СВТ. ГРИГОРИЙ ПАЛАМА. АНТИРРЕТИКИ ПРОТИВ АКИНДИНА.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

ГЛАВА 2

Какова цель слова, и за какие наши высказывания богоборцы ложно обвиняют нас в двубожии.

3. Итак, можно видеть и по недавним и нынешним моим словам лежащие на устах противников струпья, сиречь происходящие от возглашаемого ими злославные учения (κακοδοξίας). Ибо дабы они легко были распознаваемы всеми по причине своей очевидности, я счел необходимым, собрав, насколько возможно, наиболее важные [их заблуждения], изложить их здесь. Итак, когда мы называем нетварной боготворящую благодать Божию, — а к тому же и всякую Его природную энергию, — нераздельной от сверхсущностной сущности, но не тождественной ей по значению (ибо благодаря сверхсущностной сущности мы познаем, что Бог сверхсущностен, а благодаря энергии разумеваем Его выступление к сущим и сообразную сему силу), они обвиняют [нас] как [якобы] говорящих о двух богах: одном — сущности, и другом — энергии. Сами же они, чтобы избежать того же, говорят, что есть только одно нетварное: сущность Бога. Поэтому и боготворящий дар Духа они называют тварным, а о сущности и природной и сущностной энергии говорят, что применительно к Богу это [означает] одно и то же и не несет в себе различия. Желая же обмануть самых бесхитростных, Акин{стр. 7}дин придумал и Сына или Духа называть этой нетварной энергией. Поэтому и здесь надо вкратце предварительно поговорить немного об этом, ибо в последующих словах, Бог даст, будет об этом сказано пространнее.

ГЛАВА 3

Об общих нетварных энергиях Высочайшей Троицы, которые Акиндин многообразно пытается отвергать.

4. Итак, божественный Павел, отводя приступающих [к вере] от идоложертвенного, сказал, что разум (γνώσις) не есть [достояние] всех [10]. Так что, сколь более позволительно сказать это нам, когда мы пытаемся, насколько хватает сил, соглашающихся с новым злочестием отвести [от него] и дать ответ о воистину премирных и [сущих] прежде мира и в мире (ύπερκοσμίων όντως και προκοσμίων και εγκόσμιων) энергиях Бога, будучи вынуждаемы отрицающими их? Впрочем, всем посвященным в божественные тайны и тем, которые, творя благое, готовы подставить им послушное [откровению] ухо, любезно то, что я собираюсь сказать.

5. Бог, чем бы Он ни был по сущности, будучи по отношению ко всему сверх–трансцендентным и абсолютным, несомненно является превышающим всякий ум и всякое слово, любое соединение и причастие, безотносительным, непостижимым, непричаствуемым, невидимым, непомыслимым, безымянным и совершенно неизреченным. Но Тот, Который столь абсолютно сверхъестественно в неприступных [высотах] сверхвоздвигнут, по присущему Ему преизбытку благости присно промышляя и обо всех столь низших Его и еще не сущих [Его творениях], каждое [из них] предузнал и предопределил, вневременно помыслив. Он предварительно помыслил тогда, прежде, нежели привести их в бытие (εις γένεσιν) в подобающее для сего время; и, восхотев, произвел каждое в [свое] время, придав каждому из них соответствующую [ему] красоту (καλλονήν κατάλληλον), поддерживает [их в бытии] и сохраняет, и улучшает, и руководит, исправляя — если как–нибудь поколеблется — и возвращая, и [вновь] соединяя каждое из сущих с самим собой и с другими; и не только это, но и с Собой соединяя спасительным и устойчивым игом праведности, насколько они способны вместить, в соответствии каждое со своими свойствами.

