— Машка, становись скорей, кулема!..
— А кого?! Кого выбросили?!
— Занимай в кассу!..
Петухов кое-как пробился к прилавку, крикнул продавщице:
— Не продавайте им, девушка!..
— Не имею права!! Я обязана продавать!
— Вставайте в очередь!.. — кричали на Петухова со всех сторон. — Граждане, не пропускайте его! Куда он лезет?!
Будто ошпаренный, выбрался Петухов из очереди, очутился на улице. Глаза у него щипало, рот — наискось, как от зубной боли.
Через несколько минут он разыскал Веру, цапнул за руку:
— Вы это зачем?!. Вы зачем это устроили?!
— А что такого? — удивилась она.
— Не придуривайся!!
— Да в чем дело, Алеша?
— Никогда тебе не прощу!! — зашипел Петухов. — Подлость какая! Дурацкая гнусность!
Он отпихнул Веру и пошел прочь от нее, прихрамывая, ступая по грязным лужам.
Вера кинулась вдогонку:
— Алеша!.. Постой, Алеша!
Он чапал по грязи, отпихивался судорожно.
— Да что, в самом деле, произошло?! Алеша!.. Что мы тебе сделали?!
— Я вообще не хотел, чтоб ее продавали! — крикнул Петухов.
— Как?!
— Сам ее забрал бы!
— Зачем?!
— Это мое дело!!
— Но, Алеша… ведь можно купить в другом магазине!..
— Что ты понимаешь! — горестно сказал Петухов. — Кто вас просил вмешиваться? Мало позора, так добавили…
Он шел как больной, как ослепший, натыкался на встречных. Вера не отставала. Она вдруг испугалась за Петухова.
Вышли на бульвар; Петухов сел на мокрую скамейку. Сгорбился. В пустой аллее свистел ветер, морщились лужи. Рядом, за деревьями, проносились машины, стреляя брызгами.
— Книжка-то моя — дрянь, — сказал Петухов.
— Да ты что, Алеша?!.