«Если», 1996 № 11: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Итак, старые Прежние Боги низвергнуты Новыми Богами, но последние оказались сущими молокососами и власть захватили слишком рано: ни сил, ни магии у них не хватает для должного управления миром. Воцаряется хаос. И тогда герой, присягнувший старым богам, лично наводит огнем и мечом конституционный… тьфу ты! магический порядок, расправляясь с нечистью. Поначалу жрец новых богов относится к нему с неприязнью, но затем, признав необходимость конструктивной оппозиции, сотрудничает с ним. Более того, со временем они становятся друзьями и вместе борются с потусторонним криминалитетом. В финале герой со товарищи попадает в некий Город, средоточие потребительского зла, и, только разорвав магическую цепь «Деньги — Товар — Деньги», расточает злой морок. Мир придуман добротно, масса живописных деталей украшают (порой чрезмерно) повествование. Вот только в последней истории ни с того ни с сего возникают эльфы, да такие узнаваемые… Привет Тол кину! И о гномах упоминается как-то не по делу. Такое впечатление, что у автора залежалась старая заготовка, да ко-случаю пришлась. Ну, не будем придираться. «Джет из Джетевена» вполне симпатичная повесть о битве хороших парней с плохими. Написано гладко, читается лихо, не обращаешь внимание на такие мелкие проколы, как кошка, «перебирающая» ушами, или на то, что автор забывает в финале дать имя джету, лицу джетевенской национальности.

Все прекрасно. Но что поначалу безумно раздражает, так это диалоги — монотонно-однообразные, неестественные, манерные и даже жеманные. И только дойдя до рассказа «Палач Мерхины», понимаешь, в чем дело и все прощаешь автору.

Как вы думаете, на что в первую очередь обращает внимание человек, подвешенный на цепях в пыточной, когда входит палач и перебирает инструменты? Он замечает, что мучитель «одет в узкие серые штаны и расстегнутую на груди рубашку с закатанными рукавами, на ногах — мягкие сапоги». Дальше еще забавнее. Выясняется, что палач и не палач вовсе, а борец с силами зла, а герой, бывший прислужник означенных сил, но под пыткой пришедший в чувство и отрекшийся от зла. И вот они вдвоем идут в крепость злодеев. Там натыкаются на девицу, которую негодяи собираются принести в жертву. Халлор, бывший палач, дабы спасти от смерти, быстренько лишает ее девственности. Тай же, который доселе резал людей на куски, измывался всячески над ними, словом, вовсю прислуживал Злу, в шоке! «Тай изо всех сил сомкнул веки и закрыл уши руками, чтобы не видеть этого и не слышать, никогда, никогда…»

Циники могут смеяться или же задавать вопросы относительно сексуальной ориентации Тая. Но мы не циники! Мы понимаем, в чем дело. Автору удалось не только сохранить в фэнтези лучшие качества женской прозы, но и усилить их чрезмерно. В итоге мы имеем дамские романы и повести. А уж тут не только допустимы, но даже необходимы слезы и прочие вздохи при луне (или лунах).

_{Павел Лачев}

---------------------

Энгус УЭЛЛС

ПОВЕЛИТЕЛИ НЕБЕС

Москва: Армада, 1996. — 524 с. — Пер. с англ. А. Колина. 20 000 экз. (п.)

=============================================================================================

Предисловие автора к русскому изданию — коварный ход, выбивающий из рук рецензента как минимум половину упреков. Автор честно признается, что и сам не знает, зачем придумал то или это, почему герои ведут себя не всегда адекватно и т. п. И вообще — он шел не от идеи, а от образа привидевшейся ему картинки — бой драконов с воздушными кораблями. Дальше — как получилось… Признаться, получилось неплохо. История мнемоника Де-виота и его возлюбленной колдуньи Рвиан (ну почему у колдунов и колдуний всегда такие нескладные имена?) тесно переплетается с судьбой мутанта Урта и «самурая» Тездала.

