К востоку и западу от Суэца: Закат колониализма и маневры неоколониализма на Арабском Востоке.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Именно такая политическая ориентация в решении вопросов укрепления обороноспособности страны позволила Насеру подготовить вооруженные силы и весь народ Египта к достижению тех сдвигов, которые наметились в урегулировании арабо-израильского конфликта на первых порах после октябрьской войны 1973 года.

План-ширма

Эскалация военных действий в зоне Суэцкого канала и глубинные рейды израильской авиации над территорией Египта с целью нажима на египетское руководство не приблизили урегулирование арабо-израильского конфликта, а, напротив, загнали его еще дальше в тупик. Американская дипломатия решила тогда продемонстрировать свою готовность возобновить миссию Ярринга. Однако на самом деле она стремилась подменить эту миссию, навязав взамен американское посредничество.

Именно эту цель преследовала предпринятая американской дипломатией «новая инициатива», которая впоследствии получила название «плана Роджерса». Весьма примечательно, что первый зондаж для осуществления этой «мирной акции» государственный секретарь США Уильям Роджерс сделал в декабре 1968 года под аккомпанемент разрывов на египетской земле бомб и снарядов израильской военщины. Очевидно, таким «обеспечением» Израиль пытался облегчить реализацию американского плана, поставив Насера перед альтернативой дальнейшей эскалации налетов израильской авиации на Египет. Но к середине 1970 года становилась все более очевидной тщетность попыток Тель-Авива «дожать» арабов с помощью военной силы.

19 июня 1970 года государственный секретарь США Роджерс обратился с письмом к министру иностранных дел Египта, в котором признавалось, что положение на Ближнем Востоке «достигло критического момента» и предлагалось «под эгидой посла Ярринга разработать детальные шаги для выполнения резолюции № 242 Совета Безопасности ООН»[148]. Этим актом США хотели продемонстрировать по отношению к арабским странам якобы готовность к пересмотру своей ближневосточной политики в духе рекомендаций, которые содержались в приводившихся выше высказываниях ряда американских политологов и некоторых органов печати. Это было первым симптомом начавшегося нового раунда политического маневрирования американской дипломатии на Ближнем Востоке.

Вместе с тем «план Роджерса» отражал двойственность ближневосточной политики США, которые, выступая опорой сионизма и его воинствующего экспансионизма на Ближнем Востоке, вместе с тем стремились во имя обеспечения своих нефтяных интересов как-то нормализовать отношения с арабским миром.

Американская поддержка агрессивной политики Израиля вступала в противоречие и с интересами обеспечения мира в глобальном масштабе, поскольку ближневосточный кризис перманентно связан с угрозой международной безопасности. Растущее беспокойство мировой общественности неурегулированностью ближневосточного конфликта нашло отражение в дискуссии на юбилейной XXV сессии Генеральной Ассамблеи ООН (1970 год). Представители большинства стран отмечали на ней, что именно Израиль парализовал деятельность миссии Ярринга, а продолжение израильской оккупации арабских территорий является нарушением принципов ООН и представляет собой непосредственную угрозу международному миру и безопасности.

Официально «план Роджерса» был объявлен 23 июля 1970 года, когда письмо государственного секретаря США от 19 июня, посланное египетскому министру иностранных дел, было опубликовано в американской печати. В нем содержалось предложение арабам и Израилю поддержать «восстановление прекращения огня по крайней мере на ограниченный период» и согласиться с текстом доклада Ярринга генеральному секретарю ООН, в котором содержались бы взаимоприемлемые предложения, направленные на создание условий для переговоров по вопросам мирного урегулирования[149]. Эта «формула Ярринга» еще весной 1968 хода была принята Египтом и Иорданией.

Правительство Израиля тогда отказалось уведомить Ярринга о готовности выполнить резолюцию № 242 Совета Безопасности. Выступление Роджерса в декабре 1969 года по вопросу ближневосточного урегулирования также было встречено правящими кругами Тель-Авива резко отрицательно. И на этот раз израильское правительство не спешило с ответом. Только в начале августа 1970 года оно изложило свою позицию в отношении «плана Роджерса», согласившись принять американскую «инициативу» при условии гарантий США, что «пока не будет достигнуто мирное урегулирование, ни один из израильских солдат не должен быть выведен с оккупированных территорий»[150]. Это была, так сказать, политическая основа американо-израильской ширмы, названной «планом Роджерса». Военная основа этой ширмы тоже не составляла большого секрета.

