К востоку и западу от Суэца: Закат колониализма и маневры неоколониализма на Арабском Востоке.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

ГЛАВА I. СУЭЦ - ЗАКАТ КОЛОНИАЛИЗМА

У командующего английскими войсками в зоне Суэцкого канала бригадира Льюси в то солнечное утро, 13 июня 1956 года, было мрачное настроение. Последний год ему то и дело приходилось отправлять отсюда своих солдат вместе со всем громоздким военным имуществом Его войско таяло прямо на глазах. Сегодня он должен погрузить на прибывшее военно-транспортное судно «Ивэн Гибб» последние подразделения — несколько сот солдат под командованием одиннадцати офицеров и вместе с ними сам покинуть Порт-Саид.

А в городе царило веселье. На набережной — толпы возбужденных людей. Они каждый раз собираются в порту, когда отходит очередное английское судно с солдатами, и устраивают шумные празднества: танцуют, пронзительно улюлюкают, заглушая свирели и барабаны, обнимаются друг с другом, целуются. Бригадиру Льюси не хотелось дожидаться официальной церемонии, во время которой он должен был передать ключи от своей штаб-квартиры египетскому президенту подполковнику Насеру. Ничего не говоря, Льюси как-то неловко сунул их стоявшему рядом египетскому лейтенанту и, откозыряв, быстро поднялся по трапу на судно.

Да, надо было политикам, думал Льюси, сразу прислушаться к разумным советам военных. Ведь в первые же дни, как в Каире совершилась 23 июля 1952 года революция, которая свергла короля Фарука, командующий английскими войсками в Египте генерал Эрскин советовал правительству «решительно вмешаться» и использовать, пока не поздно, британские вооруженные силы. Но тогда к голосу генерала не прислушались. Вот пусть теперь политиканы и пожинают плоды своей безмозглой политики!

Уже через два месяца после взятия власти Советом руководства революцией Насер потребовал эвакуации английских войск из Египта. Как ни сопротивлялись в Лондоне, в конце концов пришлось выполнить это требование. Сначала согласились сократить находившиеся в Египте британские силы с 80 до 10 тысяч солдат, которые оставались охранять Суэцкий канал. А потом по соглашению, подписанному в Каире 19 октября 1954 года, Лондон взял на себя обязательство в течение 20 месяцев вывести и эти войска из зоны Суэцкого канала. В июле истекал срок соглашения, и английским офицерам, оставшимся в Египте, надо было выполнять обязательства, взятые лондонскими политиками.

Но бригадир Льюси напрасно сетовал на политиков. В Лондоне долго взвешивали все «за» и «против» этого соглашения Позднее, двадцать с лишним лет спустя, бывший министр иностранных дел Селвин Ллойд, пытаясь оправдать проводимый Лондоном курс, который привел к суэцкому кризису, писал в своих мемуарах «Оглядываясь назад, я часто спрашивал себя, не следовало ли нам приостановить вывод войск из зоны Суэцкого канала? Я думаю, что это было бы ошибкой Мы бы дали повод обвинить нас в несоблюдении взятых обязательств. Более того, я считаю, что на том этапе, когда дела зашли уже слишком далеко, вообще было бы невозможно приостановить вывод войск».[3]

События в долине Нила разворачивались вовсе не так, как того хотелось на берегах Темзы Революционное правительство Египта последовательно проводило политику освобождения страны от двойного гнета — империализма и феодализма. Насер не просто потребовал вывода английских войск. Свое требование он подкрепил призывом к народу начать партизанскую войну против оккупантов, если они не согласятся сами уйти подобру-поздорову.

В ответ английское правительство прибегло к экономическому давлению — оно заморозило в лондонских банках 10 миллионов фунтов стерлингов, принадлежавших Египту. По эта мера не возымела ожидаемого действия. В Египте началась запись добровольцев. В ряде районов зоны Суэцкого канала совершались вооруженные нападения на оккупантов. Англичанам поневоле пришлось сесть за стол переговоров, которые они намеренно затянули почти на два года В Лондоне надеялись, что революционные офицеры долго не удержатся у власти. И не только надеялись, по и делали все возможное, чтобы заменить их более покладистым правительством Но эти расчеты не оправдались.

Египетская революция не ограничилась выдворением из страны короля, она предала суду многих королевских сановников, крупных феодалов и капиталистов, тех, с помощью которых империалисты рассчитывали проводить свою политику после ухода англичан из Египта. Революционное руководство издало закон об аграрной реформе, ограничивший земельную собственность крупных землевладельцев, начало наступление на иностранный капитал, отвергло притязания империалистов диктовать Египту свою волю.

