Гвардейцы в боях: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Взвесив все плюсы и минусы, я принял решение поставленную задачу выполнять силами 151-го и 153-го полков, имея во втором эшелоне 155-й полк. Чтобы сократить время доведения задачи, я выехал в 153-й полк, а начальник штаба Я. Д. Емельянов — в 151-й полк. Надо сказать, что в то трудное время, особенно при штурме Берлина, мы с Емельяновым хорошо узнали друг друга и в оценке событий, какой бы сложной ни была обстановка, у нас почти никогда не было расхождений. Яков Денисович умел быстро подхватывать решения командира и четко проводить их в жизнь.

Главный опорный пункт немцев Блюмберг решено было брать обходным путем: 151-й полк с частью сил активными действиями сковывает противника с северо-востока, а основными силами наносит удар с севера; 153-й полк частью сил, прикрывшись с юго-востока, главный удар наносит с юга, 155-й полк следует за левым флангом 153-го полка.

В два часа ночи после 20-минутной артиллерийско-минометной подготовки дивизия с приданными ей средствами усиления начала наступление. 151-й полк прорвал оборону восточнее города, но, как сообщил начальник штаба Емельянов, сильным огнем противника был остановлен. Тогда было принято решение: частью сил полк прикрывается от Блюмберга-северного, а главными силами сковывает противника с востока и юго-востока и тем самым способствует выполнению задачи 153-го полка, который, не ввязываясь в бой за город, захватывает автостраду Блюмберг — Берлин, прочно удерживает узел дорог до подхода 155-го полка. С подходом полка Козареза последний одним батальоном содействует полку Юдича овладеть Блюмбергом.

К 6 часам полк Зубова свою задачу по захвату узла дорог успешно выполнил. Это был крупный успех. Вот что пишет в книге «Наступает ударная» бывший начальник оперативного отдела 3-й ударной армии ныне генерал-лейтенант Георгий Гаврилович Семенов:

«На рассвете 21 апреля гвардейцы 52-й дивизии генерал-майора Н. Д. Козина и бойцы 171-й стрелковой дивизии полковника А. И. Негоды первыми пересекли берлинскую кольцевую автостраду и устремились в пригороды Большого Берлина. Эта радостная весть быстро разнеслась по частям армии. 3-я ударная переступила порог фашистского логова!»[66]

К 7 часам в наших руках был Блюмберг-северный, а вскоре и Блюмберг-южный. Эти успехи еще более воодушевили гвардейцев. Город Блюмберг — узел дорог на подступах к самой немецкой столице. И овладение им имело большое оперативное значение: город занимал ключевое положение, потеря его противником влекла за собой неминуемый отход фашистов на внутренний городской обвод. Из показаний пленных было известно, что, стремясь удержать опорный пункт обороны Блюмберга, гитлеровцы стянули сюда основные силы и тем самым ослабили свои фланги. Тогда я принял решение ввести в бой второй эшелон дивизии — 155-й стрелковый полк Козареза, задачей которого было: развивая успех 153-го полка в направлении Вейсензее, овладеть пригородами Бланкенбург и Мальхов. Опрокидывая отдельные очаги сопротивления на высотах и опушках леса, 155-й полк к 7 часам вышел на рубеж Ной-Ланденберг — Аренсфельде. С юго-западной окраины Ной-Ланденберга противник предпринял контратаку, но, потеряв до роты пехоты и четыре танка, был отброшен. Этот успех был закреплен гвардейцами 151-го полка, которые, взаимодействуя с гвардейцами 23-й дивизии, в 11 часов окончательно овладели Ной-Ланденбергом.

В 12 часов 21 апреля 2-й дивизион майора А. Л. Дубицкого 124-го артполка с северо-восточной окраины Кларахе произвел первый залп по рейхстагу.

Противник ослабил свои действия на левом фланге дивизии. Мы не замедлили этим воспользоваться: 153-й и 155-й полки решительной атакой прорвали вражескую оборону и, преследуя отходящего противника, к 14 часам захватили Вартенберг. Через полтора часа противник силою до пехотного батальона, ротой танков при поддержке артиллерии среднего калибра из района пригорода Мальхов предпринял контратаку. Но 153-й полк С. П. Зубова, прикрывшись с востока 7-й стрелковой ротой капитана Александра Петровича Ерошкина и взводом 3-й пулеметной роты лейтенанта Костина своими главными силами с севера-востока и во взаимодействии со 155-м полком Р. И. Козареза с юго-запада при поддержке артгрупп разбил противника. К 17 часам общими усилиями пригород Берлина — крупный населенный пункт Мальхов — был взят.

