История Кореи: с древности до начала XXI в.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

1) об этнокультурной принадлежности Древнего Чосона: было ли это государство корейским, или китайским;

2) о времени образования государства Древний Чосон: возникло ли оно в III тысячелетии до н. э. или в середине I тысячелетия до н. э.;

3) о территории, которую занимал Древний Чосон: находился ли он в районе современной китайской провинции Ляонин и на Ляодунском полуострове, или в северной части Корейского полуострова и имел столицу в Пхеньяне;

4) о социально-экономическом строе Древнего Чосона: было ли это государство рабовладельческим?

Отметим еще один важный момент. Хотя в мировой историографии государство именуется Древний Чосон, во времена его существования оно называлось «Чосон». Слово «древний» появилось позднее для того, чтобы отличать историю этого государства от истории Кореи династии Ли (1392-1910 гг.), когда страна снова стала именоваться «Чосон».

В настоящей главе попытаемся представить основные точки зрения по спорным вопросам и подробнее остановимся на наиболее, на наш взгляд, заслуживающих внимания. Но начнем с изложения формальной хронологии истории Древнего Чосона, которая также не является бесспорной, во многом отражая мифологическое представление об истории этого государства.

§ 1. Формально-хронологические этапы истории Древнего Чосона

О Древнем Чосоне известно из корейских и китайских письменных источников. Корейские, дошедшие до наших дней, были написаны довольно поздно. Сведения о самых ранних этапах истории Древнего Чосона дошли до нас из мифов, самый известный из которых — миф о Тангуне, основателе Древнего Чосона. Текст мифа зафиксирован в нескольких корейских средневековых памятниках. Прежде всего это «Самгук юса», или «Достопамятные события Трех государств» (1281 г.), автором которых является буддийский монах Ирен (1206-1289). Миф о Тангуне представлен также в летописи XIII в. «Чеван унги» («Рифмованные записи о королях и императорах») историка Ли Сынхю (1224-1301). Кроме того, называют «Сечжон сил-лок» («Реальные записи [правления государя] Сечжона»), «черновое» историописание XV в., готовившееся как материал для составления официальной династийной истории и ряд других.

Историю Древнего Чосона принято делить на три периода. Первый период, «мифический» (поскольку о нем известно из мифов), называется «Чосоном Тангуна» и датируется 2333-1122 гг. до н. э. Вот краткое изложение мифа о Тангуне[12].

Жил некогда Хванин, повелитель Небес, и был у него сын Хванун, который решил жить среди людей. Тогда Хванин высмотрел на земле гору под названием Тхэбэк [находится не территории Корейского полуострова], вручил сыну три небесные печати и послал управлять людьми.

Действительно, Хванун спустился на землю вместе с 3000 человек и основал столичный город Синей [названия города в русском переводе нет; дословно означает «Город духов»]. Там он управлял как главными духами природы — Ветра, Дождя и Облаков, так и делами людей: ростом злаков, судьбой людей, их болезнями, добром и злом — всего 360 видами дел, по одному для каждого дня года.

В то время жили в одной пещере медведь и тигр, которые очень хотели превратиться в людей и молили об этом Хвануна. Хванун предоставил им такую возможность, обязав выполнить условие: дал но стебельку полыни и по 20 чесночин и повелел 100 дней не показываться на солнце. Только медведю удалось выполнить поставленные условия и он превратился в женщину.

Естественно, что женщина хотела иметь ребенка, молила духов, но ничего не получалось. И тогда Хванун «обернулся человеком», взял ее в жены, и она родила сына, которого назвали Тангун-Вангом [о значении имени Тангун будет сказано особо чуть ниже. Иероглиф «ван» означает «правитель, король», «гом» — «бережливый, простой»].

На 50-м году правления китайского императора Яо (2333 г. до н.э.) Тангун основал столицу в крепости Пхеньян, а страну назвал Чосон [что значит «Утренняя свежесть»]. Через некоторое время столица была перенесена в город Асадаль [переводят как «Восточная (или утренняя) гора»; точное местоположение неизвестно]. Так Тангун правил Чосоном 1500 лет.

Так было до тех пор, пока в год зайца (1122 г. до н.э.) китайский правитель новой династии Чжоу — Ху-ван не пожаловал некоему Цзи-цзы [корейское прочтение имени Кичжа] земли в стране Чосон.

В результате Тангуну пришлось перенести столицу в город Чан-дангён [предположительно, в горах Кувольсан провинции Хванхэ]. Сам Тангун возвратился в Асадаль, где и покинул мир людей в возрасте 1908 лет, став горным духом.

Ничего более о Чосоне Тангуна в «Самгук юса» не говорится, и ученым приходится воссоздавать картину событий, исходя из данных археологии, а также кратких упоминаний в древних китайских источниках.

