Был уже час ночи, и я ополовинил бутылку бурбона, когда в дверь постучали.
Рина прошла в комнату и холодно спросила:
— Ну?
Я указал в сторону спальни. Она секунду смотрела на меня, потом пожала плечами и хладнокровно направилась в спальню, небрежно бросив через плечо:
— Я сказала Неваде, что еду сюда.
Схватив ее за плечо, я резко повернул к себе.
— Какого черта ты это сделала?
Ее взгляд оставался спокойным.
— Мы с Невадой собираемся пожениться. Я сказала, что сама хочу сообщить тебе об этом.
Я не поверил своим ушам.
— Нет! — хрипло крикнул я. — Ты не можешь. Я тебе не позволю. Он — старик, с ним все кончено. Когда картина выйдет на экран, ты станешь звездой первой величины.
— Знаю.
— Знаешь? Тогда зачем? Он тебе не нужен. Тебе никто не нужен.
— Потому что он помог мне, когда мне нужна была помощь. Теперь моя очередь. Я ему нужна.
— Ты ему нужна? Почему? Потому что он был слишком горд, чтобы унижаться?
— Это неправда, и ты это знаешь!
— Это же я придумал сделать из тебя звезду!
— Я об этом не просила! — гневно сказала Рина. — Я этого даже не хотела. Не думай, будто я не видела, что ты делаешь. Ты урезал его роль, превращая меня в монумент твоего эгоизма, и при этом губил его карьеру!
— Что-то я не заметил, чтобы ты сопротивлялась. Мы оба понимаем, что его карьера заканчивается. В одной из студий уже появился новый ковбой, поющий. У него в руках гитара вместо кольта.
— И все-то ты знаешь! — Она яростно хлестнула меня по лицу. Щеку словно обожгло. — Именно поэтому я нужна ему как никогда!
Я в бешенстве встряхнул ее.
— А как насчет меня? Думаешь, зачем я ввязался в это дело? Не ради Невады! Ради тебя! Ты не подумала о том, что я ринулся сюда сломя голову, потому что мне нужна была ты?
Она гневно смотрела мне в глаза.
— Тебе никогда никто не будет нужен, Джонас. Иначе ты не оставил бы жену одну. Если б у тебя были хоть какие-то человеческие чувства — хотя бы жалость, — ты съездил бы к ней или вызвал бы ее сюда.
— Оставь мою жену в покое!
Она попыталась отстраниться — и ее платье разорвалось до пояса. Я ошеломленно уставился на ее вздымающиеся груди и почувствовал, как меня охватывает жар.
— Рина! — Я прижался к ее губам. — Ну пожалуйста, Рина!
Она еще секунду пыталась вырваться, а потом вдруг обняла за шею и прижалась ко мне всем телом. И в этот момент позади меня распахнулась дверь.
— Вон отсюда! — прохрипел я, не поворачиваясь.
— На этот раз — нет, Джонас!