6. Итак, по этим энергиям Он, по сущности безотносительный, в некотором отношении созерцается. По каким это таким [энергиям]? По желательной, созидательной, содержащей и созерцательной, по ко{стр. 8}торой Он и зовется «Θεός» [11]. Таким образом Григорий Богослов говорит, что и это божественное имя «является одним из таких, которые говорятся по отношению к чему–либо [12], а не отрешенным» [13]. Итак, по этим и подобным энергиям Тот, Кто по сущности безотносителен, созерцается по отношению [к чему–либо] как Начало, Творец и Причина сущих по причине. Стало быть, Он некоторым образом и причаствуется по ним, будучи по сущности непричаствуемым, ибо говорится, что «все причаствует промыслу, истекающему из всепричинной божественности» [14]. И некоторым образом уразумевается Он по ним, будучи по сущности уму непостижимым. «Ибо мы, — глаголет [богослов], — говорим, что познаем Бога нашего из энергий, величия и зиждительной и промыслительной силы и тому подобного, но не утверждаем, будто приближаемся к Нему по сущности» [15]. Итак, Он некоторым образом и уразумевается и именуется по ним, оставаясь по сущности безымянным и неизреченным. И, говоря словами великого Дионисия, Он «по избытку благости становится вне Себя Самого посредством промышлений [Своих] по отношению ко всем сущим, и как бы привлекается благостью, любовью и влечением (έρωτι), и из [состояния] превышающей всех и вся запредельности низводится к [состоянию пребывания] во всех посредством выступающей из себя (έκστατικήν) сверхсущностной силы, неотделимой от Него Самого» [16]. Итак, об этом являющемся причиной всего промысле, или, если угодно, промыслах и энергиях, мы научились, что они суть общие энергии Отца и Сына, и Святого Духа. «Ибо общими являются, — согласно мудрому в божественном Максиму, — творческие промыслы и благости (αί αγαθότητες) разделенной на три ипостаси Единицы» [17]. А назвав их творческими, он показал, что они являются нетварными.

{стр. 9}

ГЛАВА 4

Доказательство на основании большего числа примеров, что злочестиво этот [человек] говорит, будто эти энергии суть Сын и Святой Дух.

7. Мы, конечно, научены, что нетварные энергии являются общими, но не существующими сами по себе, — как это во многих местах [своих сочинений] многословно говорит и выдумывает Акиндин, — ни являющимися каждая Сыном или Духом, хотя они и не помимо Их. Потому–то и тезоименитый богословию Григорий говорит: «вспомнил я солнце, луч и свет, но убоялся, чтобы не получилось так, что одно [т. е. Отца] мы наделим сущностью, а другим [т. е. Сыну и Духу] не придадим ипостаси, а соделаем Их силами Божьими, существующими [только] в Нем и не самостоятельными» [18]. И в словах, [обращенных] ко Клидонию, он говорит, что это относится к злочестию Аполлинария — называть Сына лучом Отца, словно [некоего] солнца [19]. Ибо Он есть другое Солнце, равное Отцу величеством, силою, светлостью и всем окрест Него созерцаемым [20]. Ибо «Их богатство, — говорит он, — сращенность и единое исторжение (τό έξαλμα) светлости» [21] и «словно в трех солнцах одно растворение света» [22].

8. Так что подобно тому, как Сына запрещается называть лучом Отца в этом смысле, а в другом смысле мы говорим это благочестиво, дабы выразить бесстрастность рождения и присное пребывание Его с Отцом, помышляя тогда вместе с лучом и воипостасность, так говорится и что Сын является силой Отца, энергией, мудростью, советом и тому подобным, дабы и посредством этих [наименований], согласно великому Афанасию, «заключать о бесстрастности, вечности и боголепности рождения» [23] и что «через Него все создано» [24].

9. А что есть нетварные Божии энергии, одинаково созерцаемые в трех Лицах, то об этом сообща твердят все богословы больше, чем о чем–либо другом. Ибо искусный во всем и великий Василий, именно это {стр. 10} доказывая и через это показывая, что Сын не есть такая энергия Божия, говорит: «если Сын — дело (ενέργημα), а не порождение, то тогда Он не является ни действовавшим, ни тем, что подверглось воздействию (ведь энергия есть нечто отличное от этих [понятий]), но является и неипостасным (ανυπόστατος): ибо никакая энергия не воипостасна (ένυπόστατος)» [25]. Видишь ли ясно, что Божии энергии не являются творениями, ибо «подвергшиеся воздействию» суть творения, ни Сыном, поскольку Он — воипостасный? Но и в «Словах о Духе», перечислив, насколько это возможно, эти энергии, он затем прибавляет: «Всем этим присно обладает Дух Святой, но источающееся от Бога является воипостасным, а источающееся от Него суть Его энергии» [26]. Итак, назвав одного лишь Духа Святого воипостасным, а энергии эти показав не являющимися воипостасными, и сказав, что Дух присно обладает ими, он провозгласил их нетварность. Как же воипостасное будет [в то же самое время] и никаким из творений? Как опять же будут сущностью Бога сии многие — и, тем более, источающиеся от Духа? «Поэтому, — снова говорит он же, — энергии Его многоразличны, а сущность проста» [27]. О каких это он говорит энергиях? О тех, которые сам упомянул там: «промысл, силу, благость, предведение, творчество, воздаяние и все тому подобное» [28].

