— Дураку ясно, что этого слюнтяя пора на мыло.
— Н-нет, вообще-то он играет п-прилично. Он хороший корнет-а-пистон. Но с-с-сегодня…
— Пистон заело, — свирепея, сказал Жека. — Кларнет дудит, а пистон заело. От слюней заржавел.
Воспитанный мальчик сдержанно посмеялся грубоватой шутке.
— Не к-кларнет, а к-корнет… Двойное название такое: корнет-а-пистон.
— Все равно слюнтяй!
— Да нет же, он не исключение в этом с-смысле! У всех д-духовых скапливается в-влага в мундштуке. Это н-неизбежно…
— А у него больше всех.
Мальчик вновь тонко улыбнулся:
— Т-тогда он увидел что-нибудь к-кислое.
— Где?
— Я вообще г-говорю. В принципе.
— А-а…
— Если т-трубач увидит что-нибудь к-кислое, это к-катастрофа. Г-гибель!
— Почему?
— Н-начнется об-бильное выделение влаги. И в-все.
— Нежности какие, — сказал Жека. — Играть надо уметь!
Он пристроился в хвост очереди. Очередь была длинная, зигзагами, будто у всех зрителей от спектакля разыгрался аппетит. Но Жека был согласен стоять. Яблоки в буфете имелись.
Хрустальная ваза с полосатыми яблоками торчала на прилавке, и яблоки разрешалось выбирать на свой вкус. А некоторые были очень даже подходящие. Больше кулака.
Вот такое и подберем. Пускай Жеку поволокут в милицию, пускай разыграется страшный скандал. Зато он будет последним.
— Я все-таки п-познакомлю вас с хорошим п-педагогом, — сказал воспитанный мальчик. — Он вас п-прослушает. Знаете, я рассердился на вас, а т-теперь даже р-рад, что мы встретились.
— Гляди, потом не пожалей, — честно предупредил Жека.
— Мой дедушка был в-выдающимся к-концертмейстером. Но в детстве совершенно не п-подозревал о своих с-способностях! И ему к-казалось, что он не любит музыку! П-представляете?
— Зря его надоумили, — сказал Жека.
Мальчик моргнул и вдруг расхохотался — громко, не сдерживаясь, не стесняясь многочисленных бабушек, тотчас оглянувшихся на него.
— Н-нет, я очень рад, что мы встретились!.. И с-сейчас мы проверим ваш слух окончательно! Вот начнется п-последнее действие… И вы обязательно дайте оценку!
— Это там у него сольная партия? — спросил Жека.
— Там н-неаполитанский танец! Вот это: «Тира-тира-тира-пам-пам! Тира-тира-тира-пам-пам!..» — Мальчик приятным голоском напел что-то жизнерадостное и очень знакомое. И когда пел, совсем не заикался.
— Ах, это… — сказал Жека.
— П-партия, к-конечно, оч-чень известная. Но иногда ее исполняют в-виртуозно! Вот мы и п-послушаем!