— Это ты посадила эти цветы?
— А разве он похож на человека, который сажает цветы? — спросила Эбби и фыркнула.
Этот ответ многое прояснил для Шейлы. Оказывается, Тернер очень долгое время жил один и у него не было никакой женщины.
— Нет, вряд ли, — ответила Шейла. Ее сердце переполняла звенящая радость. Да, она была счастлива.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Тернер уже почти час возился в конюшне, когда появилась Шейла, которую, вероятно, притащили сюда Даниэлла и Ники. Жеребята не привыкли к посторонним и тут же отвлеклись от занятий.
Да и он теперь тоже не мог сосредоточиться на работе.
— Извини, — крикнула Шейла. — Это они настояли.
— Все в порядке, это полезно для него, — сказал Тернер, указывая на жеребенка, который наблюдал за новыми людьми, широко раскрыв глаза. Он качал головой и фыркал в сторону гостей, абсолютно забыв о Тернере.
Краем глаза Тернер увидел, что Шейла принесла охапку травы. Он снова занялся жеребенком.
— Как его зовут, дядя Тернер? — спросила Даниэлла.
— Утес. Извините, я хотел сказать — Шанс.
— О, — с одобрением произнесла Даниэлла.
— Это Ники придумал, — завопил Ники так громко, что жеребенок вздрогнул.
— Он воспитывает его, — важно заявила Даниэлла Шейле. — Правда, дядя Тернер?
— Да, — проворчал он. Он старался не обращать на них внимания. Эти обтягивающие леггинсы Шейлы заставляли его чувствовать себя таким же пугливым и застенчивым, как жеребенок.
— Что это значит? — прошептала Шейла.
— Он набрасывает на жеребенка попону и снимает ее только тогда, когда жеребенок перестает ее ненавидеть и это начинает ему нравиться.
Неплохое объяснение, подумал Тернер.
Тернер набросил попону на голову жеребенка. Тот осторожно выглянул из-под своей самодельной шляпы, все рассмеялись.
— Ладно, приятель, хватит с тебя на сегодня. — Тернер снял с жеребенка попону и повел к детям.
— Будем приручать, — восторженно завопил Ники.
— Ники, тише, ты же его пугаешь, — попросила Шейла.
— Чем больше он кричит, — сказал Тернер, — тем лучше. Никому не нужна лошадь, которая в ужасе шарахается в сторону при малейшем шуме. Я даже собираюсь привязать к нему колокольчики и кувшины из-под молока, набитые камнями, чтобы научить его ничего не бояться. Он должен научиться доверять мне.
— Это все так увлекательно, — воскликнула Шейла.
— Знаешь, я занимаюсь этим с самого детства, но мне по-прежнему интересно. Я каждый день узнаю что-то новое. Чего еще может желать человек от жизни?
Не быть одиноким, ответил ему предательский голос из глубины души.
— Пойдемте, ребята, — хрипло сказал он. — Мне надо позвонить. — Он отпустил жеребенка и пошел вместе со всеми по другую сторону забора.
— Хочу увидеть красивую лошадь, — сказал Ники.
— Я тоже, — заявила Даниэлла. — Мама говорит, что она бешеная.