Инкассатор: Черные рейдеры: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Стреляй, идиот, и не слушай его! – орал как резаный Аганесян, а затем, не выдержав, бросился к своему подчиненному и попытался вырвать у него из рук автомат. Однако стриженый, судя по всему, не собирался отдавать его. Они стояли напротив друг друга, вырывая друг у друга оружие. Болт, по всей видимости, все-таки что-то переварил в своей голове и держался за автомат, боясь, что шеф сейчас совершит еще одну глупость. В это время авторитет посыпал своего подчиненного бранными словами и несколько раз ударил его по голове. Через несколько секунд они уже лежали на траве и было видно, как Болт пытался вытянуть руку с Калашниковым, чтобы уберечь себя и Аганесяна от выстрела. Они боролись еще несколько минут, и в этой борьбе после очередного удара последовал глухой выстрел. Вначале Филатов, который наблюдал за этой сценой, ничего не понял. Дерущиеся оставались в тех же позах, и ему казалось, что их тела продолжали двигаться в том же диком танце борьбы. Однако, присмотревшись, он понял, что они застыли и только глаза Болта непонимающе глядели из-под мышки Аганесяна.

Глава 14

– Эх, если бы простояло такое лето до самого ноября! – сокрушался Шевцов, когда служебная машина пересекла МКАД и направилась на север, в сторону Дмитрова.

Ему нравились затронутые легкой желтизной деревья, искрящиеся многоцветьем подмосковные поля. Но больше всего бодрил холодный осенний воздух, который не оставлял никаких шансов уходящему лету. У него был специфический запах, в котором воедино сплелись дожди и холода, первый снег и теплый листопад, который случается где-то в середине октября.

Все это было немножко тоскливо, и Анатолий Иванович отгонял от себя мысли, навеянные состоянием природы. В машине было тепло и уютно, и подполковник боялся, что его сейчас разморит, ведь он не спал уже несколько суток. И в самом деле, сон все сильнее опутывал его сознание, но он отгонял его сразу, ведь он сам вел машину. В таких ситуациях все нужно держать в своих руках. Поэтому он был не в меру требователен и педантичен, не позволяя никому принимать каких-либо решений, а только выполнять его команды. Вот и сейчас, отказавшись от помощи водителя, он знал, что сможет сэкономить на этом время. Он даже не побоялся бы пойти на нарушение правил дорожного движения, если потребуют обстоятельства.

– А может, и постоит погода, – поддержал тему Кудрин. – Только мне, Анатолий Иванович, лето уже надоело. Ну, сами посудите – сушь, жара, работать невозможно. Сидишь в кабинете и потом обливаешься. Кстати, я подсчитал, что в этом месяце только два дня шли дожди.

Но Шевцов на самом деле был далек от разговора о погоде. Для него этот банальный зачин был как раз удобной формой уйти в себя, в свои мысли. Пока все обсуждают погоду, он может спокойно обдумать накопившиеся проблемы.

«Успеть бы!», – вот о чем он думал последние часы. И сейчас эта задача была особенно острой. Он с горечью подумал, что Филатов постоянно опережает его на несколько шагов. Но Филатов работал в одиночку и практически без прикрытия. Получалось, что Шевцов при всех его возможностях ничем не помогает ему. Если бы кто-нибудь знал, как он извелся, когда Филатов не выходил на связь!

Просматривая оперативную сводку за прошедшие день и ночь, Шевцов заинтересовался одним фактом – в юго-восточном районе Москвы – Капотне – неизвестным веществом, предположительно горючей смесью, была подожжена легковая машина «мерседес». В ней находился сотрудник ГИБДД и несколько человек, среди которых был ближайший сподвижник Аганесяна – Бабкен Балаян. В сожженном салоне было найдено несколько стволов автоматического оружия. Удивительным было то, что все пострадавшие выжили и были доставлены в ожоговый институт в тяжелом состоянии.

Это было очень похоже на проделки Филатова – рискованные и дерзкие, на грани фола. Не все устраивало Шевцова в стиле работы Филатова – особенно применение им оружия и возможные в связи с этим последствия. Однако, справедливости ради, Шевцов отмечал, что работал Филатов без грязи и лишь в отдельных случаях случались проблемы.

Последняя сводка встревожила Шевцова, который, как и руководство, больше всего боялся, что ситуация выйдет из-под контроля. Такую акцию вполне могли осуществить и люди Ашота. Но было не похоже на то, что сидящий за решеткой авторитет бросил вызов Аганесяну. Позиции Ашота были слишком слабы в Москве. А после операции, проведенной людьми Аганесяна, и вовсе стали призрачными. Впрочем, нельзя было сбрасывать со счетов и пресловутую кавказскую месть. Даже сидя за решеткой, реально организовать покушение или нанять киллера. Однако все это как-то не клеилось с другими фактами. Ашот давно покончил с криминалом, и лезть снова в это болото ему не было резона.