В этих боях 52-я дивизия нанесла врагу значительный урон: было убито и ранено до 250 солдат и офицеров, 188 солдат взято в плен, захвачены трофеи — 7 штурмовых орудий, 2 танка, 31 зенитное орудие, 9 пушек, 5 автомашин, 6 тракторов и другое военное имущество.

В боях особенно отличилось отделение противотанковых ружей сержанта Скоблинова. Лично сам командир подбил танк, уничтожил до десятка фашистов.

8 обеспечении успеха многое сделал саперный взвод лейтенанта Кирзунова. Блестяще выполнил свою задачу и штурмовой взвод сержанта Степанова. Этот взвод на юго-восточной окраине Мальхова уничтожил труднопоражаемые огнем артиллерии в каменном здании два пулемета, орудие и фауст-патрон. Над зданием был водружен красный флаг. Противник вновь пытался предпринять контратаку, однако гвардейцы стрелковой роты старшего лейтенанта А. М. Шингалова 155-го полка при поддержке батареи старшего лейтенанта В. В. Жилинского 124-го артполка успешно ее отразили. На этот раз отличилось стрелковое отделение младшего сержанта А. В. Титова. Поблагодарить гвардейцев за успешные боевые действия приезжал командир 12-го корпуса генерал-лейтенант А. Ф. Казанкин. К несчастью, на обратном пути он был тяжело ранен. 30 апреля 1945 года его заменил генерал-майор А. А. Филатов.

Во второй половине 21 апреля 151-й и 155-й полки со 108-й танковой бригадой и тяжелыми средствами усиления вели наступление с западной и юго-западной окраин Мальхова на пригород Вейсензее. В 17 часов прорвав сильно укрепленный рубеж обороны, проходивший по северной и северо-западной окраинам Вейсензее, части дивизии в 20 часов 30 минут ворвались в Берлин и завязали ожесточенные уличные бои.

Вражеская столица была хорошо подготовлена к обороне. Каждый квартал, каждый дом, каждый этаж сражался. Стреляло каждое окно. Фашисты не сдавались. У них была большая возможность маневра, им были известны особенности каждой улицы — подземные ходы сообщения, подвалы, люки.

Вести бой в городе всегда трудно, а тем более в таком, как Берлин, в котором все прочные каменные дома были превращены в крепости с многоэтажными подземными бункерами и подвалами. Для уничтожения наших танков, орудий, автомашин и живой силы противник в большом количестве применял фауст-патроны — грозный вид оружия ближнего боя. Из него можно было стрелять из подвала, с чердака, из щели и блиндажа. Где танк не могла взять пушка, там фаустпатрон делал свое дело. Надо сказать, что и наши воины неплохо использовали трофейные фауст-патроны, умело их применяли в борьбе с вражеской боевой техникой и живой силой.

Переодевались гитлеровцы и в гражданское платье, они нападали на офицеров, бойцов, уничтожали обозы, автомашины, разрушали связь. Однако и эти террористические акты не могли спасти их. Наши войска в упорных уличных боях очищали дом за домом, квартал за кварталом. Бои не затихали ни днем ни ночью. Весь город был в огне, дыму и пыли, гари и копоти — просто дышать было нечем.

Эвакуация населения из Берлина была запрещена еще в начале 1945 года. Все мужчины от 16 до 60 лет были зачислены в отряды фольксштурма для защиты столицы вместе с войсками обороны. В состав фольксштурма входили и полицейские, которых в Берлине насчитывалось более 30 тысяч. Вокруг Берлина было возведено три оборонительных обвода — внешний, внутренний и городской. Многие кварталы фашисты оборудовали в батальонные узлы сопротивления. В городе имелось 400 железобетонных сооружений, четыре крупнейших крепости. Две крепости с шестью подземными этажами с железобетонными стенами толщиной 4–5 метров находились в парке Гумбольт Хаин, хорошо подготовленном в противотанковом и противоартиллерийском отношении. Крепости соединялись между собой подземным туннелем. На 30 апреля в них находились гарнизон в 5270 солдат и офицеров и 15 тысяч жителей, в основном семьи генеральского состава фашистской армии. Они были обеспечены продовольствием на шесть месяцев, автономным водопроводом, светом, пекарней.

С потерей окраин города противник лишился многих складов, особенно продовольственных. Поэтому были установлены жесткие нормы снабжения населения: в неделю на одного человека выдавалось по 800 граммов хлеба, 800 — картофеля, 150 — мяса, 75 граммов жиров.

С 21 апреля полностью прекратилась работа на всех предприятиях, так как были израсходованы запасы угля, прекращена подача электроэнергии и газа. Не действовали водопровод и канализация. Остановились трамваи, троллейбусы, стало метро.

В городе началась паника. По словам пленных, «из числа руководителей бежали все, кто мог… Никакого порядка не было»[67]. Столицу покинули даже ближайшие подручные Гитлера — Геринг и Гиммлер.