Не суждено было осуществиться и планам создания на Ближнем Востоке «оборонительной организации», с помощью которой империализм надеялся сохранить свои военные базы в Египте и в других арабских странах под флагом борьбы против мифической «коммунистической угрозы». Насер на состоявшейся еще в начале 1953 года встрече с Даллесом на все его доводы о необходимости вступления Египта в планируемый под эгидой Запада «оборонительный пакт» твердо заявил: «Мы не намерены обсуждать какие-либо пакты или меры безопасности. Для того чтобы народ был действительно заинтересован в защите своей независимости, он должен обрести ее». На запугивания Даллеса «советской угрозой» Насер задал резонный вопрос, которым он и впоследствии не раз ставил в тупик своих западных оппонентов «Почему нам нужно бояться Советского Союза?» Он находится за 5000 миль от нас, и мы никогда не имели от него каких-либо неприятностей. Он никогда не нападал на нас. Он никогда не оккупировал нашу территорию. У него никогда не было баз на нашей земле, а англичане находились здесь в течение семидесяти лет»[4].

Тем не менее империалисты не оставляли надежд «пристегнуть» Египет к какой-либо антисоветской военно-политической группировке и тем самым сохранить за собой право военного присутствия в зоне Суэцкого канала Именно поэтому англичане, подписывая в октябре 1954 года соглашение о полном выводе своих войск из Египта, так настойчиво добивались, чтобы в него была включена специальная статья, позволявшая Англии в течение 7 лет пользоваться военными базами в зоне канала и «реактивизировать» их в случае нападения на Египет, или на одно из арабских государств, или... на Турцию Дело в том, что уже тогда в Лондоне готовились к созданию нового военного союза на Ближнем Востоке, который, как надеялся английский премьер-министр А. Иден, «мог бы со временем трансформироваться в ближневосточный вариант НАТО»[5]. Он был оформлен в начале 1955 года заключением Багдадского пакта с участием Турции, Ирака, Ирана, Пакистана и Англин. К этому союзу на правах ассоциированного члена присоединились и США. Сразу же с образованием первого звена этого пакта на Египет был оказан сильный нажим. И не только политический, но и военный. Он был осуществлен с помощью Израиля.

Первый прорыв

После заключения арабо-израильского перемирия в 1949 году Израиль, продолжая проводить агрессивно-аннексионистский курс против соседних арабских государств и откровенно расистскую политику по отношению к палестинским арабам, превратился в орудие империализма на Ближнем Востоке, в его аванпост. Естественно, что сионистские руководители пользовались благосклонным отношением бывших колониальных держав и Соединенных Штатов. В своей ближневосточной политике западные державы на словах осуществляли якобы политику «равновесия сил». Но на деле предпочтение явно отдавалось Израилю, куда широким потоком направлялось западное оружие и деньги. Американская помощь Тель-Авиву только по государственной линии составила к 1956 году 600 миллионов долларов. Англия и Франция после июльской революции 1952 года фактически вообще прекратили продажу оружия Египту. Поставки его в весьма ограниченных размерах были возобновлены лишь в 1954 году в надежде втянуть Египет в запланированный военный блок. Когда эти надежды не оправдались, продажа Египту оружия была в 1955 году вновь прекращена.

Хорошо оснащенная западным оружием и укомплектованная по большей части офицерами, получившими военное образование в западных государствах, израильская «Хагана» («Силы обороны») создавалась как агрессивная армия.

В феврале и августе 1955 года израильские вооруженные силы дважды совершали вторжение в находившийся под египетским контролем сектор Газа. Продвинувшись на несколько километров в глубь египетской территории, израильтяне стреляли не только по солдатам, но и по мирному населению. Десятки люден были убиты, около сотни ранено. Тысячи людей были согнаны со своих родных мест — из Яффы и Хайфы, из Катамона и Дейр-Ясина, где была в 1948 году учинена сионистами массовая резня арабов. Теперь лишенные крова люди покидали созданные в Газе лагеря беженцев и устремлялись в пригороды Каира.

Все эти набеги совершались под предлогом якобы ответных акций на действия палестинских партизан и носили, как уверял израильский премьер-министр, «ограниченный» характер. Подобные «ограниченные операции» становились все более систематическими. В период между 1948 и 1956 годами вопрос об арабо-израильском конфликте поднимался в Совете Безопасности не менее 200 раз, и в каждом случае под влиянием империалистических держав Совет отказывался принять какие-либо действенные меры, ограничиваясь лишь констатацией нарушения законных прав палестинского населения [6].

