Жан-таксист сел в машину и исчез под серой хозяйственной сумкой, поставив ее на колени. Из-под сиденья торчала пара огромных голубых резиновых сапог. В красно-белой шапчонке таксист казался еще меньше, чем накануне.
— Мне некогда было переодеться. За время отлива мы успеем доехать только до Красной башни и вернуться. Надо торопиться, — повторил Жан.
— Иду, иду.
Я подошел к старику в черном. Похоже, он так и просидел всю ночь, не пошевелившись. Перед стариком дымилась чашка чая. Я протянул ему руку.
— Благодарю вас за скидку.
Он улыбнулся.
— Не за что.
У него был легкий акцент и мягкий низкий голос. Прежде чем уйти, я спросил:
— Как вы узнали, что у меня не все в порядке?
— Ничего удивительного. Жан сказал нам сегодня утром, что у вас умер друг. Вы приехали сюда собраться с мыслями?
— Да, — ответил я.
— Позвольте дать вам совет. Так горя не забудешь.
— Что это значит?
Он опустил глаза, уставившись в чашку:
— Здесь, я думаю, вы не найдете ничего, даже покоя.
— Возможно.
Таксист метал громы и молнии. Я с сожалением попрощался с «Негой» и ее хозяином.
— Вы решили, что хотите посмотреть?
Жан едва сохранял хладнокровие. Я увидел на сиденье ведра, заполненные матерчатыми сумками и ржавыми ножами. Что я хочу посмотреть? Слова старика с чашкой чая звучали как пророчество. Здесь я ничего не найду, поскольку не имею понятия, что искать.
— Ну, куда вас везти?
— Ти Гвен, знаете?
— Знаю ли я! — Он обрадовался и развернул машину. — Поднажмем, — процедил Жан сквозь зубы.
Я пытался читать на лету названия деревень, которые мы проезжали, но разглядел только «направление Геранд, 3 км». Машина свернула направо и въехала в Ла Бриер.
Если бы не соломенные крыши домов, Ла Бриер казался бы таким же пригородом, как и все другие.
— А где болота?
— Дальше, — ответил Жан.
Я выворачивал шею, чтобы рассмотреть подробности пейзажа, описанные Марселем Мессином, но увидел только длинную прямую линию придорожных распятий и вдалеке колокольню, белой стрелой взмывающую в небо.
— Деревня Мадлен, — сообщил Жан, — дальше — ничего. — Я узнал это название. Мессин упоминал его 12 сентября 1943 года. Согласно его записям, Мадлен находилась рядом с лагерем партизан. У меня вспотели ладони. — Приехали. — Жан повернул налево, и через минуту машина остановилась. Мы были на перекрестке с очень красивым распятием. В двадцати метрах я увидел деревушку с разноцветными хижинами. Ти Гвен разросся и изменился. — Ну, вот! — Жан указал на дом с голубыми ставнями и каменными стенами, выбеленными известью. — Это первое строение деревни. Теперь гостиница. Там можно хорошо поесть. Советую попробовать свинину. Дальше по дороге деревня Керине. Тоже красивая. После свинины прогуляйтесь. Чтобы привести мозги в порядок, нет ничего лучше прогулки.
— А болота?
— Пешком далековато. В ресторане, наверное, есть велосипеды. Спросите. Хозяйка — прелесть. — Жан и тут наладил контакты. — Я узнал про ваш поезд. Места есть. Я заеду за вами в четыре. Будьте вовремя! Поезд — не такси!