Другими версиями могли стать происки конкурентов Ашота, недовольных активностью армянского авторитета. Не исключено, что прежние наркодилеры, давно поделившие Москву на зоны влияния, не захотели делиться с Аганесяном выручкой...

Вскоре миновали пологий подъем и въехали в горловину, зажатую с двух сторон леском. Здесь и находился поселок Бачурино, где располагалась «дача» Аганесяна. При въезде ситуация ничего дурного не предвещала, но как только взобрались на высотку, впереди, в полутора-двух километрах, увидели переливающиеся серпантины трассирующих пуль.

– Ё-моё! – не удержался майор Кудрин. – Да тут и впрямь Сталинградская битва, – он затормозил, двигатель сбавил обороты. Приоткрыли дверцы и только что увиденному зрелищу получили звуковое подтверждение.

– Кто-то неплохо развлекается у особняка Аганесяна, – сказал подполковник и тронулся с места. Он, разумеется, не предполагал, что буквально через минуту за поворотом они увидят страшную картину.

Они увидели лишь контуры, хотя все равно бы узнали в этих неясных очертаниях людей и технику. Но все это месиво, загруженное в какую-то невероятную кучу, выглядело пушинкой перед настоящей стихией огня, которая в буквальном смысле пожирала особняк Аганесяна.

Столбы огня подымались на сотню метров вверх. Положение осложнялось тем, что со стороны особняка кто-то отвечал на штурм огнем. Несколько пожарных машин пришлось отогнать на безопасное расстояние от особняка. Спецназовцы суматошно занимались эвакуацией людей, что было сделать чрезвычайно сложно – огромная толпа посельчан собралась поглазеть, как пылает один из богатейших домов поселка. Людей не смущало, что здесь было опасно.

– Анатолий Иванович, дальше ехать нельзя, – беря наизготовку автомат, сказал Кудрин. Он открыл дверцу, но выходить из машины не спешил. – Надо подать назад, хотя бы скрыться за стоящим рядом спецназовским грузовиком.

Только Шевцов подал назад, как к «Волге» подбежал спецназовец в камуфляжке без знаков отличия.

– Кто такие?! Все выходим из машины! – приказал боец.

– Полегче на оборотах! – остановил его Шевцов и протянул в открытое боковое окно свое удостоверение.

– Извините, – после некоторой паузы произнес спецназовец и козырнул подполковнику. – Старший лейтенант Гороподов, – громко представился он. – Но я должен предупредить вас, что мы никого не допускаем в зону обстрела.

– Сынок, – прервал его Шевцов, – смотри за своими бойцами. Я руковожу специальной комиссией, которая занимается делом авторитета Аганесяна, а его дом сейчас сгорит. По оперативным данным, в доме или на территории находятся трое заложников – девушка и двое мужчин. Ваша задача при штурме сохранить им жизнь. – С этими словами он протянул спецназовцу специальное удостоверение. – Ты и все остальные должны оказывать мне всяческое содействие, понятно?

– Так точно, товарищ подполковник!

Они вышли из машины и направились к пылающему особняку. За забором с интервалом в несколько метров притаились спецназовцы-штурмовики в черной камуфляжной форме.

Шевцов со своей группой притаились за ними в десяти метрах. И как только они это сделали, рядом что-то сильно громыхнуло и со скрежетом начало падать на землю – стала обваливаться крыша.

Этот момент спецназовцы использовали для последнего штурма. Группа из десяти человек устремилась на территорию пылающего особняка. Из самого дома огонь уже не велся, но на территории особняка находилось несколько огневых точек, продолжающих вести огонь.

– Ах, сволочи, как кучно бьют! – еле слышно проговорил Шевцов, голос которого заглушался разрывами пуль. Он почувствовал, как у него зашлось сердце и ему мешал бронежилет, не позволяя дотянуться до кармана, где лежал валидол. – Иван и ты, Паша, обратился он к находящимся рядом оперативникам, – маленько подстрахуйте. А дальше я не имею права тянуть вас в самое пекло...

– Пошли, Кудрин, – обратился он к своему подчиненному.

Они двинулись по прямой, сокращая расстояние. Сразу за воротами они обнаружили тело убитого охранника в обгорелом черном пиджаке. Рядом с трупом лежала фуражка с милицейским «крабом». А за ней в дыму показался силуэт милицейского «УАЗа». Они подошли ближе, чтобы спрятаться за ним от возможного обстрела. От машины исходил невыносимые запах сгоревшей резины и пластмассы, к которому примешивались тошнотворные запахи сгоревшей человеческой плоти.