Можно ли говорить о том, что Чосон Тангуна был государственным образованием? Напомним, что, по мнению большинства ученых, кроме историков КНДР, бронза появилась на Корейском полуострове и к северу от него не ранее X в. до н.э., а железо — лишь на рубеже IV-III вв. до н.э. При этом сельскохозяйственные орудия оставались каменными до конца I тысячелетия до н. э. Культура разведения риса проникла на полуостров в VIII-VII вв. до н. э. Выше мы уже упоминали о значении рисоводства и использования металлических орудий труда для процесса образования государства. Поэтому, на наш взгляд, вряд ли можно говорить о государственности на Корейском полуострове и территориях, граничащих с севера, в III — конце II тысячелетия до н. э.

Действительно, большинство историков склоняются к тому, что образование государства Древний Чосон произошло лишь в I тысячелетии до н.э. В конце 1990-х годов южнокорейская историография датировала время формирования государства V-IV вв. до н.э., российские же историки относят его к рубежу VIII-VII вв. до н. э. и позже. Даже в КНДР до 1993 г. признавалось, что население, на основе культуры которого строилось государство Чосон, этнически оформилось ко II тысячелетию до н.э., а о государственности можно говорить лишь с первой половины I тысячелетия до н.э., о чем свидетельствуют археологические находки и данные китайских историописаний.

С 1993 г. северокорейская позиция относительно Чосона Тангуна изменилась коренным образом[13]. В 1993 г. руководитель КНДР Ким Ирсен дал указание избавиться от искажений родной истории, произошедших по вине «японских продажных ученых», неверно излагавших историю Кореи в годы японской колонизации. Указание было выполнено, и вскоре в результате раскопок в 30 км к северо-востоку от Пхеньяна у горы Тэбак «обнаружили» гробницу Тангуна, в которой были найдены «останки» Тангуна и его жены. В результате физико-химического анализа возраст костей был датирован 3018 г. до н. э. Таким образом, для ученых КНДР, возможно, поневоле личность Тангуна стала не мифологической, а исторической. Наверное, существует немало способов оспорить эти результаты. Достаточно указать на «реконструированные» скелеты Тангуна и его жены, форма которых свойственна скорее индоевропейской, а не монголоидной расе (широкие тазовые кости женщины и т.п.). В любом случае, большинство ученых согласны с тем, что говорить о государственности в период Чосона Тангуна не представляется возможным.

Кто же такой Тангун и что означает это слово? «Тангун» — это современное корейское прочтение китайских иероглифов, которыми записывается это имя. В Южной Корее и в России есть немало вариантов дешифровки слова «Тангун». Все их можно свести к обобщающему значению «Небесный князь»[14]. По мнению большинства ученых, Тангун — это, скорее, не имя какого-либо конкретного человека, а название «должности» главы союза племен. Иными словами, на протяжении 1200 лет территорией Чосон правили люди, именовавшиеся «тангунами», или «тангун-вангомами».

Северокорейская историография до 1993 г. также придерживалась схожей точки зрения, утверждавшей, что иероглиф «тан» указывает на одно из названий этноса, населявшего Древний Чосон, а «гун» — обозначение правителя, главы союза племен. Говоря об этносе Древнего Чосона, историки КНДР считают, что большинство его населения составляла народность е и частично — мэк. Иногда говорят о единой народности емэк. Тот фрагмент мифа о Тангуне, где говорится о приходе вместе с сыном Небесного правителя Хвануном (отцом Тангуна) 3000 человек, интерпретируется как отражение процесса перехода протокорейских племен емэк из Алтая в Восточную Азию.

Итак, первый период истории Древнего Чосона —Чосон Тангуна, скорее, следует относить к категории «мифической истории». Тогда еще не было государственного образования, но проходил процесс перемещения и консолидации союза племен в районе Корейского полуострова и севернее от него. Возглавлялись союзы племен «тангунами».

Второй период, «легендарный», называется «Чосон Кичжа» и датируется 1122-195 гг. до н.э. Он связан с легендой, следы которой присутствуют в мифе о Тангуне: правитель китайской династии Чжоу (1122[15]-247 гг. до н. э.) У-ван (1121-1116 гг. до н. э.) отдал Чосон в удел некоему Кичжа.

Легенда эта вызывает разноречивые чувства у корейцев. Действительно, если Чосон был отдан китайским правителем китайскому же вассалу, то возникает вопрос: а не был ли Чосон в это время просто-напросто частью Китая? Ведь территориально Древний Чосон находился не только, а иногда и не столько на Корейском полуострове. К тому же Древний Чосон закончил свою историю тем, что вошел в состав Китая. Огромное влияние китайской культуры, в особенности культуры железа, на Древний Чосон не отрицается учеными.

Однако и южнокорейская, и отечественная[16], и северокорейская историография однозначно отрицают любую возможность положительного ответа на поставленные вопросы. Ведя речь о Чосоне Кичжа, в особенности со второй половины I тысячелетия до н. э., можно с достаточной степенью уверенности говорить о том, что название «Чосон» обозначало государство (а не, к примеру, союз племен). Этому вопросу будет специально посвящен параграф «Социально-экономическое устройство Древнего Чосона». Кроме того, в многочисленных древнекитайских летописях Древний Чосон упоминается как государство. Перечислим важнейшие из них.