10. А божественный Кирилл, обращаясь к полу–арианам, утверждающим, что Сын подобен изволению (βουλήσει) Отца, говорит: «Сын, будучи воипостасным, никоим образом не будет походить на неипостасное изволение» [29]. И еще: «у пребывающих в сущности и ипостаси подобие [наблюдается] по отношению к всуществленным (ένούσια) и воипостасным, а не к тому, что имеет бытие в иных [сущностях или ипостасях], как [например] мудрость — в мудром, и воля — в произволяющем» [30]. А тезоименитый философии и мученик Христов Иустин говорит: «Если иное [означает] существовать (ύπάρχειν), и иное — пребывать в чем–то (ένυπάρχειν), и сущность Бога существует, а воля — пребывает в сущности, то, значит, иное есть сущность Бога, и иное — воля» [31]. И снова: «[свойство] произво{стр. 11}лять — это либо сущность, либо присуще сущности (πρόσεστι τή ουσία). Но если это является сущностью, то тогда нет изволяющего; а если присуще сущности, то по необходимости это будут разные вещи. Ибо сущее и присущее не бывает одним и тем же» [32]. И снова: «Если Бог изволяет многое, но не является многим, — имеется в виду по сущности, — то, стало быть, не одно и то же для Бога быть и изволять» [33]. Итак, не очевидно ли различие божественной сущности по отношению к божественной энергии, а вместе — и по отношению к каждой из ипостасей? Ведь можно, следовательно, говорить и о Сыне, что Он многое изволяет, но не является многим по ипостаси. Значит, не одно и то же воля и ипостась. Равным же образом можно говорить и об Отце и Духе. Но то же, что о воле, можно сказать и о каждой природной энергии: ведь и воля есть некая природная энергия Бога. Поэтому и божественный Нисский предстоятель Григорий говорит, что «[слово] "Бог" указывает на Действующего, а "божественность" — на энергию, так что ни одно из трех [Лиц] — не энергия, но скорее каждое из Них — действующее» [34]. Так что и божественность принадлежит к числу созерцаемых в трех [Лицах] энергий, но не к числу сущих в особой ипостаси, хотя она и не отдельно от них. Ибо кроме Этих Трех в Боге нет ничего воипостасного, сиречь самоипостасного.

ГЛАВА 5

Еще доказательство того, что злочестиво он говорит, будто единственной нетварной божественностью является сущность Божия.

11. А что эта, одинаково созерцаемая в трех [Лицах], божественность не есть сущность, помимо всех прочих богословов, научил нас на многих примерах и сей. Ведь написав об этом Авлавию и многообразно показав это, он, уже в заключение своей речи, говорит: «установлено посредством вышесказанного, что имя "божественность" обозначает энергию, а не природу» [35]. Какую же энергию? «Наблюдательную и созерцательную» [36], — как там сказал этот боговидец. А Акиндин говорит, будто «не существует иной нетварной божественности и энергии помимо природы Бога», явным образом исключая из бо{стр. 12}жественности эту созерцательную энергию, — или, говоря иными словами, божественное предведение и промысл, — как не являющуюся божественной природой, и очевидно низводя ее до уровня твари. И снова: «слово благочестия не допускает иной нетварной божественности кроме божественной природы», — очевидно называя «словом благочестия» одно лишь свое и Варлаамово злославие, коему противоположно учат божественные богословы. И вот еще: «мы не можем чего–либо из нетварного и естественно присущего Богу помышлять чем–либо иным по отношению к Его сущности, ни что премудрость, слава, благость и вообще общая нетварная энергия Святой Троицы является бессущностной, безипостасной и [вообще какой–либо] иной кроме Сына», — то тварными представляя немного выше описанные богословами общие нетварные энергии трех поклоняемых Лиц, то называя каждую из них самоипостасной, а иногда худо смешивая их с природой Бога, как ничем от нее не отличающиеся.