В отличие от Тель-Авива, Каир и другие арабские столицы проявили искреннее стремление к использованию всех политических возможностей для достижения мирного урегулирования „на Ближнем Востоке. Египет выразил согласие на прекращение огня в зоне Суэцкого канала и на возобновление переговоров на основе текста доклада Ярринга генеральному секретарю ООН. Положительный ответ государственному секретарю США дал также министр иностранных дел Иордании, отметив, однако, что его правительство «не видит ничего нового» в предложениях Роджерса.

В так называемом «плане Роджерса» действительно не было ничего нового. Уже до этого Советский Союз неоднократно предлагал перейти от слов к делу в осуществлении ноябрьской резолюции Совета Безопасности и, в частности, настаивал с этой целью на возобновлении миссии Ярринга. Что же касается создания наиболее благоприятных условий для успеха этой миссии, то египетская сторона сама выдвигала предложение о возможности достижения соглашения о прекращении огня на определённый срок, в течение которого велись бы переговоры при посредничестве Ярринга.

Объявленная цель «плана Роджерса» отвечала устремлению Египта и других арабских стран к прекращению дальнейшего сползания к новой кровопролитной войне. Вот почему, в то время как Израиль проводил политику проволочек, обусловливал свое согласие на переговоры различными оговорками, свидетельствовавшими о намерении по-прежнему саботировать резолюцию № 242 Совета Безопасности, арабские страны сразу подтвердили свою готовность к возобновлению миссии Ярринга, В ночь с 7 на 8 августа 1970 года соглашение о прекращении огня вступило в силу. Пушки на Ближнем Востоке временно умолкли. «Война на изнурение» была приостановлена. Израильский агрессор и его покровители вынуждены были фактически признать, что они оказались не в состоянии силой принудить арабские страны к капитуляции и навязать им свою волю ни с помощью «молниеносной», ни с помощью затяжной войны.

Но созданные новым перемирием благоприятные условия для политического урегулирования так и не были реализованы. Тель-Авив, выдвинув против Египта обвинение, будто он, в нарушение условия перемирия, устанавливает в зоне Суэцкого канала новые зенитно-ракетные комплексы, уже в начале сентября отказался от контактов с Яррингом.

США не только не осудили Израиль за фактическое саботирование выполнения выдвинутого ими «плана Роджерса» (по крайней мере в том виде, как он был официально объявлен), но и через явно инспирированные госдепартаментом статьи в американской печати выразили, по существу, одобрение такой позиции Тель-Авива. Более того, это одобрение было подкреплено новыми обязательствами по поставкам Израилю новейшего вооружения и боевой техники, данными американским правительством израильскому премьер-министру Голде Меир в ходе ее официального визита в США в сентябре 1970 года.

Таким образом, потребовалось менее месяца, чтобы выявилось действительное назначение «плана Роджерса» как ширмы, предназначавшейся, с одной стороны, для прикрытия дипломатических маневров по затягиванию справедливого урегулирования ближневосточного конфликта, а с другой — для маскировки осуществления главной линии ближневосточной, политики США — всесторонней поддержки, и укрепления военного потенциала Израиля.

Тем не менее арабские страны, проявляя терпение, добивались максимального использования наступившей паузы в военной конфронтации с Израилем для начала продвижения к урегулированию конфликта при посредничестве ООН. Со своей стороны Организация Объединенных Наций прилагала также усилия в этом направлении.

В принятой значительным большинством на XXV сессии Генеральной Ассамблеи ООН резолюции содержался призыв к возобновлению контактов сторон через посредство Ярринга и продление еще на три месяца срока прекращения огня.

В феврале 1971 года Ярринг адресовал правительствам Египта и Израиля специальный меморандум, в котором предложил им параллельно и одновременно принять на себя четкие обязательства по двум основным вопросам — выводу израильских войск и установлению мира. Правительство Египта в своем ответе заявило о согласии заключить мир с Израилем, если тот возьмет на себя обязательство вывести войска со всех оккупированных территорий и выполнит решения ООН о палестинских беженцах. Арабские страны пошли также на ряд уступок в целях достижения мирного урегулирования, в частности согласились гарантировать суверенитет Израиля, если аналогичная готовность будет проявлена и с израильской стороны.