22 апреля из тюрем были выпущены уголовники, которых привлекли к обороне города. Общая численность гарнизона к этому времени превышала 300 тысяч человек[68]. Гитлер объявил, что он остается в столице, чтобы оборонять ее до последнего человека.

Геббельс призывал солдат и жителей Берлина к стойкому сопротивлению, убеждая, что это принесет победу. Но фашистов уже ничто не могло спасти от неминуемого разгрома. Мощная лавина советских войск неудержимо двигалась к центру города — к рейхстагу и имперской канцелярии.

22 апреля 52-я гвардейская дивизия наступала в направлении Плетцензее и Сименштадта. Гитлеровцы, отступая в западном и юго-западном направлениях, оказывали упорное сопротивление: вели пулеметный и автоматный огонь с чердаков, из окон, подвалов, широко применяли фауст-патроны. На перекрестках дорог немцы устанавливали орудия на прямую наводку и баррикадировали улицы.

При наступлении в Берлине мы применяли тактику действий штурмовыми отрядами и группами (взвод, рота), усиленными артиллерией, танками, САУ, саперами, химиками и огнеметчиками, — вклинивались в расположение противника, расчленяли его оборону на куски. Изолируя кварталы и отдельные районы, мы затем овладевали ими. Боевой порядок штурмовых отрядов и групп эшелонировался в глубину с таким расчетом, чтобы действия пехоты поддерживались танками и самоходно-артиллерийскими установками, а танки охранялись пехотой и поддерживались САУ. Танки и САУ, двигаясь за пехотой, которая овладевала домами, уничтожали огневые точки. Сзади идущая пехота прочесывала и очищала подвалы, этажи, чердаки зданий.

В результате эффективной артподготовки, четкой организации и решительных действий подразделений дивизии и средств усиления в 11 часов 30 минут 800 солдат и офицеров противника вместе с 370 немцами в штатском сдались в плен подразделениям полка С. П. Зубова. Командир полка сразу же обнаружил образовавшуюся брешь в обороне. Гвардейцы, преодолевая сопротивление разрозненных групп стрелков-автоматчиков и уничтожая огневые точки противника, устремились вперед и в 19 часов 45 минут 22 апреля овладели пригородом Вейсензее.

Бойцы и командиры проявляли массовый героизм.

Командир орудия старший сержант Саплин попал под пулеметный огонь противника. Тогда он тут же развернул гаубицу и открыл огонь. Вражеский пулеметчик был уничтожен, наша пехота снова пошла вперед.

2-й батальон майора Сутягина 151-го полка с полковой батареей старшего лейтенанта Н. И. Евтухова при поддержке 2-го дивизиона 124-го артполка майора А. Л. Дубицкого 22 апреля отразил 5 яростных контратак врага. Немцы, не выдержав натиска гвардейцев и неся большие потери, отошли.

Отважно дралась и 1-я стрелковая рота старшего лейтенанта Петра Дмитриевича Алексешникова из 151-го полка. Надо сказать, что гвардейцы этой роты в каждом бою отличались. Так, например, при наступлении еще в Померании в первых числах марта 1945 года при прорыве обороны противника усиленная рота П. Д. Алексешникова за один день уничтожила более 400 вражеских солдат и офицеров, 260 взяла в плен, были захвачены крупные трофеи: 6 минометов, 2 пушки, 4 зенитных орудия, 20 автомашин, 2 танка и многое другое.

Смело и решительно эта рота действовала и при форсировании Одера. И вот теперь в боях на улицах фашистского логова бойцы во главе со своим командиром Алексешниковым продвигались в числе первых. Бойцы равнялись на своего командира, а гвардии старший лейтенант П. Д. Алексешников — человек храбрый, мужественный. Недаром он закончил войну, имея на груди десять правительственных наград, в их числе ордена Богдана Хмельницкого 3-й степени, Александра Невского, Красной Звезды, Кутузова 3-й степени, Отечественной войны[69].

Командир 5-й батареи 124-го артполка старший лейтенант Владимир Васильевич Жилинский в бинокль заметил, что машина начальника политотдела дивизии полковника Василия Емельяновича Горюнова вот-вот попадет в расположение немцев. Тогда он быстро организовал группу в 12 человек и пошел на выручку. В завязавшейся рукопашной схватке шесть фашистов было убито и трое взято в плен. Начальник политотдела был спасен.

[66] Г. Г. Семенов. Наступает ударная. Воениздат, 1970, стр. 267.

[67] Архив МО СССР, ф. 233, оп. 2352, д. 296, л. 238

[68] Архив МО СССР, ф. 239, оп. 2317, д. 90, л. 68.

[69] Ныне П. Д. Алексешников проживает в г. Анжеро-Судженске Кемеровской области, работает строителем.