ГЛАВА 6

О том, что и главу божественного Максима, [где говорится,] что «Бог не принадлежит ни к числу мыслящих, ни помышляемых» [37], он приводит против себя самого.

12. Впрочем, у него и ему подобных есть наготове весьма мудро написанное почтенным Максимом, что «всякое мышление как несомненно имеет место в сущности как [ее] качество, так и движение свое имеет совершаемым окрест сущности; ибо невозможно признать его за что–то простое и свободное (άφετον) [38], существующее само по себе, потому что оно является не свободным и не простым. Бог же, будучи и в том, и в другом абсолютно простым, — [то есть] Сущностью без того, что в субъекте (ύποκειμένω), и Мышлением, совсем не имеющим субъекта, — не принадлежит ни к числу мыслящих, ни помышляемых, как пребывающий превыше сущности и мышления» [39]. Вот что, значит, есть наготове у них, не разумеющих [ни того], о каком мышлении идет речь у этого богомудрого [учителя], — [а он говорит] о том [мышлении] (как и сам он, кстати, обозначил), по которому Бог является абсолютно отрешенным [от всего], помышляя Сам о Себе и пребывая неотторжимым Сам от Себя [40], тогда как у нас идет речь к тем, которые недавно стали поносить нас, о выступлениях и энергиях, по каковым [выступлениям и энергиям] Бог {стр. 13} созерцается в некоей связи, как было показано, а не о том, что сей прославленный богослов пишет это с точки зрения апофатического богословия. Потому что для богословов обычно употреблять некие катафатические выражения, имеющие у них значение крайне апофатическое, как и сам он заявил это в конце главы, сказав, что причина таковых его слов в том, что «Бог не принадлежит ни к числу помышляемых, ни мыслящих». Из каковых [двух положений] в особенности о втором не сможет кто–либо сказать, будто не в высшей степени апофатически богословствуя богоглаголивый [учитель изрек сие], тем более что он как качество, а не как энергию, отрицает у Бога мышление, — впрочем, это и с самого начала [главы] присутствует [у Максима] явным образом и показывает сверхъестественность созерцаемых в Боге [свойств].

13. Но и сказав, что Бог прост в отношении обеих [41], божественный Максим тем самым показал и то, что Он обладает сущностью и энергией, — каковую, конечно, он и назвал здесь мышлением, — и то, что они имеют различие между собой. Ибо [именно] ему принадлежит фраза: «без различия невозможно обнаружить число» [42]. Но апофатическое богословие и не противополагается катафатическому, а скорее представляет свою сверхъестественность, ибо хотя и истинно все утверждаемое нами о Боге, но Бог обладает этим превыше того, что мы можем сказать и помыслить.

ГЛАВА 7

О том, что из того, как учили о божественной сущности и энергии Акиндин и согласные с ним, [получается, что] они впадают более, нежели в пятьдесят злохулений, и что они открывают дверь для входа всех вообще от века бывших лукавых ересей.

14. Итак, ничего из этого не принимая в рассуждение, Акиндин и иже с ним утверждают, что у Бога нетварная сущность и нетварная энергия суть одно и то же и абсолютно не различаются [одна от другой]. Поэтому им по необходимости приходится говорить, что одно из этих именований является абсолютно пустым звуком, или скорее оба — одно посредством другого — толкают к этому. Ибо как невозможно говорить, что природа Бога обладает сущностью, потому что природа и сущность применительно к Богу — абсолютно одно и то же, так и они не смогут говорить, если будут последовательны, что Божия сущность обладает энергией, поскольку, по их мнению, божественная энергия ничем не отличается от божественной сущности.

