Химера и антихимера: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Подбор по сущности своей, по самому своему определению, есть ничто иное, как именно устранение скрещиваний. Казалось бы, что если бы Дарвин, так много рассуждений о подборе, только принял на себя труд дать ему точное и строгое определение, то не мог бы не увидеть, что подбора в природе нет и быть не может... Не одни только страсти ослепляют людей, заставляют их не видеть прямых последствий их деяний; то же самое ослепляющее действие имеет и теория на человеческий ум, - она лишает возможности видеть самые неизбежные последствия их мыслей...

Что Дарвин понимал подбор именно так, как я его здесь определяю, то есть как устранение скрещиваний, можно доказать целым рядом самых определённых цитат: [''Прируч. живот. и возд. раст. 1, стр. 215-216, там же II. Стр. 34, 92, 95, 192, 211, 254, 269; Orig. of spec. II ed., p. 35; VI ed., p. 23, Ibid. II ed. p. 44, VI ed. p. 30, Ibid. VI ed. p. 81].

Всякий, прочитавший со вниманием все сочинения Дарвина, должен с изумлением прийти к заключению, что... им созданные противоречия так и остались противоречиями, и что даже почти никакой попытки им не сделано для их примирения. Подбор состоит в устранении скрещивания; чем устраняется это скрещивание в диких организмах — не указано; а между тем естественный подбор всё-таки продолжает существовать и служить основою всего учения!''

Надеюсь, читатель нашёл у Н. Я. Данилевского немало пищи для размышлений и собственных наблюдений и захочет продолжить это увлекательное чтение, посетив в воскресный день библиотеку. А мы продолжим обзор критических данных и обратимся к столь любимому советскими дарвинистами закону Долло о необратимости эволюционных изменений. Таковые, обнаруживаемые кропотливыми исследователями, упорно признаются лишь за мелкий факт, который не должен портить установившийся стереотип биологических представлений.

Российский зоолог, палеонтолог, академик АН СССР П. П. Сушкин (1868-1928) писал в работе «Обратим ли процесс эволюции?» : ''Сравнение ведётся как бы в молчаливом допущении принципа отнюдь не доказанного — что признаки последующих форм построены на изменении взрослых состояний его предшественников... Другое важное следствие из доктрины необратимости эволюции — это характеристики исходных форм. Утраченная примитивная особенность невозвратима. Отсюда предполагаемый предок данных генетических ветвей должен совместить в себе все морфологически примитивные черты... и должен быть лишён всех черт специализации, которыми отличаются друг от друга как эти ветви, так и отдельные члены их. Исходная форма представляется таким образом, как нечто весьма обобщённое, почти схема, характеризуясь максимальным отсутствием черт специализации и приспособления. Правда, возможность регресса принимается в очень широких размерах всеми биологами, но под этим именем разумеется упадок, атрофия признака, или органа, а не возврат к исходному состоянию.

Эти выводы из принципа необратимости и следствия приложения его не могут быть приняты, как нечто неоспоримое... Наводит на сомнения и то..., что при продолжающемся расцвете палеонтологии, при изумительном нарастании нового материала, количество таких форм, которые могли бы быть приняты за исходные для разных генетических ветвей, не возрастает, а скорее даже убывает.

... Признаки воздействия внешних условий, в качестве основного, в сущности всеопределяющего фактора, имеет ту оборотную сторону, что соответственно этому теряет значение передача по наследству прирождённых особенностей. Наблюдения над живою природою не позволяют нам признать этого...

[У аммонитов] в филогенезе... признаки взрослых стадий ранней формы исчезают, а начало признакам взрослых стадий позднейшей формы дают изменения, впервые появившиеся в молодом возрасте ранней формы. Хорошим примером случая, когда применение принципа невозвратимости признаков ведёт к неприемлемым выводам могут служить генетические отношения пингвинов (Sphenisciformes).