Прежде всего это известные нам «Исторические записки» Сыма Цяня, глава 115[17]. «Гуанъ-цзы» (имя собственное) — сводно-энциклопедический текст, составленный в IV-II или V-III вв. до н. э. Авторство приписывается министру древнекитайского княжества Ци — Гуань-чжуну. В летописи, в частности, говорится, что у княжества Ци и Чосона были торговые контакты. «Шань хай цзин» («Каталог гор и морей»)— сборник географических и мифологических сведений о Древнем Китае и сопредельных территориях, составленный в конце III — начале II в. до н. э. О Древнем Чосоне есть короткое упоминание в конце цзюани (главы) 12. Трактат «Вэй люэ» («Краткая история княжества Вэй») относится к IV-III вв. до н.э. Все перечисленные трактаты составлялись во времена Чосона Кичжа и сведения, представленные в них, можно считать в достаточной степени достоверными.

Третий период истории Древнего Чосона именуется «Чосон Ви Мана» и датируется 194-108 гг. до н.э. С наступлением данного этапа связаны следующие события. В 195 г. до н.э. выходец из китайского княжества Янь — Вэй Мань (в современном корейском прочтении иероглифов имя звучит как Ви Ман) вместе с 1000 человек своих людей перешел на службу к древнечосонскому правителю Чун-вану.[18] В 194 г. до н.э. вместе с другими выходцами из китайских княжеств Вэй Мань захватил власть, после чего он, его сыновья и внуки правили в Древнем Чосоне до тех пор, пока император уже объединенного Китая новой династии Хань (206 г. до н.э.— 220 г. н.э.) У-ди (140-87 гг. до н.э.) не отправил в 109 г. до н.э. в Древний Чосон войска: 50000 человек по суше и 7000 — по морю. В результате в 108 г. до н. э. Древний Чосон пал, а на его месте были образованы четыре китайских округа: Чженьфань (корейское прочтение —Чинбон), Линьтунь (Имдун), Сюаньту (Хёнтхо) и Лэлан [Лаолан][19] (Наннан). На этом заканчивается история государства Древний Чосон.

Однако очень много вопросов еще остаются открытыми. Например, вопросы о времени формирования государственности в Древнем Чосоне, его культурной принадлежности и степени независимости от Китая. Почему выходец из Китая Вэй Мань (Ви Ман), в принципе, мог «перейти на службу» в Чосон? Не по причине ли культурной близости, если не говорить о большем? И почему китайский император У-ди, правитель династии, объединившей Китай, решил присоединить к своей империи и Древний Чосон?

[12] Полный текст перевода на русский язык см. в кн.: Корейские предания и легенды из средневековых книг. М., 1980. С. 37-38.

[13] Подробнее см.: Тангун — родоначальник Кореи. Пхеньян, 1994.

[14] В случае с Древней Кореей значение слова не всегда связано со значением иероглифов, с помощью которых передается его звучание. Нередко китайские иероглифы использовались исключительно для записи звучания корейских слов, вне связи с их значением. Поэтому древние корейские названия часто требуют особой дешифровки.

[15] В настоящее время в научной китаеведческой литературе нет общепринятой точки зрения на дату, с которой следует начинать отсчет правления династии Чжоу. В литературе встречаются также указания на 1134, 1046, 1027 гг. до н. э. (см., напр.: Кравцова М. Е. История культуры Китая. СПб.; М.; Краснодар, 2003. С. 406).

[16] Подробнее о государстве Древний Чосон см.: Бутин Ю. М. Древний Чосон. Новосибирск, 1982.

[17] Трактат, опубликованный в русском переводе, см.: Сыма Цянь. Исторические записки (Ши цзи) // Памятники письменности Востока, XXXII. Т. 1-4. М., 1980-1986.

[18] В отечественной историографии до сих пор нет единства в написании храмовых имен древнекорейских правителей. Дело в том, что имена корейских королей вплоть до X в. заканчиваются словом-слогом «ван», что значит «король», т. е. правитель государства, находящегося в вассальном подчинении к Серединной Империи — Китаю. Поэтому отдельные исследователи изымают из имени слово-слог «ван», считая его не частью имени, а лишь указанием на «должность» правителя. Имя «Чун-ван» они записывают просто как «Чун», добавляя перед ним слово «король», или «ван». Таким образом, пишут «король Чун», или «ван Чун». Мы же считаем слово-слог «ван» частью храмового имени (имени, дававшегося посмертно и становившегося официальным). Во-первых, в корейском языке слог-слово «ван» всегда записывается как часть имени корейских государей. Во-вторых, в той же отечественной историографии аналогичное по своим функциям слову-слогу «ван» слово-слог «чон/чжон», или «чо/чжо» («великий предок»), ставшее частью храмовых имен корейских государей X-XX вв., везде записывается слитно, как часть имени, например, в имени Кочжон (1863-1907) и т.д. Таким образом, элементарное требование универсальности в подходе к принципам записи имен корейских монархов приводит к необходимости восприятия слова-слога «ван» как составной части имен корейских правителей.

[19] В отечественной корееведческой литературе китайское прочтение название округа Наннан нередко передают как «Лолан», что не совсем точно отражает современное китайское произношение.