{стр. 14}

15. I. Итак, поскольку они называют энергию пустым звуком, как если бы она не была природной божественной энергией, то впадают в безбожие, отрицая бытие Божие. Ведь невозможно действовать (ένεργεϊν) без энергии, равно как и существовать без существования; то же, что бездеятельно, — и не существует [43]. Ибо мудрый в божественном Дамаскин говорит, что «невозможно недостаточной природе иметь бытие, а по природе [свойственная сущему] энергия не принадлежит к числу того, что вне [этой природы], и очевидно, что природе невозможно ни существовать, ни познаваться без природной энергии» [44]. И опять же божественный Максим, приводя в свидетели всех подобных ему богоносных [учителей], говорит: «святые отцы явственно учат, что никакая природа не существует и не познается отдельно от своей сущностной энергии» [45]. И так же: «какая природа бездеятельна или [существует] вне природной энергии? Ибо поскольку она отнюдь не чужда существования, то не чужда и природной силы; а если она лишена ее, то лишится и существования» [46]. И затем, когда пишет о том же к Никандру, он говорит: «Как [Спаситель] будет Богом или человеком, если отнять [у Него] природную волю и сущностную энергию, и как [Он] покажет Себя являющимся по сущности тем или этим, не сохранив целиком свойства каждой природы? Ведь выступившее за пределы того, что [свойственно ему] по природе, стало и вне самой сущности, не имея [более] вовсе никакого существования» [47]. Видишь ли [теперь] ясно, Акиндин, что [того, что] по природе, — много, тогда как сама она одна; и что ее специфическим свойством является природная воля (τό φυσικόν θέλημα) и природная же энергия; и что без них она является ущербной или, скорее, вовсе не существующей; и что через них природа показывает, что так или иначе существует, но что они сами не являются природой, и тем более — оной невыразимой [божественной природой]?

16. А мудрейший из мучеников Иустин возражал эллинам, которые уже в те времена говорили то же самое, что мы ныне слышим от Акиндина, то есть, что «в Боге вовсе не существует разделения на сущность и энергию». Ибо этот [Акиндин] говорит: «то, что говорится при{стр. 15}менительно к Богу, не является иным и иным, и все это не отлично как от божественной сущности, так и друг от друга, ибо в Боге вовсе нет никакого различия никоим образом, кроме различий трех Лиц», а те [эллины], — [слова которых] привел сам Христов мученик, возражавший им, — что «Не подобает думать, будто как в нас иное есть бытие (τό είναι), иное же — воление (τό βούλεσθαι), так и в Боге; но ровно одним и тем же в Нем являются бытие и воление. Ведь то, что существует, то и изволяет, и что изволяет, то и существует; и никакого нет у Него между тем и этим различия» [48]. Итак, тогда как эллины, наподобие Акиндина, в те еще времена говорили это, мудрый свидетель истины Иустин говорит: «Поскольку Бог обладает сущностью для бытия (προς υπαρξιν), а волением — для творения, то отвергающий различие сущности и воления, отвергает Божие и бытие, и творение: бытие Его [Самого] и творение не сущих [прежде]» [49].

17. II. Таким образом, в настоящее время Акиндин, — поскольку он противоречит нам, перенеся на божественную энергию то, что прежде было худо сказано эллинами о божественном волении, — возрождает их заблуждение, представляя, будто Бога не существует, и все [сущее] является несотворенным. И к чему говорить, что он перенес на энергию прежде безбожно сказанное эллинами о волении? Ибо превзошедший в безбожии [и самих] эллинов Юлиан Отступник, прославляя в качестве своего бога Солнце, показывает себя держащимся того же самого учения, что и Акиндин, [которое и выражается у него] в тех же словах, когда пишет: «Не иным является сущность бога, иным же сила (δύναμις), и [чем–то] третьим помимо сих — энергия: ведь все, чего он желает, то он [и] есть, может (δύναται) и действует (ενεργεί). Ибо он ни того, что не есть, не желает; ни то, чего желает, сделать не бессилен; ни того, что не может делать, не желает делать» [50]. Так что не несправедливо подвергаются тому же [осуждению], что и эллины, те, кто говорит, будто нетварная энергия неразличима с божественной природой: ведь то, что Бог существует, познается только из свойственных [Ему] энергий. Так что за отвержением являющих [природу Божию] божественных энергий с необходимостью последует неведение бытия Божия, хотя бы отвергающий их и притворялся, будто выступает в защиту Бога.

