— Было бы отлично.
— Думаю, мне это особого труда не составит. Поставки продовольствия теперь не так уж скудны, и мне поверят, если я скажу, что теперь угрозы как для населения, так и для безопасности уже нет.
Анджело кивнул.
— Но, разумеется, вы хотите что-то взамен?
— Да, есть два момента.
— Какие же?
— Во-первых, я хочу, чтоб вы поспособствовали, чтоб каждый ресторан нанял хотя бы одну девушку. А такие крупные, как ваш, могут себе позволить взять хоть дюжину. Девушки могли бы работать официантками, поварихами, метрдотелями, кем угодно.
С минуту Анджело обдумывал предложение, потом произнес:
— Идея отличная. Девушки получат работу, и когда начнутся rastrellamenti, смогут доказать, что у них есть средства к существованию. — Он поймал взгляд Джеймса. — В Неаполе новости быстро доходят, — сказал он смущенно. — Значит ли это, что девушки, которые помолвлены с солдатами, смогут выйти замуж?
— Не вижу причин для отказа. Сами посудите, репутацию работающей в «Зи Терезе» девушки никто не сочтет сомнительной.
— А документы? Те рапорты, в которых они уже признаны гулящими?
— Я думаю, вы помните, — сказал Джеймс, — что пару недель назад был немецкий авианалет. Он нанес громадный ущерб моему помещению. Увы, многие документы полностью уничтожены.
— Ага, — сказал Анджело. Он поднял стакан. — А вы, я вижу, furbo,[53] друг мой, — с восхищением произнес он. — Вы сделались настоящим неаполитанцем.
— Оказывайте предпочтение тем девушкам, у которых уже есть жених. У нас имеется задолженность по бракам, которую необходимо ликвидировать. В одном надо проявлять решимость — едва девушка выходит замуж, она должна оставить свою работу в пользу очередной соискательницы. Сам я найму Джину Тесалли, она ждет ребенка. Будет помогать Ливии по кухне.
При упоминании имени Ливии, Анджело улыбнулся:
— Словом, у себя вы оставляете все как есть? Я всегда могу возвратить Маллони на прежнее место, если угодно.
— Не угодно, — сухо сказал Джеймс. — Миссис Пертини останется у меня.
Анджело согласно кивнул.
— И что же второе?
— Мне надо знать, где Дзагарелла держит свой краденый пенициллин.
Анджело чуть не поперхнулся.
— Друг мой, это чрезвычайно опасное дело. Почему бы вам не оставить Дзагареллу в покое?
— Он меня прижучил. Теперь моя очередь.
— Не знаю, смогу ли я вам помочь, — качая головой, сказал Анджело.
— Почему нет? В вашем ресторане, Анджело, вы потчуете не только офицеров союзных армий. Camorristi к вам также наведываются.
— Все гораздо сложней, гораздо запутанней, чем вам кажется, — отозвался Анджело.
— В каком смысле?
Несмотря на то, что в ресторане они были одни, Анджело осмотрелся по сторонам, прежде чем ответить:
— В смысле товаров, украденных у союзников. Ваш предшественник Джексон считал, что американцы просто не умеют работать, потому и не положат этому конец. — Джеймс кивнул. — Но если я хоть что-то за последний год понял, так это то, что ваших друзей американцев можно обвинять в чем угодно, только не в неумении работать.
— Что вы имеете в виду?
[53] Плут (ит.).