.
— То есть… они или мы?
— Верно. Вот почему сегодня не осталось живых неандертальцев.
— А почему у нас тогда вид не такой, как у пещерных людей — с волосами и челюстями?
— Когда за одну ночь произошли глубинные ментальные изменения, физические изменения к тому виду, который у нас сейчас, произошли, наверное, постепенно, на протяжении нескольких поколений.
— Но к чему тут относятся сознательный и бессознательный разум? В наше время они тут с какого боку? Бернадетта улыбнулась:
— Ты ложись, дай я тебе опять спину промассирую. Знаешь, мне от этого удовольствия не меньше, чем тебе… Вот так. — Она глубоко вздохнула и принялась за работу. — Это может быть сюрпризом — что у тебя два разума в голове. Опять-таки, если хочешь разобраться в этом детальнее — вон целая полка книг по психологии, не стесняйся. — Она полила мне спину массажным лосьоном и стала втирать его ниже лопаток. — Один из разумов — это тот, который делает тебя тобой. Твоя личность. Твои симпатии и антипатии. То, почему ты любишь носить эту кожаную куртку или предпочитаешь кино такое, а не этакое.
— Это и есть новый разум, который одолел старый животный?
— Верно. Но старый животный разум остался у тебя в голове. Он теперь — «водитель с заднего сиденья». И тут возникает большая, БОЛЬШАЯ проблема. Старый животный разум побежден и заперт где-то глубоко в чулане, в голове. Но, как сказал человек по имени Юнг, древний животный человеку тебя в голове, бессознательный разум, в некоторых отношениях умнее твоего сознательного разума — той части, которая и есть Ник Атен. И что ухудшает дело: этот бессознательный разум — мощная сила. Он все еще хочет взять над тобой власть. И за пятьдесят тысяч лет этот разум, запертый, как джинн в бутылке, научился это делать. У него есть доступ к закрытым программам, о которых я тебе говорила. И он умеет их запускать. Даже тогда, когда мы этого не хотим. Когда это неудобно, как если мы выступаем перед публикой и начинаем нервничать. Иногда он действует тоньше — например, создает страсть к покупке новых вещей или новой машины, которых ты себе позволить не можешь.
Почему-то я поймал себя на мыслях о дяде Джеке, страстно мечтавшем быть музыкантом и потом медленно сгнившем от рака.
— Если ты огорчаешь свое бессознательное, оно может сделать тебе жизнь по-настоящему трудной. — Бернадетта разминала мне шейные мышцы, мягко скользя пальцами по смазанной коже. — Этот старый волосатый человек-зверь у тебя в голове может вызвать душевную болезнь. Он может заставить тебя чувствовать подавленность или тревогу без всякой видимой причины. Так тебя напрячь, что возникнет и соматическая болезнь, вроде язвы, болей в сердце и даже рак.
Я снова вспомнил беднягу дядю Джека и понял, что она права.
— Значит, — сказал я, — война продолжается. Но теперь бессознательное ведет партизанскую войну по тактике герильерос.
— Верно. Но последние несколько столетий оно еще и заявляло: «Давай заключим перемирие. Мы оба хотим одного и того же. Чтобы наше тело было здоровым и жило долго». И потому бессознательное говорит: «С этого момента давай работать вместе. Это будет непобедимое партнерство.
Один разум — древний и мудрый, другой — молодой, свежий, изобретательный, адаптабельный».
— Но это не так просто, наверное.
— Тоже правда. Разум сознательный и бессознательный отличаются друг от друга коренным образом. Представь себе, что ты соединил два мощных компьютера, чтобы они обменивались информацией и работали совместно. Это то, к чему стремятся эти два разума. Но у них возникает проблема. Связь между ними далека от совершенства. У тебя есть два компьютера, но кабель между ними не тот. Ладно, пусть какая-то информация проходит, но тут же мы наступаем на другие грабли. Оказывается, эти два разума не говорят на одном языке. Ты пока следишь?
— Кажется, да.
— Прости мне сравнение с компьютерами, но оно важно, чтобы я могла передать тебе, как я это понимаю. Теперь представь себе, что сознательный разум — это капитан корабля. Допустим, что он русский. Он может править штурвалом, но есть еще механик в машинном отделении, который управляет скоростью. Скажем, он шотландец. Вот тут и есть проблема. Механик пытается связаться с капитаном, но сигнал не проходит. Капитан то и дело кричит «полный вперед». Но на языке, которого механик не понимает. Они так и выкрикивают друг другу предупреждения и приказы, но все больше и больше злятся, что не понимают языка друг друга.
— А корабль тем временем с размаху летит на риф.
— Именно. Сознательный и бессознательный разум хотят сотрудничать. Бессознательный хочет быть не водителем на заднем сиденье, а хорошим вторым пилотом.
— А как, если они не говорят на одном языке?
— Вот в том-то и дело. Наш русский капитан не понимает шотландца, нашего механика… но ничего не мешает ему выучить язык.
ГЛАВА ПЯТИДЕСЯТАЯ
Люби меня!
Я принес еще пива. Бернадетта лежала в кровати, глядя в потолок. Она глубоко задумалась. Ей было невероятно важно, чтобы я понял ее слова. Но я не мог не задавать себе вопрос: ПОЧЕМУ Я?
— Будем здоровы. — Она отпила пива, глядя отрешенными глазами. — Ты себе представь, Ник, какие были бы преимущества у нас, если бы два разума работали в такт.
— В теории это звучит великолепно. Но какая нам была бы разница в нашей реальной жизни — я имею в виду повседневную выгоду?
У нее расширились глаза.
— Я даже представить себе не могу. Это было бы невероятно. Достичь единения с бессознательным сразу нельзя — только поэтапно. Но те, кто начнет этот путь, начнут пожинать плоды очень быстро. Грубо говоря, они перейдут с жизни на пятнадцать тысяч в год к жизни на двадцать тысяч. Мужчины и женщины, которые никак не могли достичь счастья, его для себя откроют. Например, вместо бесконечных кратких и неудачных романов обретут долгие и счастливые связи. Те, кто был одинок, найдут спутников на вечные времена. Я не думаю, что все проблемы сразу исчезнут, но окажется, что они не так мешают и легче решаются. Ты пока еще следишь? Я кивнул.
— Люди станут здоровее физически и умственно, — сказала она. — Мы будем меньше подвержены даже таким обычным болезням, как простуда или грипп, а выздоравливать будем быстрее. Сейчас можно допустить, что люди довольны и счастливы примерно тридцать процентов времени. Как тебе, если ты будешь полностью доволен шестьдесят процентов времени? А сейчас, когда мы столкнулись с геноцидом со стороны взрослых и должны заново построить цивилизацию, выгода от партнерства с этим старым разумом у тебя в голове простая — ВЫЖИВАНИЕ.