Реакция правящих кругов Израиля на меморандум Ярринга и миролюбивые заявления арабских стран была резко негативна. В коммюнике о заседании израильского кабинета по поводу меморандума было подчеркнуто, что «Израиль не отойдет на линию перемирия по состоянию на 4 июня 1967 года». Западная печать отмечала в связи с этим, что США не оказали никакого влияния на Израиль по поводу возможного его ответа на меморандум Ярринга. Вместе с тем именно в тот период, когда в политике Египта после смерти президента Насера в сентябре 1970 года наметились новые тенденции, американская дипломатия начала проявлять особенно повышенное внимание к тому, чтобы выступить самостоятельным «посредником» в урегулировании конфликта между Израилем и Египтом.

В декабре 1971 года XXVI сессия Генеральной Ассамблеи ООН огромным большинством голосов, 79 против 7, прямо призвала Израиль «положительно ответить на мирную инициативу специального представителя (Ярринга) от 8 февраля». И снова при поддержке и содействии США правительство Израиля не выполнило этого постановления. Зато тогда же стало известно, что администрация Никсона согласилась предоставить Израилю дополнительную партию истребителей «Скайхок», а в начале следующего года было объявлено о готовности США оказать Тель-Авиву содействие в производстве ряда видов новейшего вооружения. Параллельно с вооружением Израиля США продолжали также усиленно заигрывать с реакционными арабскими кругами, внушая им мысль о появлении после иордано-палестинского конфликта в 1970 году якобы реальных возможностей для «поэтапного» урегулирования конфликта Израиля с каждой арабской страной в отдельности.

Идея «поэтапной» дипломатии была выдвинута в конце 60-х годов профессором Иэльской школы права М. Рейзманом, который в своем труде «Искусство возможного. Дипломатические альтернативы на Ближнем Востоке» попытался даже подвести под нее некую «историко-правовую» основу. Рассуждая о «многомерности» этого региона, где налицо различные экономические уклады, идеологии, религии, Рейзман на этом основании доказывал невозможность комплексного подхода к разрешению ближневосточного кризиса, при котором якобы все многообразные вопросы сводятся к одной «укрупнённой» проблеме конфронтации.

«Отношения между Израилем и Египтом, Израилем и Сирией, Израилем и Иорданией и народом Палестины,— писал Рейзман,— это ряд проблем, каждая из которых требует особого подхода и отдельной дипломатической стратегии»[151]. При таком «особом» подходе речь идет уже не о кардинальном решении вопросов ближневосточного мирного урегулирования, а о частичных, отдельных соглашениях по тем или иным проблемам. По существу, это — использование в современных условиях старого империалистического метода разобщения народов. Рейзман предлагал, в частности, начать с установления «минимального» порядка на Ближнем Востоке, важнейшей составной частью которого, по его мнению, может стать «проект всестороннего развития Синайского полуострова» под эффективным внешним контролем. Для осуществления этого проекта он советовал учредить некий «Трест по развитию Синая» — международную корпорацию, капиталы которой складывались бы из взносов США, стран Ближнего Востока и других заинтересованных государств. Что касается Египта, то он, сохраняя суверенитет над этой территорией, должен передать ее тресту в концессию сроком на 50 лет. Целесообразность реализации такого проекта автор обосновывал необходимостью обеспечения безопасности судоходства по Суэцкому каналу.

Аналогичные, неоколониалистские по своей сути планы США выдвигали еще в 1956 году, когда западные державы тоже добивались установления «международного» контроля над Суэцким каналом. Госдепартамент США разработал тогда план создания «Ассоциации пользователей Суэцким каналом», который сама же западная печать иронически назвала «кооперативом Даллеса».

Очень скоро выяснилось, что «план Роджерса» был задуман не как средство разрешения кризиса путем сближения позиции конфликтующих сторон, а как ширма для политического маневрирования и дальнейшего сближения США и Израиля, а также координации их политики и действий. Это особенно наглядно проявилось в ходе разразившегося в то время иордано-палестинского кризиса.

