— И не было никакой реакции со стороны этих паучков?
— Черт побери, вы правы, — неохотно кивнул Мгоабе.
— Тогда почему сейчас?
— Не знаю. Просто я предположил, что здесь есть какая-то связь, и хотел, чтобы мы оказались на Титане раньше русских.
— Ладно, — успокаивающе произнес Дэниел. — Это ответ на второй вопрос. По крайней мере, вполне удовлетворительное объяснение. Но какая разница, кто прилетит туда первым?
— Огромная разница, друг мой. Русские не знают о пещерах Меркурия. Они не знают о неоновой скульптуре или крошечных паучках,
— Да, — согласился Дэниел. — Но они располагают информацией о Жимерзле.
— Совершенно верно. И хотя мы пока не понимаем, как связаны между собой все эти явления, они могут быть частью единого, целого.
— И что?
— Поэтому, если мы попадем на Титан первыми, то у нас в руках окажутся все части головоломки.
— Вы так думаете.
— Совершенно верно?
— А если они первыми прилетят на Титан?
Тогда тот кусок головоломки будет у них, а у нас — пещеры, и никто не сможет разгадать загадку. Мы опять окажемся втянутыми 9 политический конфликт, подобного которому не было уже несколько десятков лет. Может даже начаться война.
«О, господи! — подумал Дэниел. — Только этого нам не хватало».
— Нельзя сказать, что я счастлив слышать это. Ну ладно. Где мы находимся?
— Посмотрите сюда, — Мгоабе извлек видеокассету из проектора и вставил на ее место другую. Он усилил поляризацию носового экрана, так что в рубке стало темно, и включил проектор. Перед ними появилось новое изображение.
— Вы раньше видели что-либо подобное? Это старинное устройство. Кажется, его изобрел еще Тихо Браге. Модель Солнечной системы. Относительные размеры космических тел соблюдены, только расстояния уменьшены.
— Я знаком с такими моделями, благодарю вас.
— Не будьте таким сердитым. Посмотрите. Мы находимся вот здесь, двигаясь от Меркурия по направлению к Солнцу.
Замерцала маленькая точка.
— Вот Сатурн и Титан. Земля находится позади — никаких проблем, если бы они стартовали с Земли. Но смотрите.
На краю пояса астероидов засветился крошечный цилиндр. Он располагался в плоскости эклиптики градусах в девяноста от Сатурна.
Мгоабе прочертил линию от Острова к окрестностям Сатурна. Пальцем другой руки он провел курс от светящейся точки, обозначающей скиттер.
— Если мы будем двигаться в плоскости эклиптики далеко от Солнца, то так удлиним путь, что проиграем гонку. Мы можем также попробовать лететь выше или ниже плоскости эклиптики. Разницы никакой — все зависит от точки отсчета, — он прочертил на модели еще две линии. Бесполезно, — он покачал головой. — Но смотрите сюда.
Кончиком пальца Мгоабе провел линию от сверкающей точки скиттера мимо края солнечного диска через орбиты планет и пояс астероидов до Сатурна.
Он повернулся к собеседникам, лицо его сияло.
Мы выиграли!
Дэниел, Лидия и Товак обменялись испуганными взглядами.
— Мы выиграли! Что мы выиграли? Вы хотите сказать, мы просто изжаримся? Нам никогда не удастся пролететь сквозь Солнце. Мы распадемся на атомы.