Если сердце верит: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Расположи их в алфавитном порядке, подшей в папки и сложи в шкаф. Ты уже напечатала бирки для дел?

Девушка испуганно вытаращила глаза. Они явно покраснели — либо от бессонной ночи, либо из-за утренних слез.

— Забыла, — прошептала она.

— Ничего. Сделай это сейчас. Итак, задача ясна? Напечатать и наклеить бирки на папки и подшить туда письма, прежде чем отправишься сегодня домой. Все понятно?

Дженни быстро кивнула.

— Но сначала поешь, — напомнил Джон, направляясь в кухню, чтобы достать почту из ящиков.

Он вернулся в офис и доел пончик, не сводя глаз с озера. Яхта исчезла, и от ее кильватера не осталось и следа, но вода уже не была гладкой — легкий бриз покрыл зеркальную поверхность мелкой рябью. Прямо под окном перешептывались, раскачиваясь, ивы.

Приподняв жалюзи, Джон высунулся в окно. У Чарли жарили солонину. Ветерок донес дразнящий аромат через улицу и полетел еще дальше — к берегу. Слева, на краю городского пирса, выдававшегося в озеро с узкой косы песчаного пляжа, рыбачили шестеро старичков. Справа над кустарником стеной высились золотые березы, доходя до самых прибрежных камней. Дальше было озеро. За деревьями располагались дома, в которых можно было жить круглый год и которые для маленького городка казались слишком величественными. Однако по большей части они были втиснуты в бухточки, скрыты за их изогнутыми берегами или спрятаны от посторонних глаз островами. Из своего окна Джон видел несколько флагштоков на частных причалах и старый плот, стоящий на якоре. Скоро его укроют под крышей, а причалы разберут и сложат в сараи. Озеро оголится.

Телефон снова проснулся. Опустив жалюзи, Джон подождал, не возьмет ли трубку Дженни. После трех звонков пришлось ответить самому:

— «Лейк ньюс».

— Джон, это Эллисон Куимби, — прозвучал бодрый голос. — У меня тут все разваливается. Нужен рукастый мужик, а все мои прежние помощники сейчас заняты у Хука. Скажи, еще не поздно дать объявление?

— Нет. Только погоди, я переключу тебя на отдел продаж. — Он добежал до другого стола и поднял трубку второго аппарата. — О’кей. — Скользнув в кресло, Джон тронул мышку компьютера. — Минутку. Я открываю рубрику объявлений. Ну вот. Текст у тебя готов? — Он задал риторический вопрос, зная, что Эллисон Куимби, владелица местной риэлтерской компании, — отличный профессионал.

— Ну, разумеется, готов, — отозвалась она и прочитала объявление.

Джон напечатал его, повозился с макетом, помог отредактировать текст, чтобы объявление сработало побыстрее, предложил заголовок, подсчитал стоимость и записал номер кредитной карточки Эллисон. Закончив разговор, он сразу же набрал другой номер.

— Да-а, — отозвался вялый голос.

— Это я. Эллисон Куимби нужен рабочий. Позвонишь ей? — Услышав в ответ тихое ругательство, Джон добавил: — Ты трезв, Бак, и тебе нужна работа.

— А ты кто? Мой фиговый ангел-хранитель?

— Я твой фиговый старший брат и беспокоюсь о девчонке, которую ты обрюхатил. Возможно, ты и не стоишь забот, но мне жаль эту девочку и ее будущего ребенка. Давай, Бак. Ты малый мастеровой и вполне в состоянии помочь Эллисон. Платит она щедро, да и рекламу тебе сделает, если ей понравится твоя работа. — Джон продиктовал номер телефона и, повторив его, добавил: — Позвони ей.

В следующую минуту он уже снова стоял возле окна неподалеку от редакторского стола. Бросив взгляд на озеро и подумав о том, что у таких людей, как Бак и Дженни, нет ничего подобного, Джон взял себя в руки. Ведь Дженни и Бак живут в Ридже, где теснятся, наступая друг на друга, маленькие домишки, и они такие грязные, что не могут духовно очищать человека, а уж тем более алкоголика, больного или безработного. Джон знал это, поскольку сам родился в Ридже. Наверное, до самой смерти ему суждено слышать и ощущать атмосферу этого города — и кожей, и обонянием.

Вдруг его внимание привлекло какое-то движение на озере — красный блик на дальнем причале. Джон присмотрелся повнимательнее, потом, чуть улыбнувшись, достал из нижнего ящика стола бинокль и посмотрел в него. В шезлонге расположилась красавица Шелли Коул; ее загорелая кожа блестела под солнцем. По правде говоря, это была изумительной красоты женщина. Вообще дамы из этого рода жестоко искушали уже три поколения местных джентльменов. В основном они были добрыми созданиями, поэтому из них получались прекрасные жены и матери. Шелли, однако, отличалась от своих родственниц. Через неделю, когда здесь станет слишком холодно, чтобы щеголять загаром, она отправится во Флориду. Для Джона это совсем не потеря. Возможно, и он подвергся бы такому же искушению, как и другие здешние мужчины, если бы предусмотрительно не держался за версту от Шелли.

Немного сместив окуляры, он посмотрел на Хантер-Айленд. Получивший название по фамилии своих первых владельцев, а вовсе не в связи с охотничьим промыслом, этот островок был одним из многих клочков суши, разбросанных по озеру. Там стоял домик, правда, не рассчитанный на зимние холода. Род Хантеров провел в нем больше ста летних сезонов, прежде чем продать имение его нынешним хозяевам. Новые владельцы, Ла Дюки, обучали плаванию на маленьком галечном пляже уже третье поколение своих детишек.

Странные люди эти Ла Дюки. Скандалов в жизни этого клана было, наверное, не меньше, чем в семье Хантер. Подрастая, Джон не раз слышал пересуды об обоих семействах. Профессия журналиста приучила Джона совать нос в чужие дела, поэтому, вернувшись сюда, он заинтересовался этой темой, расспрашивал окружающих, делал заметки. Сейчас все наработки лежали в его шкафу вместе с прочими материалами личного характера, но, несмотря на это, ему не из чего было делать книгу. Возможно, в рабочем настроении Джон просто не перечитывал свои записки. Пожалуй, надо попытаться еще разок. Или распределить их как-нибудь иначе. Например, по хронологии. Тогда, глядишь, его и осенит. Уж за три года мог бы накопать чего-нибудь стоящего.

Зазвонил телефон.

— «Лейк ньюс», — после первого же звонка ответил Джон.

— Привет, Кип. Это Поппи.

Джон улыбнулся. Да и как не улыбнуться, услышав милую Поппи Блейк, эту веселую фею, неизменно сияющую и оживленную.

— Привет, дорогая. Как жизнь?

— В трудах, — ответила она, и это прозвучало просто восхитительно. — Тут тебе домой звонит некий Терри Салливан. Соединить?

Джон бросил взгляд на стенку с фотографиями, на снимок, запечатлевший его на вечеринке с другими репортерами. Терри Салливан. Высокий поджарый смуглый парень. Его усы скрывали неизменную презрительную ухмылку, и он постоянно ждал какого-нибудь скандала, чтобы тут же броситься в гущу событий и выколотить полную информацию для репортажа. Он до последнего боролся за призовое место, был до крайности эгоиста юн и понятия не имел ни о порядочности, ни о верности друзьям. В свое время Терри не единожды предал и Джона.

Странно, что Терри позвонил ему. Ведь именно он больше всех радовался, когда Джон решил уехать из Бостона, и даже не скрывал этого.