В онтогенезе пингвинов повторяется... ''древний'' или палеонтологический тип неба — морфологически более древний и удерживающийся лишь у немногих (крыловидная и нёбная кость соединены неподвижным косым швом и крыловидная кость по крайней мере близко подходит к заднему концу сошника)... По своему облику, и по своему положению при ходьбе, цевка пингвинов определённо и значительно ближе морфологически примитивному состоянию... У пингвинов цевка или tarso-metatarsus имеет морфологически более примитивный характер, чем tarso-metatarsus у Archaeopteryx: у последнего tarso-metatarsus стройный, как у любой нормальной птицы. Аргументы, высказывающиеся в пользу того взгляда, что Archaeopteryx обозначает собой не этап на пути развития настоящих птиц, а лишь неудавшееся направление эволюции, рано пришедшее к концу, не выдерживает критики. Принцип Долло, по крайней мере, в его классической формулировке и строгом применении, нуждается в переоценке.

... Повторяющиеся в онтогенезе особенности древнего характера носят название палингенетических... Черты прошлого, исчезнувшие из картины взрослой организации, могут таким образом в потомстве снова появиться в ней, как бы всплывая из глубин онтогенеза. Мы можем сказать, что для данного признака онтогенетический процесс у потомков как бы преждевременно приходит к концу, не доходя до заключительных глав, которые регулярно проходились у предков. И в счёт этого преждевременно обрывающегося онтогенеза, былой признак возвращается... [Это] мы можем видеть в так называемой неотении у хвостатых амфибий. Этим именем обозначается случай, когда молодое животное становится половозрелым, способным размножаться, не претерпевая превращения и сохраняя жабры и другие особенности личинки в течение всей жизни... У тритонов она [неотения] встречается нечасто... У аксолотля (Amblystoma tigrinum) неотения представляет очень частое явление. С той же точки зрения — как незаконченный онтогенез, но уже вошедший в правило — хорошо объяснимы, например, особенности задней конечности пингвина, стоящие как бы в противоречии с остальною организацией, определённо птичьей.

... Хороший пример происходящего на наших глазах возврата признака находим мы, по моему мнению, в организме человека... Среди полуобезьян, или лемуров, лобная кость остаётся парною лишь у немногих представителей. У настоящих обезьян парная лобная кость совершенно не встречается во взрослом состоянии. У человека лобная кость, парная в течении всей жизни, найдена лишь как аномалия, не очень редкая. И у лемуров, и у обезьян, и у человека — эта кость в онтогенезе закладывается как парная. У человека зарастание лобного шва или срастание лобных костей, происходит нормально до пятого года жизни, но иногда... лобный шов сохраняется всю жизнь; антропологи обозначают эту аномалию как метопизм... По данным (проф. Анучин) метопизм редок у негров, краснокожих индейцев и северных монголов (1-3%) и значительно чаще (5-9%) встречается у южных монголов ( в особенности у китайцев), и у белой расы. В белой расе метопизм чаще всего встречается в Зап. Европе (9%), реже — у населения Восточной Европы (7,3-6,8%). На черепах людей каменного века Западной Европы метопизм чрезвычайно редок. У британцев римского периода эта аномалия встречена в 3,3% случаев. Уже из этого сопоставления явствует подчёркиваемое Анучиным соотношение между склонностью расы к метопизму и её интеллигентностью. Интересно... отсутствие метопизма у обезьян... Метопизм представляет собою условие лучшего развития передних долей полушарий. Именно в лобных долях помещается переднее ассоциативное поле — орган самосознания — и центр речи... Почти достоверно, что частота метопизма в культурном человечестве будет возрастать далее, так как метопизм доступен отбору.

Таким образом, из вида Homo sapiens на наших глазах выделяется раса, отличающаяся известным морфологическим признаком... Если этот признак упрочится..., то палеонтолог будущего, желая объяснить происхождение этой новейшей формы рода Homo в согласии с классической формулировкой закона необратимости, должен будет выводить эту новую форму, по крайней мере, из низших лемуров, объясняя черты сходства с Homo sapiens конвергенцией или параллелизмом.

Ещё один пример. Змеи (Ophidia) чрезвычайно тесно связаны с ящерицами по множеству признаков во всех системах органов и составляют с ящерицами (Lacertilia) одну группу, подкласс (Squamata). Организация змей есть по большинству признаков, организация ящериц, изменённая частью в сторону специализации, частью в сторону атрофии.