{стр. 16}

[10] 1 Кор. 8:7.

[11] Имеется в виду произведение «θεός» от «θεάσθαι».

[12] Глаголы «бежать» и «жечь» (θέειν и αίθειν), к которым свт. Григорий Богослов возводит слово «θεός», являются относительными, т. к. бежать можно только куда–или откуда–либо, а не вообще, так же как и жечь можно только что–то.

[13] Григорий Богослов, Слово 30, 18, PG 36, 125С–128А.

[14] Дионисий Ареопагит, О небесной иерархии, 4, 1, с. 78.

[15] Василий Великий, Послание 234, 1, PG 32, 869А.

[16] Дионисий Ареопагит, О божественных именах, 4, 13, с. 334.

[17] Максим Исповедник, Схолия на трактат «О божественных именах», 2, 5, с. 258.

[18] Григорий Богослов, Слово 31, 32, PG 36, 169В.

[19] См.: он же, Письмо 101, PG 37, 192В.

[20] Григорий Нисский, Против Евномия, 1, 1, PG 45, 416ВС.

[21] Григорий Богослов, Слово 40, 5, PG 36, 365А.

[22] Он же, Слово 31, 14, PG 36, 149А.

[23] Афанасий Александрийский, Orationes tres contra Arianos, 1, 28, PG 26, 69B.

[24] Он же, Epistula ad episcopos Aegypti et Libyae, PG 25, 573A; Epistula ad Afros episcopos, PG 26, 1036C; De incarnatione contra Apollinarium, PG 26, 1157D. Ср.: Ин. 1:3.

[25] Василий Великий, Против Евномия, 4, PG 29, 689С.

[26] Там же, 5, PG 29, 772D.

[27] Он же, Послание 234,1, PG 32, 869А.

[28] Там же.

[29] Кирилл Александрийский, Thesaurus de sancta consubstantiali trinitate, 8, PG 75,101D.

[30] Там же, PG 75, 104A.

[31] Иустин Философ (псевдэпиграф), Quaestiones Christianorum ad gentiles, 1, 3, PG 6,1432.

[32] Там же, 2, 6, PG 6, 1433.

[33] Там же.

[34] См.: Григорий Нисский, К Авлавию о том, что не три бога, PG 45, 124D–125A. Свт. Григорий Палама вместо цитаты дает здесь вольный пересказ мысли св. Григория Нисского.

[35] Там же.

[36] Там же, PG 45, 128В.

[37] Максим Исповедник, Главы о богословии и о домостроительстве воплощения Сына Божия, 2, 2; 2, 3, PG 90, 1125CD.

[38] Т. е. отрешенное — свободное от связи с чем–либо иным, мыслимым им.

[39] Там же, 3.

[40] Там же, 2.

[41] Там же.

[42] Он же, Επιστολή τιρός Ίωάννην Κουβικουλάριον, PG 91, 485C.

[43] См.: он же, Πρός Μάρινον, PG 91, 200С.

[44] Иоанн Дамаскин, Точное изложение православной веры, 15 (59) // De Gruyter (ed.) Die Schriften des Johannes von Damaskos, vol. 2, Berlin, 1973 (Patristische Texte und Studien, 12), 59,132–134.

[45] Максим Исповедник, Έξήγησις τής κινήσεως, 8, PG 90,121C.

[46] Он же, Πρός Μάρινον, PG 91, 200В.

[47] Он же, Πρός Νίκανδρον, PG 91, 96В.

[48] Иустин Философ (псевдэпиграф), Ερωτήσεις χριστιανικαί προς Έλληνας, 3, PG 6, 1428D.

[49] Там же, PG 6,1429А.

[50] Император Юлиан, Έίς τόν βασιλέα Ήλιον πρός Σαλούστιον, 20, Lacombrade, С. (editor), L'empereur Julien. Oeuvres complutes, vol. 2. 2, Paris, 1964, p. 17.