Вражда царит в их мире: одни пытаются отвоевать потерянные земли, вторые отбиваются, третьи готовят восстание против угнетателей… Словом, почти как у нас. Разумеется, хватает магии, мечей, битв и любви. Если читателю покажется, что это попурри из основных фэнтезийных сюжетов, то он будет прав. Однако судьба героев, плотная фактура их бытования в раздираемом войной мире захватывают нас. Ближе к финалу, правда, чувствуется, что автор начинает спешить: как говорится, «гнать картину». И даже то, что герои становятся Властителями драконов, этакими полубогами, не прибавляет мотивированности благостному разрешению всех противоречий между враждующими сторонами, рабами и господами. Да и взаимоотношения между драконами и их «пилотами» прямо как списаны с Пернского цикла Энн Маккефри. Можно ли это считать недостатком? Вряд ли! Фэнтези, как и детектив, с годами «костенеет», его атрибутика становится чуть ли не канонической, нововведения с трудом проламывают себе дорогу в накатанные сюжетные ходы. Ожидаемые неожиданности и узнаваемые персонажи все более приобретают символический характер. Создается впечатление, что создание фэнтезийного произведения, а равно и его прочтение — фрагменты некоего забытого или нарождающегося ритуала. Впрочем, это о другом…

Добавим, что оформление книги вполне адекватно содержанию. Девица на обложке и есть, по-видимому, Рвиан. Непонятно только, зачем ей в руки дали меч. С таким могучим бюстом он ей ни к чему, своими молочными железами она прихлопнет любого супостата.

_{Павел Лачев}

---------------------

Сергей СНЕГОВ

ДИКТАТОР

Рига: Полярис, 1996. —

В 2 томах. — 351 + 415 с. — 200 000 экз. (п.)

=============================================================================================

Мое знакомство с Сергеем Александровичем составилось где-то в начале 80-х годов. Времена были уныло-суетливые, фантастику печатали все меньше и меньше, но зато чаще устраивались разнообразные конференции, семинары и прочие организационные радости. Вот и в Калининграде учинили что-то вроде региональной встречи. Именно тогда я впервые увидел невысокого и немолодого человека, прямо-таки излучающего светлое спокойствие, радушие, доброжелательность. Это и был автор знаменитой трилогии «Люди как боги» — первой нашей «космической оперы». Квартира Снегова впечатляла — типичное убежище интеллектуала — все стены в книгах. На прощание он подарил мне кусочек янтаря с вмерзшей мушкой. Храню до сих пор.

Впоследствии нам не раз приходилось встречаться. Когда я узнал о том, что ему пришлось пережить, то ужаснулся этому, одновременно восхищаясь его умению выстоять перед напором подлости бытия. Вот уже два года, как его нет с нами. Замечательно, что он не забыт издателями. Вышедший двухтомник — прекрасный дар его памяти. Но прежде чем перейти к нему, вспомним о трилогии.

Критик В. Ревич недавно заметил, что «Люди как боги» — «чуть ли не единственное произведение в отечественной фантастике, которое воспевает агрессивность и расизм» («Если» № 6,1996 г.). Даже если речь идет о 70-х — 80-х годах, то все равно не могу согласиться с уважаемым Всеволодом Александровичем. Куда, с этой точки зрения, например, отнести «Трудно быть богом» или «Обитаемый остров»? Герои также влезают в драку, исходя из собственных представлений о справедливости, и только после изрядной ломки дров хватаются за голову, пытаясь разобраться, кто свой, а кто чужой. Да, пальбы в нашей фантастике тех лет было маловато, батальные сцены почти и не встречались. Но мало кому приходило в голову всерьез воспринимать эпопею Снегова как коммунистическую утопию типа «Туманности Андромеды»! Авторская ирония сочилась сквозь строки, порой даже сводя накал ситуации к откровенному бурлеску. Если уж рассматривать трилогию с этих позиций, то ее можно отнести к хорошо замаскированной антиутопии, показавшей, к чему может привести антропоцентрический унитаризм. А если соотнести еще текст с эпиграфами, то «Люди как боги» превращаются в развернутую пародию на знаменитые строчки из ныне забытой песни: «Мы покоряем пространство и время, мы молодые хозяева Земли…»

