Гвардейцы в боях: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

С выходом противника к середине июля 1942 года в большую излучину Дона в район Боковская — Морозовская — Миллерово — Кантемировка началась историческая битва под Сталинградом. В этом грандиозном сражении участвовала и 21-я армия.

Под натиском численно превосходящих сил противника наши войска, ведя тяжелые бои, продолжали отходить на восток. На широких просторах излучины Дона все лето 1942 года противник накапливал большие силы, перебрасывая с Запада свежие дивизии, артиллерию, танки, авиацию.

Части и подразделения 21-й армии, сдерживая в ожесточенных боях врага, переправились на левый берег Дона и заняли оборону.

12 июля был создан новый, Сталинградский фронт, на который возлагалась задача во что бы то ни стало удержать Сталинград, и не допустить выхода противника к Волге. (Позже, когда силы противника, наступающего на город, окончательно определились, Сталинградский фронт был разделен на два — был еще создан и Юго-Восточный фронт, который развернулся юго-западнее и южнее Сталинграда). 21-я армия, вошедшая в состав Сталинградского фронта, заняла полосу обороны северо-западнее города — от Серафимовича до станицы Клетской»

Гитлер и его генералы, не только не ослабляя, а, напротив, усиливая напор, все еще надеялись сломить сопротивление наших войск, разгромить их, чтобы закончить войну в 1942 году. Несмотря на огромные потери, гитлеровцы изо всех сил рвались к Сталинграду. Особенно усердствовала их авиация. Например, только за одни сутки 23 августа она совершила около двух тысяч самолето-вылетов. А это значит, что только за одни сутки тысячи семей лишились крова, тысячи людей погибли, тысячи детей потеряли матерей… Фашисты хотели потопить город в крови, вызвать среди населения панику, страх, чтобы все-таки овладеть городом и выйти к Волге. «День 23 августа был для сталинградцев беспредельно тяжелым, но вместе с тем он показал врагу, что стойкость и героизм наших людей, их выдержка и беспримерное мужество, воля к борьбе и вера в победу не могут быть поколебимы ничем. Это было результатом той большой воспитательной работы, которую вела коммунистическая партия с советскими людьми в мирные годы, которую в дни тяжелых испытаний продолжали вести партийные, комсомольские организации, наши командиры и политработники»[25].

Надеждам врага не суждено было сбыться. Наши войска, отходя в указанные им районы, занимали прочную оборону. Бойцы, проявляя железную стойкость и бесстрашие в бою, останавливали полчища врага.

14 июля 1942 года 8-я моторизованная дивизия войск НКВД была преобразована в 63-ю стрелковую дивизию. Изменилась и нумерация ее частей и подразделений. В ее состав вошли 226-й, 291-й и 346-й стрелковые полки, 26-й артиллерийский полк, 273-й отдельный истребительный противотанковый артиллерийский дивизион, 175-й отдельный минометный дивизион 120-миллиметровых минометов, 109-я отдельная зенитно-артиллерийская батарея, 53-я стрелковая разведывательная рота, 51-й отдельный батальон связи, 170-й отдельный саперный батальон, 400-я авторота подвоза, 23-я полевая хлебопекарня, 562-й медсанбат, 51-й ветеринарный лазарет и другие учреждения и мелкие подразделения[26]. Перед нашей дивизией в числе других соединений войск, находившихся в северной части излучины Дона, была поставлена задача проводить решительные наступательные действия, не давать противнику возможности накапливать свежие силы в направлении Сталинграда. Обстановка в полосе 21-й армии от Серафимовича до Клетской была очень тяжелой. На правом берегу Дона 304-я стрелковая дивизия с большим трудом удерживала маленький плацдарм у Серафимовича, а части 278-й стрелковой дивизии — в районе Клетской. Остальные дивизии, в том числе и 63-я, занимали оборону на восточном берегу, удерживая участки, где противник пытадёя — форсировать реку.

30 июля 63-я дивизия получила от командующего армией приказ переправиться на правый берег Дона в районе Серафимовича и во взаимодействии с 304-й и 124-й-стрелковыми дивизиями овладеть рубежом хуторов Иванушенский — Евстратовский с целью расширения плацдарма в этом районе.

Противник, разгадав наш замысел, сосредоточил основные усилия против оборонявшихся частей 304-й дивизии и стал их теснить. Договорившись с командиром этой дивизии полковником С. П. Меркуловым, мы решили: он частью сил сковывает противника с фронта, а другой частью во взаимодействии с 226-м стрелковым полком майора Г. Г. Пантюхова 63-й дивизии и с приданным 8-м танковым батальоном старшего лейтенанта И. И. Филатова наносит удар во фланг атакующего противника.

В результате двухчасового напряженного боя итальянский полк пехотной дивизии «Челере» был разгромлен, остатки были отброшены в западном направлении. Положение 304-й дивизии было восстановлено.

