Странно.
То есть голос звучал необычно. Какой-то не такой.
— Кевин?
— Мм.
— Тебе не кажется, что у того парня в радио какой-то странный голос?
Кевин обдумал вопрос и ответил:
— Знаешь, я не очень-то вслушивался. Я на снег смотрел.
— Тогда давай послушаем вместе, когда он заговорит снова.
— Ладно. — Голос Кевина теперь тоже звучал по-иному, более серьезно. Джейми прежде не замечал, чтобы Кевин воспринимал что-то всерьез. Доиграла музыка, и опять зазвучал голос диктора:
«Снежным утром хорошо послушать Мела Торме, как вам кажется? Сейчас 8:25, и снег продолжает идти. У нас есть новые сведения об отменах на сегодня!»
Джейми вдруг стало холодно, и он плотнее подоткнул вокруг ног одеяло. За окном завывал ветер, закручивал снег безумными завихрениями. Голос явно был не тот, что прежде, и совершенно ему не нравился. Он стал каким-то — каким? Немного похожим на голос какого-то мультяшного злодея, такой фальшивый и полунасмешливый. Какой-то… ненастоящий.
— Я понял, что ты имел в виду, — услышал он слова Кевина. — Он такой…
— Шшш, слушай.
«А вот и одна важная новость, друзья, так что слушайте внимательно. — Слово „внимательно“ он произнес так, как в фильме про Дракулу мог бы сказать Бела Лугоши: протянув первый гласный звук и проглотив конец слова. — Итак. Закрыт завод в долине Мэрримек…» — Внезапно по радио снова заиграла музыка, какая-то песня о любви.
Довольно долго мальчики не говорили ни слова. Потом Кевин прервал молчание:
— Джейми!
— Я здесь.
— Джейми, я смотрю в окно и вижу что-то непонятное.
— Что ты хочешь сказать? Что там такое непонятное?
Довольно долго Кевин не отвечал, а когда все же заговорил, голос его трепетал от страха:
— Так не должно быть. Я вижу парк Пеннакук.
— Эка невидаль — видеть парк Пеннакук.
— Никогда раньше мне его не было видно. Из окна.
— Ой, да ладно тебе, Кевин, он же огромный, как футбольное поле. Даже больше. Наверняка ты и раньше видел.
— Нет, нет, я же говорю, Джейми, отсюда парка не видать. А сейчас я его вижу, когда снег на миг ослабевает, он там, это уж точно. И… — Было слышно, как пораженный Кевин втянул в себя воздух. И это Кевин! Кевин, которого ничто не могло выбить из седла, сейчас был потрясен! — Я только что понял почему. Потому что там больше нет завода.
Джейми расхохотался, только смех вышел какой-то нарочитый.
— Да ну тебя, Кевин. Конечно же, завод на месте. И вообще, о чем это ты?
— Послушай, Джейми, уж я-то должен знать, где находится завод, глядя из своего окна. И я тебе говорю — его там нет. Именно поэтому я и вижу парк — завод больше не закрывает его.
За родительским окном воем душевнобольного выл ветер, швыряя в стекла снег.
— Кевин, что ты такое говоришь? Там работает мой папа.