— Все хорошо, — сказала она. — Я забыла. Отец Кобен занят. Сегодня же крестильное воскресенье. Там куча людей с младенцами.
Она замолчала, не в силах врать и дальше. Сэм прижал ее голову к своей груди. Она приникла к нему, стараясь впитать его силу, всю, какая у него есть.
— Церковь была переполнена, Сэм. Я сразу ушла.
Появившийся в проеме двери Вашингтон откашлялся.
— Я хотел бы задать тебе несколько вопросов, — тихо сказал он, когда Мэгги садилась за стол. — Тебе в последнее время никто не звонил? Знаешь, бывает, позвонят и повесят трубку.
Она покачала головой.
— И никаких чужих машин поблизости, ничего странного?
— Нет. Ничего такого не было.
— Ладно. А сама ты ничего необычного в последнее время не делала? Подумай.
— Нет, ничего.
— Погоди, — вмешался Сэм. — Та конференция в Мемфисе — может, на ней что-то случилось?
— Учительская конференция? Там были учителя средних классов, Сэм. Они детей не похищают.
— Да нет, милая, я понимаю, но мы должны учитывать все.
— Когда это было? — поинтересовался Дики.
— В августе, месяца полтора назад, за неделю до начала школьных занятий. Я уехала в четверг утром, в пятницу вечером вернулась.
— Ничего необычного там не произошло? — спросил Дики.
Мэгги покачала головой. Она вытирала под столом о юбку влажные ладони, понимая: нужно прервать этот разговор, и как можно скорее. Мэгги уже не сдерживалась — уронила голову на стол и зарыдала.
Сэм присел рядом с ней на корточки, притянул к себе. Как только рыдания стихли, он отвел с ее горящего лица влажные волосы.
— Ч-ш-ш, милая. Все в порядке. — Он достал салфетку, промокнул лицо Мэгги. — Мне нужно съездить в участок, просмотреть кое-какие старые дела. Я попрошу Элли приехать, пусть побудет с тобой.
— Нет. Не надо, Сэм. Одной мне будет лучше.
— Мэгги, — сказал Вашингтон, — пока нас с Сэмом не будет, опиши все, что происходило в последние шесть недель. Любые подробности, какие сможешь припомнить.
Мэгги кивнула.
Как только он вышел, Сэм сказал:
— Малыш, я скоро вернусь. Если понадоблюсь, позвони в участок.
Мэгги прижалась к нему, она боялась, что никогда больше его не увидит. Сэм поднялся, поцеловал ее в макушку. Мэгги не стала смотреть ему вслед. Она услышала шаги, потом голос вошедшей в кухню Уэстон:
— Вашингтон — хороший коп. Он сделает все возможное.
Уэстон налила чашку кофе, поставила ее перед Мэгги.
Мэгги кивнула, встала, взяла кофе:
— Выпью его наверху.
— Я поднимусь с вами.