Чуть позже они с леди Сарой стояли на палубе в тени грот-мачты, когда откуда-то с нижних палуб снова донесся пистолетный выстрел.
— Что это? — спросила встревоженная девушка.
— Черт! — выругался капитан.
Через несколько мгновений великан Басса вытащил наверх брыкающегося моряка. Следом с несчастным видом шел Эндерс.
Хантер взглянул на моряка. Это был двадцатипятилетний мужчина по имени Локвуд, уже начинающий седеть. Хантер плохо его знал.
— Влепил Перкинсу в ухо из вот этого вот, — сообщил Эндерс, протягивая Чарльзу пистолет.
Моряки стали постепенно стекаться на главную палубу, угрюмые и мрачные, измученные жарой. Хантер извлек из-за пояса собственный пистолет и взвел курок.
— Что вы собираетесь делать? — спросила наблюдавшая за ним леди Сара.
— Не ваша забота, — отрезал Хантер.
— Но…
— Отвернитесь! — приказал капитан и вскинул пистолет.
Басса отпустил преступника. Локвуд остался стоять, повесив голову.
— Он меня разозлил! — заявил пьяный матрос.
Хантер выстрелил ему в голову. Мозги капера выплеснулись на планшир.
— Боже! — вырвалось у леди Сары Элмонт.
— Выкинь его за борт, — скомандовал Хантер.
Басса поднял тело и поволок его прочь. В тишине, воцарившейся среди полуденной жары, было отчетливо слышно, как поскрипывает палуба под его ногами. Через мгновение раздался всплеск. Труп исчез.
Хантер обвел команду взглядом.
— Хотите выбрать нового капитана? — громко поинтересовался он.
Моряки стали с ворчанием расходиться. Никто ничего не сказал.
Вскоре палуба снова опустела. Все ушли вниз, скрываясь от палящих солнечных лучей.
Хантер посмотрел на леди Сару. Та промолчала, но взгляд у нее был обвиняющий.
— Каперы — суровые люди, — сказал Хантер. — Мы живем по своим законам, обязательным для всех нас.
Девушка ничего на это не ответила, резко развернулась и удалилась.
Чарльз посмотрел на Эндерса. Тот пожал плечами.
Во второй половине того же дня впередсмотрящие сообщили Хантеру, что на военном корабле снова началась оживленная деятельность. Испанцы спустили на воду все баркасы, причем с борта, обращенного к морю. Они оказались закрыты от глаз наблюдателей корпусом корабля. По-видимому, шлюпки были привязаны к судну, потому что ни одна из них не появилась в зоне видимости. Над палубой поднимался дым. Там непонятно зачем развели огонь.
Это положение дел сохранялось до самого вечера, наступление которого было сущим благословением. Хантер расхаживал по палубе «Эль Тринидада», радовался вечерней прохладе и смотрел на длинные ряды своих пушек. Он шел от одного орудия к другому, на миг останавливался, чтобы коснуться их, провести рукой по бронзе, все еще хранящей дневное тепло. Капитан осматривал снаряжение, аккуратно сложенное рядом с каждой пушкой, — банник, мешки с порохом, ядра и запалы медленного горения в ведрах с насечками.
Вся эта огневая мощь, все вооружение было готово к использованию. У Хантера имелось все нужное для стрельбы — кроме людей. Без человеческих рук этих пушек здесь будто и вовсе не было.
— Вы задумались, я гляжу.
Вздрогнув, Хантер развернулся. Перед ним стояла леди Сара в прямом белом платье. В темноте оно выглядело как нижнее белье.