Перед египетским руководством встала первоочередная задача — укрепление своей армии. Оно обратилось за покупкой оружия к США. Но затянувшиеся переговоры по этому вопросу так и не принесли результатов. Продажу оружия империалисты обусловливали унизительными и совершенно неприемлемыми политическими требованиями. Главным из них было вступление Египта в Багдадский пакт. Лондон отказался поставить даже те 80 танков «Центурион», которые были закуплены и оплачены Египтом еще до революции 1952 года. Против Египта были применены и экономические санкции Англия значительно сократила закупку длинноволокнистого египетского хлопка — основной статьи экспорта страны, надеясь тем самым окончательно дезорганизовать ее экономику.

В Каир один за другим приезжали английские и американские эмиссары. Они пытались убедить Насера, что он может обеспечить «безопасность Египта», только вступив в военный союз с Западом. Однако Насер пошел по другому пути. Он укрепляет контакты с неприсоединившимися государствами, участвует в работе Бандунгской конференции, становится одним из ведущих лидеров движения неприсоединения, которое провозгласило политику активного нейтралитета как форму борьбы с империализмом.

«Вы, американцы, концентрируете ваше внимание на военных базах,— заявил в те дни Насер,— но эти базы вместе с размещенными на них атомными и водородными бомбами окажутся бесполезными. Вы можете создать военные базы, но вокруг каждой из них существуют тысячи патриотических баз» [7].

Империалисты, однако, мыслили еще старыми категориями. И даже соглашаясь на вывод сухопутных войск из вчерашних колоний, они больше всего заботились о сохранении своих военно-воздушных и военно-морских баз. А главное, им хотелось утвердить если не прямое, то хотя бы косвенное военное присутствие. Именно поэтому посетивший в конце 1955 года Каир Антони Иден в беседе с Насером, похваляясь знанием арабского языка и Корана, приложил столько стараний, чтобы убедить его присоединиться к Багдадскому пакту для участия в совместной обороне от мифической «советской угрозы». Однако Насер не поддался этим уговорам[8].

Насер расценил затею создания Багдадского пакта как попытку расколоть арабский мир. Даже если империалистам удастся пристегнуть к этому пакту кроме Ирака еще несколько арабских государств, Египет готов один противостоять Израилю и его империалистическим покровителям, отстаивая свою свободу, честь и независимость. Такова была позиция Насера. Сама логика проводимого им антиимпериалистического курса подвела его и к другому важному решению, ознаменовавшему поворотный пункт в истории независимого Египта

В сентябре 1955 года Египет заключил соглашения о закупке оружия с Советским Союзом, Чехословакией и Польшей. А вскоре Насер принимал уже парад, на котором впервые было продемонстрировано советское вооружение — современные танки, артиллерия, реактивные самолеты, молниеносно пронесшиеся в небе Каира, вызывая гордость и радость тысяч ликующих египтян. Их чувства разделяли миллионы людей в других арабских странах. Именно с этого момента имя Насера, свидетельствуют его многие биографы, стало самым популярным в арабском мире.

В популярности Насера вскоре смогли убедиться воочию прибывшие со специальной миссией на Ближний Восток английские министры Гарольд Макмиллан и Селвин Ллойд. Они пытались еще изменить ход событий, направить их в русло политики Лондона и Вашингтона. Один из них хотел оказать нажим на Иорданию, чтобы посулами так называемого «плана Макмиллана», предусматривающего увеличение экономической и финансовой помощи, ускорить ее вступление в Багдадский пакт Однако он так и не выполнил своей миссии. Не большего добился и приехавший вслед за ним в Амман начальник имперского генерального штаба фельдмаршал Темплер, который стал свидетелем массовых антиимпериалистических выступлений. Демонстранты выкрикивали. «Долой Багдадский пакт! Да здравствует Насер!»

В тот самый вечер 1 марта 1956 года, когда английский министр иностранных дел Селвин Ллойд пытался убедить Насера в прочности позиций Англии в Иордании и в районе Персидского залива, посол Великобритании в Каире Хэмфри Тревельян доложил, что из Аммана выдворен английский генерал Глабб. Он более 20 лет командовал в Иордании так называемым Арабским легионом, выполнявшим, по существу, функции колониальных войск. Вместе с Глабб-пашой были изгнаны из страны и другие английские офицеры.

На Бахрейне, который после Каира посетил английский министр иностранных дел С. Ллойд, состоялись многочисленные демонстрации. Многие несли портреты Насера и выкрикивали антиимпериалистические лозунги, требуя отставки Белграйва — английского политического резидента на Бахрейне.

Все эти события на Ближнем Востоке были в значительной степени неприятным сюрпризом для Лондона. «Выбор своего дальнейшего пути, сделанный Египтом,— пишет советский историк В. Г. Трухановский,— привел лондонских политиков в бешенство. Иден возненавидел Насера, считая, что тот его лично обманул. Действия египетского правительства нанесли тяжкий удар кабинету Идена и самому премьер-министру»[9].