И вот наконец «Диктатор, или Черт не нашего Бога». Вечная тема — интеллигент и власть. Как остановить зло, не прибегая ко злу? Ответ отрицательный. Зло может быть остановлено еще большим злом. И вот землянин Гамов, оказавшийся в «Иномире» (своего рода параллельная Земля) становится диктатором, пытаясь навязать мир непрестанно воюющим странам. Поначалу все эти «электроорудия» и «электробарьеры» отвлекают от авторского замысла, даже порой вызывают усмешку, напоминая лексику времен «междупланетных путешествий». Но вскоре забываешь об этом и следишь за тем, как звереющий от беспредела интеллигент превращается в кровавого сатрапа. Да, ему удается навязать мир. Да, злодеи наказаны, в том числе и те, кто так или иначе подталкивал людей к войне — журналисты, поэты и т. п. Теперь Гамов собирается судить и осудить себя, дабы другим неповадно было. Но когда переворачиваешь последнюю страницу, то возникает странная мысль: а не посмеялся ли над нами на прощание Сергей Александрович? Придав роману форму крутого фантастического боевика, он, в общем-то, рассказал нам историю человеческой глупости. Надежды на доброго дядю, который придет и спасет нас, смешны и опасны, потому что небеспочвенны. Да и вообще вся история человечества — это хроника пришествий «гамовых», как бы они ни назывались — Александр, Атилла, Темучин, Тамерлан, Бонапарт и так далее… Ими движут самые благие намерения, и в первую очередь — положить конец войнам. Им нужен мир, весь мир.

Но удел любого тирана, узурпатора, диктатора — вмерзнуть в янтарь времени навечно, остаться в памяти поколений, войти в летописи и учебники. Ищущий вечной славы не подозревает, что нет ничего хуже долгой памяти. Не зря молва гласит — они живы, пока мы помним о них. Представляете, какая у них «жизнь»?

_{Эдуард Геворкян}

Владимир Гопман

БУДУЩЕЕ ЗА ДЕСЯТЬ ЦЕНТОВ

На самом деле фантастические рассказы и повести печатались в литературных журналах Америки еще с 30-х годов XIX века. Но до последней четверти прошлого столетия таких журналов было немного, к тому же они стоили довольно дорого и ориентировались на сравнительно небольшую часть общества — на тех, кто имел образование и обладал материальным достатком.

К концу столетия ситуация меняется. Америка становится наиболее технически развитой страной в мире. Между 1870-м и 1900-м годами население увеличивается вдвое, снижается продолжительность рабочей недели, заработная плата ощутимо растет, а вкупе с нею и грамотность — за счет введения всеобщего начального образования. У людей появляется досуг, и средний американец начинает задумываться, как его проводить. Одним из таких способов стали журналы, которые значительно подешевели за счет использования прогрессивных производственных методов.

Среди этих журналов выделялись так называемые «десятицентовые романы» (dime novels) — в сущности, периодические и продолжающиеся издания, публикующие приключенческие повести, посвященные, в основном, покорению Дикого Запада. Фантастики в dime novels печаталось мало — можно назвать лишь книгу Эдварда Эллиса «Выпускающий пар человек из прерий» (1868), о железном создании, работающем на пару. Издавались также периодические издания, ориентированные преимущественно на подростковую аудиторию, так называемые «Boy’s Papers»; наиболее были известны журналы «The Boys of New York» и «Golden Hours». Фантастика в них была представлена по преимуществу произведениями об удивительных открытиях и изобретениях. Ведущим автором считался Луи Филип Сенарес, названный американским Жюлем Верном. Сенарес начал печататься в шестнадцать лет, и за тридцать лет творческой работы опубликовал под двадцатью семью псевдонимами невероятное количество рассказов: о роботах, аппаратах тяжелее воздуха, подводных лодках, словом, о тех технических идеях, которые носились в воздухе.