... Проф. Д. Н. Соболев доказал возврат признаков для целого ряда верхнедевонских гониатидов... Возможность возврата существенно изменяет наши представления о ходе филогенетического процесса. Исчезает необходимость измышлять, в качестве родоначальных форм, схемы, лишённые приспособлений. С выяснившейся возможностью возврата былых состояний, возможностью утраты специализации в течение филогенеза, такое представление о родоначальных формах становится просто ненужным.

Родоначальные формы могли быть столь же полно приспособленными и специализированными для современных им условий существования, как и формы ныне живущего мира. Исчезает и необходимость объяснять едва ли не большинство сходств параллельным развитием или конвергенцией, необходимость, вызывавшаяся установившимся представлением о родоначальных формах... Исчезновение былого органа или былого из онтогенеза, агенезис, кладёт границу возвратимости. Предел возвратимости определяется свойствами онтогенеза — тем, что последний не представляет собою точной копии филогенетического процесса...

Эволюция обратима поскольку, поскольку онтогенез похож на филогенез. В сходстве онтогенеза с филогенезом лежит причина принципиальной обратимости эволюционного процесса... Возврат пережитых, более примитивных состояний совершается путём потери окончательных стадий онтогенеза данного признака или органа. Следовательно, утраченные при этом возврате старых признаков более поздние и специализированные состояния и не могут повторяться в онтогенезе''.

Теперь представим место для С. И. Коржинского, известного в прошлом веке ботаника (1861-1900). Он выполнил много исследований в экспедициях по Северному Уралу, также работал в районах, прилегающих к Красноуфимску и Кунгуру.

В своём знаменитом (ранее) труде ''Гетерогенезис и эволюция'' («Записки Императорской академии наук», 1899, VIII серия, т. 9, №2, с. 1-94), который претендует на право считаться альтернативой дарвиновской эволюции, он писал так: ''Мне пришлось очень скоро убедиться, что выводы, к которым пришёл Дарвин относительно происхождения культурных форм, основаны на неверном понимании фактов. По крайней мере относительно садовых растений я могу смело утверждать, что ни один культиватор для получения новых рас не оперировал с индивидуальными признаками, и что никогда не наблюдалось ''накопления'' этих последних. А все разновидности (кроме помесей), происхождение которых нам известно, возникли на самом деле путём внезапных отклонений от чистых видов или гибридных форм. Спрашивается теперь, не играют ли эти внезапные отклонения подобной же роли в природе, и нельзя ли таким путём объяснить то несоответствие характера и распространения вариаций с теорией Дарвина. Существование внезапных отклонений было хорошо известно Дарвину, который однако придавал им мало значения, считал это явление, которое в дальнейшем я буду называть гетерогенезисом, как бы ненормальным, исключительным. Факты... покажут, ... что гетерогенезис есть явление, хотя и редкое, но вполне нормальное, свойственное как животным, так и растительным организмам и играющее огромную роль в их эволюции...

[Вот] факты из животного царства. В Массачусетсе в 1791 году от обыкновенной породы овец однажды родился ягнёнок с короткими кривыми ногами и длинной спиной... От этого полууродливого ягнёнка произошла особая порода ''анконовых овец'', которую разводили вследствие того, что они не могли прыгать через изгороди. Эта порода была замечательна своей прочной наследственностью, так что даже при скрещивании с обыкновенными овцами её признаки сохранялись почти всегда неизменными. В большом стаде или в ограде анконовые овцы всегда держались вместе, в стороне от других овец. И эта столь характерная порода произошла от одного экземпляра, неожиданно появившегося от нормальных родителей, но с целым рядом резких отличий от типичной формы.

Подобный же пример представляет происхождение одной разновидности мериносов, так называемых шелковистых или мошанских. Эта порода получила своё начало от одного тщедушного и плохо сложенного ягнёнка, родившегося в 1828 году на ферме Мошан (Mauchamp) в департаменте Aisne, от обыкновенных мериносов. Выросши он оказался безрогим, но главное отличие состояло в длинной и мягкой шелковистой шерсти...