Весть о закупке Египтом советского оружия и о расширении сотрудничества с социалистическими странами была не столь уж неожиданной. Во всяком случае, она не грянула для Запада как гром с ясного неба. И английский посол в Каире, и американский резидент ЦРУ, как свидетельствует в своих мемуарах египетский публицист М. Хейкал, имели такие сведения раньше и пытались всеми силами помешать Насеру заключить это соглашение и избежать «коммунистической ловушки». Но даже получив от них тревожные сигналы, Джон Фостер Даллес отказывался им верить, считая, что Насер лишь «блефует».

Зато, когда буквально на следующий день после подписания соглашения Насер официально уведомил об этом американского и английского послов в Каире, Даллес был буквально взбешен. По свидетельству одного из его приближенных, он «вел себя, как разъяренный буйвол, и был решительно настроен, чтобы сделка была немедленно прекращена. Он подготовил даже ультиматум с требованием аннулирования Насером этого соглашения. А если это не будет сделано, США угрожали осуществить следующие меры; 1) прекратить Египту все виды помощи; 2) прекратить торговлю; 3) порвать дипломатические отношения; 4) осуществить блокаду Египта, чтобы воспрепятствовать прибытию судов с оружием». Потом Насеру не раз приходилось узнавать о такой реакции Даллеса на многие решения египетского руководства, которые отвечали национальным интересам египетского народа, но противоречили целям империалистов. «Мы все слышали, что государственный секретарь взбешен, — вспоминает М. Хейкал,— Мы слышали это так часто, что в конце концов это стало навязчивой фразой «Государственный секретарь взбешен!» [10]

Сообщение о «вызове Насера» западным странам с быстротой молнии облетело весь мир, и вот тогда на голову египетского руководства действительно обрушился гром проклятий и угроз. Даллес в те дни прямо заявил, что он пришел к заключению о невозможности вести дела с Насером и считает его врагом[11]. Как только буржуазная западная печать не называла в те дни Насера! Какие только оскорбительные слова не раздавались по его адресу! В Англии этот шаг Насера произвел даже большее впечатление, чем в свое время свержение короля Фарука и решение о закрытии английских военных баз в зоне Суэцкого канала. Теперь все неуспехи английской политики на Ближнем Востоке связывали с «кознями Насера». На страницах лондонской печати стали раздаваться призывы пересмотреть решение о выводе английских войск из зоны Суэцкого канала и «предпринять военную операцию с целью спасти Англию от бедствия на Ближнем Востоке». В английском парламенте во время развернувшихся дебатов о положении на Ближнем Востоке глава созданной так называемой «Суэцкой группы» Ч. Уотерхауз счел необходимым даже напомнить Идену и депутатам, что «Англия — все еще могучая держава» и «при необходимости» должна применить силу[12].

Эти угрозы были подкреплены позднее конкретными действиями: Иден принял решение увеличить силы командующего английскими сухопутными войсками на Ближнем Востоке генерала Чарлза Кейтли. На Кипр, на юг Аравийского полуострова и в зону Персидского залива стали перебрасываться новые воинские подкрепления. (Часть из них была двинута на подавление восстания в Омане и на захват оазиса Бурайми.) Тогда же наметились контуры созданного позже «тройственного союза» Англии, Франции и Израиля. В первые дни 1956 года было проведено экстренное совещание Антони Идена и Селвина Ллойда в Вашингтоне с американскими руководителями для выработки совместной англо-американской политики на Ближнем Востоке. Вспомнили забытую всеми Тройственную декларацию 1950 года, в которой Англия, Франция и США выражали намерения — правда, в довольно туманных выражениях — принять совместные меры для «стабилизации положения» в этом районе. Группа лейбористских депутатов потребовала создать в восточной части Средиземного моря «международные вооруженные силы, способные обеспечить проведение в жизнь Тройственной декларации». Однако обнаружившиеся тогда англо-американские разногласия по ближневосточной политике — в частности, из-за оазиса Бурайми — помешали прийти к согласованным решениям.

[3] Lloyd S Suez 1956. A Personal Account. London, 1978, p 66.

[4] Heikal M Nasser. The Cairo Documents. London. 1972, p 37

[5] The Memories of Sir Anthony Eden. London. 1960, p 220.

[6] Johnson P. The Suez War, s.1, s.a, p. 18

[7] Johnson P. The Suez War, s. 1, s. а, p. 18.

[8] Heikal М. Nasser The Cairo Documents, p. 79.

[9] Трухановский В. Г. Антони Иден М, 1974, с 383

[10] Heikal М. Nasser The Cairo Documents, p 47—49

[11] Lloyd S Suez 1956 A Personal Account, p 68, 193

[12] Johnson P The Suez War, p. 24—25, Lloyd S Suez 1956 A Personal Account, p. 234