Рано утром пришел везир, видит ― двери падишахской казны нараспашку, но золото в мешках целехонько.
— Видит бог, падишах никогда не подумает, что это я украл золото, ― решил везир.
Он взвалил себе на спину мешок и отнес домой. Так он перетаскал все золото из казны. А вор из Шама незаметно следил за ним. Везир с женой спрятали мешки с золотом под полом, а доски пола забили гвоздями.
Затем везир пошел в диван падишаха. А уже по всему городу слух идет, что казна падишаха ограблена. Через некоторое время схватили невинных людей, которых признали грабителями.
Вор из Шама думает: «Что же это такое: я казну грабил, везир ее присвоил, а повесят этих несчастных. Клянусь богом, я должен помочь правосудию».
Тем временем к виселице уже подвели одного беднягу. Вор из Шама подошел поближе, спросил:
— Почему казните невинных? Я кешиш294, отпустите этих людей, а я схожу принесу книгу и по ней отыщу настоящего вора.
Потом он обратился к повелителю города:
— Будь в здравии, падишах, если я не найду вора, вели отрубить мне голову.
Падишах отложил казнь и отпустил его. Пошел вор из Шама на базар, купил себе шляпу и книгу, переоделся в одежду кешиша, сунул книгу под мышку и вернулся во дворец:
— Падишах, книга мне подскажет, куда идти, вы же все ― ты, падишах, везир, вскиль, кази ― ступайте за мной, — сказал вор из Шама.
— Э, да будет бог доволен тобой. И вправду, ты хороший кешиш, разумно говоришь, ― обрадовался падишах.
А везир испугался:
— Не дай бог, этот всесильный кешиш приведет всех в мой дом.
Но так и случилось. Шли они, шли и пришли прямо к дому везира.
— Бог с тобой, куда ты нас привел? Это дом моего везира, ведь не он же обокрал меня, ― удивился падишах.
— Будь в здравии, падишах. Ты не хочешь, чтобы я нашел твое золото? Откуда мне знать, чей это дом ― везира, кази или муфти. По книге я должен прийти в этот дом, я и пришел сюда.
Вошли они в дом, вор из Шама опять заглянул в свою книгу.
— Вскройте пол, ― велел он.
Когда сняли доски пола, тут и нашлось все золото из казны падишаха.
Падишах приказал схватить везира. Везира схватили и повели на виселицу.
А вор из Шама опять задумался: «Везир ведь из-за меня погибнет. Если бы не я, его бы не поймали. Надо как-нибудь спасти везира».
— Падишах, будь в здравии, но ты не должен казнить везира.
— Почему? ― удивился падншах.
— Пойдем в твой диван, скажу тебе слово, только отпусти сначала тех невинных.
Пусть они возвращаются по домам, а мы послушаем, что вор из Шама говорит падишаху:
— Падишах, ты когда-нибудь слышал про вора из Шама?
― Да, слышал.
— Этот вор из Шама такой человек, что если попробует чью-нибудь хлеб-соль, то никогда нитки не возьмет в том доме. А твое золото из казны я первый вытащил. Проверь-ка свои карманы, в одном из них есть что-то белое, блестящее. Я достал это из твоего кармана и лизнул, оказалось ― это соль, поэтому я твое золото и не тронул. Но везир позарился на твое золото и украл его. А во всем я виноват. Но не пойман ― не вор. Если ты справедлив, отпусти и меня и везира, жаль мне его.
— Хорошо, я его отпущу, ― согласился падишах. ― А тебе придется доказать мне свою ловкость: если ты украдешь у сына арабского эмира его коня Раджульбайда и приведешь его мне, тогда я поверю, что ты вор из Шама. Не приведешь ― велю отрубить тебе голову.
[294] В ориг.: кешиш ― «священник», «священнослужитель».