В этой операции особенно отличился 8-й танковый батальон, и в частности рота старшего лейтенанта И. И. Максименко, которая огнем из пушек и пулеметов, а также гусеницами беспощадно уничтожала, давила огневые средства и пехоту противника. Под стать этой танковой роте была и другая — лейтенанта А. К. Растрогана. Умело громила врага батальонная и полковая артиллерия, батарея старшего лейтенанта Н. Ф. Гусева.

Однако противник не хотел примириться с нахождением наших войск на правом берегу Дона. Подтянув резервы и создав численное превосходство в технике и живой силе, он предпринял серию контратак, в результате которых ему все же удалось прорвать оборону 304-й дивизии.

30 июля гитлеровцы овладели городом Серафимовичем, захватили станицу Клетскую. С потерей их мы лишились последних населенных пунктов на правом берегу Дона, за нами оставались лишь небольшие клочки земли.[27]

Враг всячески пытался сбросить нас в реку, но все его попытки оказались безуспешными.

В течение августа войска 21-й и 63-й армий вели активные наступательные действия против левого фланга немецкой группировки. В результате напряженных боев 14 августа 96-я стрелковая дивизия овладела хутором Затонским, а 304-я дивизия — хуторами Хоперским, Хованским и Рыбным.

63-я стрелковая дивизия получила задачу форсировать Дон и овладеть хуторами Мелоклетским и Меломеловским и прилегающими к ним высотами. Чтобы выполнить эту нелегкую задачу, пришлось проделать большую подготовительную работу. За дело прежде всего взялись саперы — 170-й саперный батальон капитана Н. Г. Баклана и саперные роты полков под общим руководством дивизионного инженера заготавливали лес. Работы не прекращались ни днем ни ночью, благо в глубине леса даже авиация противника не могла обнаружить саперов. Заготовленный материал сразу же доставлялся стрелковыми ротами к берегу.

А пока велись эти подготовительные работы, командующий артиллерией дивизии В. К. Потанин, начальник разведки С. С. Бессонов, командиры других подразделений на своих участках дополнительно организовали разведку наблюдением. Все замеченное на стороне противника тут же заносилось на планшеты, записывалось в журналы наблюдения. Заместитель по тылу подполковник интендантской службы П. Е. Конанчук принимал меры по обеспечению наступательных действий дивизии всем необходимым. Трудностей было хоть отбавляй, а тут еще дополнительные выявились: барханы сыпучих песков прямо-таки отрезали нас от станций снабжения, которые находились за 75—100 километров. Лошади и автотранспорт за одну поездку выводились из строя. Мы получили указание о заготовке продовольствия на месте. Но продовольствие — это ведь одна сторона снабжения. Другая, еще более важная — обеспечение дивизии всеми видами боеприпасов. К тому же надо эвакуировать раненых.

Военный совет армии принял срочные меры, и дороги на перевалах в основном были восстановлены. К началу активных действий войска армии были обеспечены боеприпасами и продовольствием, хотя и в недостаточном количестве. К утру 17 августа во всей полосе наступления дивизии была проведена инженерная разведка, данные которой позволили наметить участки форсирования, пункты переправы и исходные районы.

Многое нам было известно и о противнике. Оборона его проходила по хуторам Мелоклетскому, Меломеловскому и по прилегающим безымянным высотам. Организована она была по принципу отдельных опорных пунктов, находящихся в огневом взаимодействии.

После оценки обстановки и средств было принято решение силами передовых батальонов захватить плацдармы. Для обеспечения форсирования передовых отрядов и подразделений первого эшелона дивизии привлекалась вся полковая и дивизионная артиллерия и часть приданной. На время боя на плацдарме для сопровождения подразделений артиллерийская подготовка планировалась методом последовательного сосредоточения огня.

Немалую трудность при форсировании реки представляла организация связи и взаимодействия, особенно переправившихся подразделений с артиллерией, которая оставалась еще на левом берегу. Здесь большое искусство проявили начальник связи дивизии капитан В. Н. Настечик, командиры рот связи стрелковых полков и артиллерии. Для размотки кабеля с лодок и плотов были изготовлены специальные катушки, для переносных радиостанций сшиты непромокаемые мешки. Такая тщательная подготовка связистов и их самоотверженная работа во время форсирования реки позволили обеспечить бесперебойную связь и непрерывное управление частями и подразделениями дивизии. Задачи полкам первого эшелона были поставлены: 226-му стрелковому полку майора Г. Г. Пантюхова со средствами усиления форсировать Дон в направлении хутора Мелоклетского, передовым 3-м учебным батальоном капитана В. Т. Широкоумова овладеть рубежом северо-восточнее хутора, а главными силами полка — хутором; 291-му полку подполковника П. С. Бабича передовым батальоном капитана Н. Лискунова овладеть рубежом южнее хутора Меломеловского, главными силами полка — высотой безымянной. Начальник политотдела Н. Ф. Ведехин, комиссар П. Г. Коновалов с работниками политаппарата все время находились в частях и подразделениях дивизии, оказывая помощь командирам рот, политработникам по доведению задач до всего личного состава. Свою задачу подразделения могли выполнить только быстрой, организованной переправой и решительными действиями по захвату и расширению плацдарма. На это и нацеливался весь личный состав дивизии. Перед выходом на исходную линию для форсирования реки в ротах передовых батальонов были проведены короткие митинги.

