Они остались одни в зале, но не разговаривали, а сидя в креслах, раз за разом кидали настороженные взгляды на плотно прикрытую дверь и, когда она отворилась, оба вздрогнули.
Микулична с внучкой вышли, старуха уселась на диван и посмотрела на Фросю.
— Иди голуба, прибери подружку и возвращайтесь, а я вас тут подожду, милок меня пока водичкой попотчует.
Вика лежала полностью обнажённая на кровати.
Фрося, одевая её, который раз подивилась, как эта женщина, находясь столько времени в неподвижном состоянии, сохранила такую силу духа и не безобразную фигуру.
Вика была худенькая и бледнокожая, с чуть заметной, как у подростка грудью и выпирающими на суставах косточками, только благодаря постоянным, раннее деланным массажам, мышцы держали хоть какую-то форму.
Фрося аккуратно, чтобы не доставить ей больших неудобств, одела, усадила на коляску и вывезла в зал, где их поджидала Микулична.
Все присутствующие, включая её внучку, уставились на старую знахарку, которая, не спеша, копалась в своей безразмерной сумке.
Наконец, она подняла глаза:
— Ну, что я вам скажу касатики — все дыхательные органы, а особенно лёгкие, слабые и не могут самостоятельно бороться с недугами, им нужны моё снадобье, тёплый и сухой воздух, а главное, божья и людская помощь.
Поэтому переехать на юг к горячему солнышку будет правильным решением, но, пока я вам дам травки, будете заваривать, научу как, голуба попьёт парочку неделек, окрепнет, перестанет кашлять, температура войдёт в норму, и она будет готова к тяжёлым переездам.
И старуха стала выкладывать на журнальный столик завёрнутые в плотную бумагу пакетики с травками.
Она провела подробный инструктаж, какие травы смешивать, когда и по сколько поить, и тут же на чистом листке всё, что говорила, записала своим корявым, но разборчивым почерком.
Затем, вновь внимательно посмотрела на Олега с Фросей.
— У меня есть очень хорошее снадобье, в которое кто-то верит, а большинство из людей считают обманом, называется оно — мумиё, слыхали?
Олег утвердительно кивнул головой, Фрося, наоборот, покачала отрицательно.
— Так, вот, это горная смола, которую понимающие люди ищут в трещинах очень высоких гор, я не буду вам рассказывать все его полезные свойства, потому что их не счесть, я уверена, что Мумиё поможет нашей страдалице укрепить здоровье, и поможет её организму сопротивляться постоянным хворям, и с помощью бога благотворно повлияет на её разбитые косточки, которые держат в своём плену её речь и подвижность.
Мне с Кавказских гор привозит его верный человек и уже давно, я не буду больше убеждать и навязывать эту лечебную смолу, она вам обойдётся не дёшево.
И опять взгляд проницательной старухи пробежал по глазам присутствующих.
Олег ёрзал на своём месте, у Вики светилась надежда, а Фрося просто спросила.
— Микулична, мы берём, сколько стоит и, как этим пользоваться?
Олег незаметно для старухи дотронулся предостерегающе за локоть Фроси, но та резко оттолкнула его руку.
— Микулична, мы не бедные люди, можем себе позволить всё, что ты нам посоветуешь и заплатить любые деньги, только, чтобы Викушка могла лучше себя чувствовать и полней воспринимать радости жизни.
— Святая, я же говорила, святая женщина.
Она достала из закромов своей сумки самодельную из картона коробочку, в размер спичечного, и вручила Фросе.
— Голуба, будешь отщипывать кусочек с пол ноготка, разминать в руках и закидывать в кипячёное молоко, когда оно малость остынет, добавишь туда ещё столовую ложку мёда, тщательно перемешай и пои сердечную две недели подряд натощак с утра, и за три часа до сна на ночь… бог и снадобье помогут болезной окрепнуть, и кто его знает, пути господни неисповедимы.
Старуха тут же поднялась на ноги и обратилась к Олегу:
— Хозяин, хоть ты и не веруешь в силу божественного снадобья, но тебе придётся смириться с пожеланием верующих в него твоих женщин, вручи моей внучке пять сотенных, а меня пока проводит Ефросинья до лестницы, хочется мне на прощанье с ней парочку минуток потолковать.
Прежде чем, выйти из квартиры, знахарка подошла к Вике, за подбородок подняла ей голову и пронзительно уставилась в её горящие надеждой глаза, а, затем, погладила заскорузлой ладонью по волосам и что-то шепнула на ухо.
От услышанного, по щекам Вики побежали слёзы.