Всемирный следопыт, 1928 № 04: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но где-то внутри зловещий голос пугал:

— Все равно замерзнешь. Никогда тебе не выбраться из власти пустыни…

Ночь тихо шла. Свернувшись в ком, улегся Горшков. Приступ отчаяния прошел и он отдался во власть усталости. Какой далекой и родной вспоминается ему тюремная скука станции. Как хотелось ему теперь увидеть товарищей, до тошноты надоевших друг другу.

Он сладко зевнул, вспомнив свою теплую койку…

Ворочаясь с бока на бок, Горшков все глубже погружался в снег. Когда мутный рассвет задрожал над тундрой, он лежал на дне просторной снежной воронки. Приступы голода и влажная отпарина, разливающаяся под шкурами его одежды, прогнали сон. Провожая медленно ползущие часы одиночества, он с тоской смотрел на края ямы, которая скоро будет его могилой.

Вдруг до его слуха донесся какой-то гудящий шум. Прислушался. В морозном воздухе, завешанном легкой дымкой тумана, плыл, все усиливаясь и вырастая, рокочущий металлический звон. Горшков насторожился. Разминая закоченевшее тело, он с трудом приподнялся в яме.

— Летит! — вырвался у него крик не то радости, не то испуга.

Выпрыгнув наверх, он увидел низко, почти над самым снегом, скользящий в плавном полете аэроплан.

— Спасите! — крикнул он.

Голос затерялся в могучем гуле машины. Тень стальной птицы быстро мелькнула над ним и пронеслась мимо. Еще отчаянный крик послал он уже улетающему аэроплану и, словно подкошенный, свалился на снег. Быстро выросшая надежда на спасение так же быстро угасла, и последний прилив силы, стиснутый клещами отчаяния, отхлынул, оставив обессилевшее тело.

Струя жгучей жидкости во рту вернула сознание. Открыв глаза, Горшков увидел над собой чье-то незнакомое лицо. Рука подносила к губам фляжку, горячая струя снова обжигала горло, и голос ободряюще говорил:

— А ну, вставай…

Несколько глотков спирта окончательно ободрили Горшкова, и скоро, сидя на снегу, он рассказывал двум летчикам:

— А вы знаете? Я самый первый слушал вас тогда на станции, а когда здесь пропадал, то совершенно позабыл об этом.

— Это бывает, в таком положении не до памяти, — отвечал ему один из летчиков.

— А вам сообщили? — спросил Горшков.

— Не только нам. На тысячи миль, от Норвегии до Ямала, от Новой Земли до Архангельска знают, что телеграфист Горшков подозрительно долго не возвращается с охоты.

— А как же это случилось? А где самоед? — спросил у Горшкова один из летчиков.

— О, он теперь далеко! Я остался без него ночью.

— Сам остался?

— Какое сам! Я заснул, а он меня бросил, сняв ружье и патронташ. Теперь его не догонишь…

— Ерунда! — весело прокричал командир летчик. — Айда, на борт! — заторопил он товарища.

Поддерживая под руки Горшкова, они направились к сидящему на снегу аппарату.

В удобной кабинке Горшков почувствовал головокружительную сладость полета.

Аэроплан, скользнув лыжами по снегу, плавно пошел в гору и повис над необъятным простором тундры. Затаив дыхание, Горшков слушал песню рассекаемого пропеллером воздуха и с опаской смотрел в окно. Аппарат был высоко. Белая ширь пустыни сплющилась, ее горизонты уже не расплывались в загадочную даль. Близко, как будто рядом, обчертилась извилистая полоса морского берега, дальше ледяные горы, а еще дальше — темная полоса открытого сурового моря.

Ровно идущий аппарат вдруг круто взял книзу. Горшков невольно ухватился за сиденье, но заметив, что летчики сохраняют полнейшую невозмутимость, успокоился и посмотрел из окна. На белоснежном просторе тундры заметил он какое-то серое пятнышко. К нему с бешеной скоростью приближался аппарат. Вдруг Горшков возбужденно вскрикнул:

— Илья!

На снегу была видна запряжка оленей. Снизившийся аэроплан кружился, словно коршун, приближаясь к добыче…