Тим прочитал по губам.
— Она осталась с Кирком. Он хотел что-то показать ей у себя дома.
Мое беспокойство усилилось. Возможно, Кирк решил рассказать Элис, кто он такой. Вдруг ей понравится мысль, что он ее отец? Но я не смела думать о такой возможности.
Похоже, сейчас Тим понимал мои чувства лучше всех. Видимо, кто-то объяснил ему мое положение — Кирк, скорее всего.
— Дженни, вы устали и переволновались. Идите наверх и отдохните. Я побуду с ней, пока кто-нибудь не придет.
Я слишком устала, чтобы спорить, и вообще уже начала становиться фаталисткой. Все будет как будет, и не важно, что я в итоге сделаю или скажу.
Я поблагодарила Тима понятным ему жестом амеслана, и стала подниматься наверх. На втором этаже тоже было темно, я наощупь добралась до своей спальни и толкнула внутрь приоткрытую дверь. В комнате было темно, если не считать лунного света, проникавшего с балкона — ночь была ясной. Я отчетливо помнила, что закрывала ту дверь, когда уходила, но сейчас она была открыта. Я застыла, прислушиваясь. Я почти боялась, что из старого телефона снова раздастся тот жуткий свист. Но все было тихо — по крайней мере, на слух.
Едва я вошла в комнату, как меня сразу окутал тяжелый фиалковый аромат. И даже ветерок с улицы его не развеял. Должно быть, у меня в гостях Крамптон. Я включила свет и огляделась, но никого не увидела.
Я вынула из сумочки перо черного ворона и снова подумала о способностях Литы — ею владеют силы добра или зла? Возможно, наступает время, когда перо должно охранять меня от чьих-то дьявольских сил.
С пером в руке я вышла на чистый прохладный воздух, пахнущий обновленным миром. Ветры почти очистили небо от облаков, и на моих глазах как раз поднималась луна — большая, круглая, тыквенно-желтая. Мне показалось, что в такой момент нужно совершить какой-нибудь ритуал: я подняла руку вверх и закрыла пером лунный диск. Оно целиком заслонило луну собой, остались только редкие желтые лучики, просвечивающие сквозь тонкие перышки. Я криво усмехнулась над собственными пассами перед лунной богиней. Надо поскорее взять себя в руки!
Возвращаясь в комнату, я случайно поддала что-то ногой, и предмет покатился по полу. Я нагнулась и подняла маленькую деревяшку. Тотем Тима, который тот искал в комнате миссис Ариес. Я ощущала под пальцами резные лица. Значит, Крамптон точно приходила в мою комнату и принесла сюда тотем — а потом почему-то вышла с ним на балкон, где и уронила. Очень странно.
Я внимательно посмотрела вокруг. Под моим балкончиком находился фасад парадной гостиной и его выступающие эркеры. С одной стороны мне был виден козырек над входной дверью и ступеньки крыльца. С другой открывался вид на маленький сад камней, который я видела еще в первый день своего приезда.
Но перила в одном месте были сломаны, и между мной и камнями зияло пустое пространство. Я сжала в руке перо, подошла к неповрежденной части перил и глянула вниз с балкончика. На гранитном выступе что-то белело.
Сжимая в руках перо и тотем, я ринулась обратно в дом и сбежала вниз по лестнице. У входной двери я столкнулась с Элис, и она увидела мое лицо.
— Что случилось? — вскрикнула она.
— Найди и приведи сюда Кирка, — попросила я. — Пусть он придет как можно скорее.
— Он сейчас придет, — махнула рукой Элис. — Он привел меня из своего дома через сад. Черный ход был заперт. Мы видели, что дядя Тим в комнате у Коринтеи, но нашего стука он услышать не мог. Мы и решили обойти дом и войти через парадный вход.
Она сбежала вниз по ступенькам и позвала Кирка. Я заторопилась ему навстречу.
— На той стороне дома случилось нечто ужасное.
Мне хотелось удержать Элис, но она не желала пропускать зрелище, и мы с ней остались смотреть, как Кирк взбирается по камням и опускается на колени около распростертой фигуры.
— Это Крамптон, — сказал он.
Элис втянула носом воздух.
— Чувствуйте, как пахнет фиалками? Крамп опять украла духи Коринтеи. Я один раз видела, как она пользовалась ими в прабабушкиной спальне, а она вообще всегда душится очень сильно.
Я уже знала, что Крамптон побывала у меня в комнате, но, каким образом она упала с балкона, оставалось совершенно непонятным.
Кирк глянул на нас с камней.
— Боюсь, она умерла. Она ударилась головой о скальный выступ. — Он поднялся на ноги и посмотрел на сломанные перила, их расколотые обломки белели в лунном свете, как человеческие кости,.
— Она оттуда упала, — сказала я, хоть в этом и не было необходимости.
Уродливая правда о смерти Крамптон почему-то сделала ее для меня более реальной, чем раньше. Интересно, какие тайны она скрывала. Ее преданность Коринтее внезапно показалась мне трогательной и жалкой.
Элис крепко обхватила меня за локоть.
— Я никогда раньше не видела мертвых.