Ты что, надумал надо мной куражиться? А то я быстро свяжу тебя!
— Ну и вяжи.
— Ив реку брошу.
— Хочешь на здоровье моем отыграться, — плаксиво произнес мужичок.
— А ну, пошевеливайся! — прикрикнул на него акцизный. — Хватит, нацеремонился с тобой. Какими только тропами вел меня, дьявол! Видать, нарочно завлек в эту преисподнюю.
Ягодка молчал. Полицейский схватил его за плечи и приподнял с камня.
— Уж не утопить ли меня здесь задумал? — проревел он ему в лицо.
Крестьянин тяжело вздохнул и слезно вымолвил:
— Дай мне хотя бы твои сапоги!
— Да ты кто такой?! — взбесился полицейский. — Уж не генерал ли, а то, может, еще повыше?
— Тогда разреши взобраться на коня.
— На коня, говоришь?.. Хорошо, влезай. Только смотри, раздавлю как гниду, если почувствую что-нибудь неладное, — нехотя согласился акцизный.
Мужичок ступил на валун и уселся поверх тюков, тихо промолвив:
— Только бы он реки не испугался.
— Тогда провалишься прямехонько в тартарары вместе со своей дохлой клячей! — взорвался полицейский, схватил коня под уздцы и потащил его за собой.
Вода забулькала у него под ногами. Лошадь послушно пошлепала за ним.
— Здесь мелко, не пугайся, господин акцизный, — подбадривал сверху Ягодка. Его тихий голос звучал ликующе и насмешливо.
Полицейский сердито шагал по камням. Вода невольно приковывала к себе его взгляд. Он с трудом удерживал равновесие и беспрерывно чертыхался.
Они были уже на середине реки, когда лошадь неожиданно дернулась и отскочила в сторону. Что-то плеснуло в воде.
— Ты что делаешь?! — заорал полицейский.
— Коняга поскользнулась… на гладыш наступила, — спокойно, невозмутимо ответил Ягодка.
— Чтоб она тебе на башку наступила! — продолжал ругаться стражник.
Вскоре конь снова чего-то испугался, вскинул морду и обрызгал спину полицейского.
— Ну ты, дурень! Черт колченогий! — прикрикнул тот на него и еще сильнее потянул за собой.
Наконец они выбрались на другой берег. Высокие мрачные скалы нависли над дорогой.
— Переправились благополучно, господин стражник, — подал голос Ягодка.
— Слезай! — приказал тот.
— А зачем слезать? — хладнокровно возразил крестьянин. — Мне и здесь неплохо. Дело сделано — все шито — крыто, и концы в воду. Теперь отпусти-ка моего коня…
— Что сделано?! — взревел полицейский и уставился на лошадь. — А-ах, — простонал он, заметив, что тюки с табаком исчезли с седла.
И, широко размахнувшись в потемках, он изо всех сил ударил мужика. Но конь, испугавшись, отскочил назад. Акцизный запутался в перерезанных веревках и тяжело упал наземь. Прежде чем он сумел встать на ноги. Ягодка сграбастал повод и ускакал в темноту.