Палестинская трагедия

Вспыхнувшие сначала в Иордании осенью 1970 года, а позднее, в середине 70-х годов, в Ливане братоубийственные гражданские войны возникали вовсе не стихийно, как утверждают некоторые западные исследователи[152]. Неправильно было бы также утверждать, что они явились лишь результатом обострения отношений между палестинцами и местными властями или просто кульминационной развязкой случайных вооруженных столкновений между палестинцами и правительственными войсками. Нельзя, очевидно, рассматривать гражданские войны в Иордании, а затем в Ливане и как результат отдельных необдуманных акций анархических элементов палестинского движения сопротивления и различных экстремистских деятелей конфронтующих сторон. Безусловно, каждый из этих факторов оказывал и оказывает влияние на развитие обстановки в этих странах и в арабском мире. Но в первую очередь эти кровавые события — прямой результат целенаправленного тройственного заговора сил империализма, сионизма и реакции против арабской освободительной революции, и в частности против одного из передовых ее отрядов — палестинского движения сопротивления.

Очень часто палестинскую проблему называют сердцевиной арабо-израильского конфликта, а ее первопричиной — проблему беженцев. Существует и обратная связь. Неурегулированность этого конфликта сама по себе все больше усложняет и запутывает палестинскую проблему, затягивает еще туже узел противоречий, порождаемых неликвидированностью последствий израильской агрессии, наращивает и усугубляет внутриполитические и экономические трудности как в арабских странах, так и в самом Израиле.

Как известно, проблема палестинских беженцев возникла с появлением самого государства Израиль еще до начала так называемой палестинской войны 1948—1949 годов. Принято считать, что война вспыхнула на второй день после того, как 14 мая 1948 года в Палестине было провозглашено независимое государство Израиль. Причем в буржуазной исторической литературе до сих пор имеет хождение версия, будто инициаторами развязывания первой арабо-израильской войны были арабские страны, на которые якобы падает также главная вина за возникновение проблемы палестинских беженцев.

Исторические же факты говорят совершенно о другом. Фактически палестинская кровавая бойня, вылившаяся впоследствии в войну, началась задолго до провозглашения государства Израиль. Она была развязана не арабами, а сионистскими террористами. Чаще всего кровавые акты и междоусобные столкновения провоцировались английскими колонизаторами, которые с помощью своего не раз проверенного, излюбленного принципа «разделяй и властвуй» хотели таким образом продлить британский мандат над Палестиной. Как пишет французский исследователь Симон Яржи, «английские агенты готовили завтрашние волнения, надеясь, что ООН, оказавшись припёртой к стене, будет умолять Англию остаться» в Палестине[153]. Тот факт, что сионисты демонстративно совершали террористические и диверсионные акты антианглийской направленности (убийство английских солдат, взрыв гостиницы «Царь Давид», где размещалось высшее английское командование, и здания английского банка в Иерусалиме), не менял сути дела Они преследовали две цели. Во-первых, создать видимость, будто сионизм борется против империализма, представить его как выразителя национально-освободительного движения. Во-вторых, усыпить бдительность арабского населения Палестины, заставить его поверить, что сионисты будут уважать права арабов и даже, как уверяли в тот период сионистские лидеры X. Вейцман, Д Бен- Гурион и Голда Меир, отстаивать их интересы [154].

Однако расистская сущность, антиарабская направленность сионизма выявились еще до провозглашения государства Израиль. Уже в течение 1946—1947 годов сионисты осуществили несколько диверсионных и террористических актов с целью «очищения» от арабов тех районов, которые сионисты ставили целью включить в состав будущего еврейского государства.

[148] The New York Times, 23.VII.1970

[149] The New York Times, 23.VII.1970.

[150] Дмитриев E., Ладейкин В. Путь к миру на Ближнем Востоке. М., 1974, с. 161.

[151] Reisman М. The Art of the Possible. Diplomatic Alternatives in the Middle East. Princeton, 1970, p. 161.

[152] Snow P. Hussein. A Biography, р. 221.

[153] Jargy S. Guerre et Paix en Palestine ou l’Histoire du Conflict Israelo-arabe (1917-1967). Neuchatel, 1968, p.58

[154] Don Perets. Israel and Palestine Arabs. Washington, 1958, p. 92—93.