— Танюха, нам бабам в жизни приходится много плакать, и дорого платить за наши чувства, к пригретым в душах, мужикам.
Они легко после нас заводят новые семьи или просто удобных для жизни подруг, а мы вечно ждём, пока на нас обратят внимание или подвернётся случай, когда в чьих-то глазах вдруг предстанешь королевой.
Не думай о плохом будущем, когда есть хорошее настоящее, и давай двигаться по направлению к тому, что я сегодня наметила.
Ты согласна?
— Согласна, уже завтра запишусь в автошколу, и счастлива летом переехать сюда с детьми, и готова всегда прислушиваться к вашим предложениям, потому что плохое вы мне до сих пор не предлагали.
— Правильно, прислушивайся, но это не значит, что всегда должна слепо следовать за мной, я ещё та вздорная баба, но…
— Фрося, ведь я так и сказала, что буду прислушиваться…
— Ага, а я боялась тебе кое-что предлагать.
Таня напряглась.
— Не волнуйся это опять про наши гешефты: Танечка, на базарах всё больше становится фирменных штанов, боюсь, залетим со своими подделками, а это может грозить нам не только тюрьмой, но и лишением жизни.
Люди ведь платят сумасшедшие деньги, как за настоящие и у меня от этой афёры уже зубы сводит.
Честно признаюсь, почти с самого начала к этому душа не лежала…
— Вы, хотите сказать, что я фактически останусь без работы?
— Глупышка, совсем наоборот, будешь лепить эти джинсы, на сколько у тебя хватит времени и сил, но будем их продавать за пол цены и не обманывать людей.
— И, что их будут покупать за сто рублей?
— Будут, ещё, как будут, ведь они, как настоящие, вот и пусть модники сами обманывают завистников этими клёпками и лейблами.
— Фрося, какая вы умная!
— Нашла умную, я опытная, в этой торговле нахожусь уже больше сорока лет, я девочка, стала уже ушлая спекулянтка.
Глава 42
Аня в Израиле буквально сгорала от нетерпения, ожидая в гости маму, но Фрося до сих пор не могла ничего ей определённого ответить.
Не было у неё пока ничего обнадёживающего, чтобы порадовать дочь и у самой от этого было муторно на душе, время стремительно бежало к лету.
Фрося морально и материально была уже вполне готова пуститься в путешествие, но разрешения на выезд в гости к дочери застряло где-то в кабинетах у серьёзных людей.
Анютка писала, что самое благоприятное время для отдыха в их стране это месяцы май и июнь, когда страшная жара ещё не обрушивается на обетованную землю.
Человек предполагает, бог располагает и, похоже, божий промысел был не на стороне матери и дочери, живущих уже десять долгих лет в разлуке.
Таня, как и обещала записалась в автошколу и с воодушевлением брала уроки вождения.
Семён прилетевший к Первому маю в Москву полностью поддержал мать и сам взялся давать дополнительные уроки вождения, выбираясь с любимой женщиной на машине за город.
Фросе в эти праздничные дни было не до кого, к ней, наконец, прилетел в гости Олег.
Да, именно в гости, потому что он прибыл в Москву простым пассажиром, а не пилотом аэрофлота.
Фрося порою, находясь в грустном состоянии духа, уже не чаяла, что когда-нибудь дождётся в свои объятия любимого мужчину, уехавшего от неё на долгих полтора месяца.
Какая же была радость, когда она пошла открывать дверь на длинную руладу звонка, даже не предполагая, кто это может так нетерпеливо рваться в её квартиру.