— Хватит, — внезапно сказал Мгоабе. Он выключил видеопроектор и уменьшил степень носового экрана, так что солнечный свет заполнил рубку скиттера.
Солнце было огромным и заполняло почти весь экран. Никаких других объектов больше не было видно.
— Вы хотели знать, почему мы так поспешно покинули Меркурий? — вопрос Мгоабе был адресован Дэниелу Китаяме.
Дэн кивнул в ответ.
— Хорошо. Сейчас вы все узнаете. И еще: я говорил вам, что корабль будет модернизирован за время нашей прогулки к пещерам. Пришло время вам узнать, что именно с ним сделали.
Мгоабе повернулся в кресле и встал. Солнце светило ему в спину, и от этого его черный силуэт казался еще темнее. Тот же самый яркий свет выбелил лица остальных. Вьющиеся в воздухе пылинки образовали нимб вокруг Мгоабе. Его тень была похожа на геометрическое тело.
— Во-первых, без модернизации мы никогда так близко не приблизилась бы к Солнцу. Обшивка скиттера была утолщена и. покрыта специальным составом. На Меркурии он выглядел обычно, не правда ли? Но чем ближе к Солнцу, тем больше его отражающая способность. Скоро мы будем выглядеть, как великолепное зеркало — жалко, что вокруг никого нет, чтобы посмотреться в нас. Мы проникнем на миллионы километров в солнечную, корону.
— Зачем?
— Что? — удивился Мгоабе.
— Зачем? — повторила Лидия Хаддад. Он покачал головой.
— Без модернизации мы никогда не подошли бы так близко к Солнцу. Мы бы уже давно сгорели.
— Я не это имела в виду, — возразила она. — Зачем нам. приближаться к Солнцу? Куда мы, черт побери, направляемся?
— Q, прошу прощения, леди! — воскликнул Мгоабе. — Я был занят нашей безопасностью и совсем забыл, что один знаю о цели путешествия. Мы направляемся к Титану.
К Титану!
Он картинно поклонился, и длинная густая тень повторила его движения.
Русские направляются туда, и ми должны опередить их, — сказал Мгоабе, выпрямившись. — Русские? — переспросил Дэн. — Они-то здесь при чем?
— Мы, марксисты, не верим русским. Я говорил о своих политических пристрастиях, мой друг Дэниел? Вообще-то я не придаю им особого значения. МГО не является политической организацией. И не смейтесь надо мной, пожалуйста. Мы пытаемся делать нашу работу. Что касается моих личных убеждений… будучи лишь номинальным христианином, мой друг, но подвергшись жестоким и злобным нападкам со стороны отступников, вы можете вернуться в лоно церкви.
Он покачал головой.
— Именно это и произошло с марксистами. Не активными, а лишь формально считавшими себя сторонниками марксизма. Вроде меня. Когда контрреволюция отбросила Россию в пучину реакции, мы вновь вспомнили о своем марксизме. Это произошло в те времена, когда вы, Дэниел, находились в замороженном состоянии. И, полагаю, до вашего рождения, — последние слова он с легким поклоном адресовал Товак и Лидии.
— Я не понимаю, — лоб Дэниела прорезали глубокие морщины. — Какое отношение эта история имеет к происходящему сейчас. Мы летим к Титану, потому что туда направляется русская экспедиция? С Земли? И зачем? Что им нужно на Титане? И почему, черт побери, нам необходимо быть там раньше их?
— Не с Земли, — затряс головой Мгоабе. — Если бы они стартовали с Земли, то нам не составило бы труда опередить их. Сатурн сейчас далеко от нас. Чтобы попасть туда, придется пересечь солнечную орбиту. Мы должны спешить, потому что русские стартовали с одного из своих Островов. Большинство из них независимы, но некоторые были построены как колонии. Остров Чайковский все еще является форпостом русских.
Дэниелу захотелось сплюнуть.
— Я думал, что вы давно покончили с подобным дерьмом. Ну а что, если они успеют первыми? И вообще — что за нужда лететь на Титан? Он был исследован сто лет назад и там, насколько я помню, не обнаружили ничего ценного. Разве что кому-то понадобится огромный холодильник.
Мгоабе прикусил губу.
— Ладно. Отвечу сначала на ваш второй вопрос. Необходимость лететь на Титан заключается вот в чем. Это космическое тело излучает электромагнитные сигналы в широком диапазоне. Я могу продемонстрировать их вам на экране компьютера или вывести на динамики.
До нынешнего дня с Титана не было зарегистрировано ничего, кроме фонового излучения. Радиосигналы появились в тот самый момент, когда мы своим присутствием заставили зажечься неоновую скульптуру в меркурианской пещере!
— Постойте! — покачала головой Лидия. — Это ничего не значит.
— Почему?
— Потому что вы уже были там раньше, мистер Мгоабе, не правда ли? Вы посещали эти пещеры, отсняли видеокассету, при вас светилась… неоновая скульптура. И ничего больше не происходило. Ни на Титане, ни где-то еще. Ведь так?
— Да.