В 1761 году известный Дюшен... нашёл на грядке в своём саду в Версале среди многих сеянцев обыкновенной земляники (Fragaria vesca) один, отличающийся от всех остальных своею листвою. Именно в противоположность тройчатым листьям типичной формы этот экземпляр имел все листья цельные, простые, яйцевидно-сердцевидной формы, с крупными зазубринами по краям. Это растение цвело и приносило зрелые плоды... Из собранных семян в 1764 и 1765 годах Дюшен получил более 80 новых растений. Все они сохранили свои признаки, за исключением 3-4, обнаруживших возврат к типу. То же самое происходило и при дальнейших посевах...

Chelidonium laciniatum Miller есть форма, близкая к обыкновенному чистотелу (Сh. majus); она отличается от последнего своими листьями, сегменты которых глубоко перистораздельные с узкими и острыми ланцетовидными долями, а также зубчатыми или надрезными лепестками.

В настоящее время это растение в Зап. Европе не составляет редкости. Именно оно [эта форма] появилось в 1590 году в саду одного аптекаря Шпренгера (Sprenger) в Гейдельберге...

Ограничимся пока приведёнными примерами и остановимся на них, чтобы выяснить себе основные черты явления. Сущность его состоит в том, что среди потомства, происходящего от нормальных представителей какого-нибудь вида или расы и развивающегося при одних и тех же условиях, неожиданно появляются отдельные индивидуумы более или менее уклоняющиеся от остальных и от родителей... Замечательно, что эти признаки обладают большим постоянством и неизменно передаются по наследству из поколения в поколение. Таким образом, сразу возникает особая раса, столь же прочная и постоянная, как и те, которые существуют с незапамятных времён''.

Пусть передохнут наши российские учёные, ведь командировка в Ленинград подошла к концу, а я снова возвращаюсь в Пермский период.

Беседа 8.

Динозавры – ионизирующая радиация – человек

В 1991 году исполнилось 150 лет со дня открытия английским геологом Родериком Мурчисоном пермской системы. Как написано в научно-биографической книге П. К. Чудинова ''Иван Антонович Ефремов'' (М.: Наука, 1987), Мурчисон решил обозначить комплекс этих отложений ''географическим именем, производным от древнего царства Пермия (Permia) и Пермской губернии, в пределах и составе которых были получены необходимые факты''.

Автор книги — выпускник геологического факультета Пермского университета, известный ныне палеонтолог. И. А. Ефремов — его научный руководитель и популярный советский писатель, перу которого принадлежит много сочинений, в том числе и ''Лезвие бритвы'', ''Туманность Андромеды'' и др. По-видимому, вам интересно будет узнать, что П. П. Сушкин, с которым вы уже познакомились, был учителем И. А. Ефремова. В 1957 году он добивается ассигнований на проведение раскопок у г. Очёра Пермской области. Далее цитирую по книге: ''Этим раскопкам он [Ефремов] придавал первостепенное научное значение. Местонахождение представлялось не просто перспективным благодаря обилию материала: судя по первым находкам геологов и предварительным раскопкам, оно обещало новую фауну пермских позвоночных. В течение полевых сезонов 1957, 1958 и 1960 г.г. у Очёра была раскопана совершенно новая для СССР фауна наземных позвоночных, преимущественно зверообразных пресмыкающихся. Она оказалась в центре внимания при межконтинентальной корреляции фаун красноцветов, и И. А. Ефремов её близкое сходство с североамериканской пеликозавровой фауной.''... ''Очёрская фауна, разнообразная по составу позвоночных, вошла в число эталонных пермских фаун мира.''

Давайте же почитаем научный труд П. К. Чудинова ''Ранние терапсиды'' (М.: Наука, 1983): ''Местонахождение очёрской фауны. Местоположение: правый высокий склон ручья, напротив д. Ежово Очёрского района Пермской области.

Условия захоронения остатков. По данным автора..., местонахождение приурочено к краевой части крупной линзы песчаников и аргиллитов дельтового типа. Максимальная мощность костеносной линзы на её исследованном участке около 20 м при протяжённости более 250 м. Край линзы, уцелевший от современного размыва, прислонён к древнему эрозионному врезу, ориентированному с северо-запада на юго-восток. Песчаники, аргиллиты и конгломераты, слагающие костеносную линзу, образуют серию мелких линз, линзочек и прослоек, оси которых параллельны оси главной линзы и совпадают с направлением древнего эрозионного вреза.