С наступлением темноты 18 августа передовые батальоны и главные силы полков первого эшелона дивизии скрытно и бесшумно выдвинулись в указанные районы. Форсирование началось в первой половине ночи с соблюдением полной тишины и мер маскировки. Первыми переправу начали учебный батальон капитана В. Т. Широкоумова на лодках и понтоне из лодок А-3 и 1-й батальон капитана Н. Лискунова — на рыбацких лодках и плотах из бревен. Форсировав Дон, передовые батальоны в коротком бою сбили боевое охранение противника, захватили плацдарм и тем самым создали условия для переправы полков первого эшелона дивизии. Враг, не зная толком создавшейся обстановки и наших сил и боясь окружения, отвел остатки боевого охранения. Захваченные пленные принадлежали 9-му и 89-му пехотным полкам 5-й и 14-й пехотных дивизий 5-го румынского корпуса.

После короткой массированной артиллерийской подготовки батальоны первого эшелона начали продвигаться вперед. В полосе 226-го полка первыми поднялись в атаку бойцы 1-го батальона, а в 291-м полку — батальон капитана И. К. Стулина.

В первой половине дня 19 августа 226-й и 291-й полки выполнили задачи: в упорном бою они овладели хуторами Мелоклетским и Меломеловским и безымянной высотой. С целью восстановления рубежа обороны противник силою до пехотного батальона, роты танков при поддержке дивизиона артиллерии атаковал 226-й стрелковый полк. В это же время 291-й полк был атакован двумя пехотными батальонами противника, поддержанными дивизионом артиллерии среднего калибра.

Цепи подразделений залегли и открыли организованный огонь из всех видов оружия. Полковая и батальонная артиллерия вступила в борьбу с танками и пехотой противника прямой наводкой. Дивизионная и приданная артиллерия вела усиленную борьбу с вражеской артиллерией. Противник неоднократно пытался восстановить свое положение, но безуспешно. Хорошо помогала артиллерия 26-го гаубичного артполка дивизии полковника В. А. Чепова и поддерживающий тяжелый пушечный артполк подполковника Телегина. Особо отличалась батарея старшего лейтенанта Н. Ф. Гусева из 226-го стрелкового полка. Умело маневрируя, она прямой наводкой уничтожила четыре танка и более роты пехоты противника. Исключительную храбрость и отвагу в этих боях проявили бойцы орудийного расчета младшего сержанта В. Н. Манойлина. На орудие двигалось два танка. Бойцы не растерялись, подбили оба танка. Чтобы удержать захваченный рубеж, я решил ввести в действие 346-й стрелковый полк майора И. Ф. Юдича. Переправа этого полка была трудной, потому что противник, подтянув артиллерию и минометы, открыл по пунктам переправ усиленный огонь. Лишь к исходу дня полк переправился и, заняв оборону, прикрыл левый фланг 291-го стрелкового полка.

С утра 20 августа подразделения дивизии с целью расширения плацдарма возобновили наступление, но, к сожалению, успеха не имели. Противник не только оказывал упорное сопротивление, но и предпринимал неоднократные контратаки силою от роты до батальона с 8—10 танками, стремясь отбросить нас снова за Дон. Два дня продолжались напряженные бои, наши атаки сменялись контратаками противника, доходившими до рукопашной схватки. Подразделения дивизии дрались стойко и мужественно. Как показали пленные офицеры, в этих четырех суточных боях было уничтожено свыше 2100 солдат и офицеров, несколько танков 5-й и 14-й пехотных дивизий 5-го армейского корпуса румын. (Это же потом подтвердил генерал Стэнеску). 22 августа по указанию командующего 21-й армией генерал-майора А. И. Данилова наша дивизия с целью закрепления захваченных рубежей перешла к обороне, при этом особое внимание мы обратили на усиление флангов — правого 226-го и левого 346-го полков. В 291-м и 346-м стрелковых полках батареи противотанкового дивизиона назначались в резерв по борьбе с танками противника. Во всех полках были созданы подвижные отряды заграждения с необходимым запасом противопехотных и противотанковых мин. Командующий артиллерией подготовил заградительный огонь на флангах и стыках стрелковых полков. На флангах, стыках, а также на основных направлениях действий противника силами 170-го саперного батальона дивизии и саперных рот полков были созданы противотанковые и противопехотные минные поля.

24 августа в распоряжение командующего 6-й армией Паулюса следовала 100-я егерьская Восточно-Прусская дивизия генерал-лейтенанта Занне. Несколько позднее мы узнали, что Занне от Паулюса по радио получил задание — отбросить войска русских на левый берег Дона и тем самым восстановить положение частей генерала Стэнеску. Эту задачу Занне решил выполнить силой танкового батальона. Появление танков с десантом мы обнаружили вовремя, и поскольку их было много, нам стало ясно, что это какое-то новое соединение противника.

Посоветовавшись с командующим артиллерией дивизии и комиссаром и прикинув свои возможности (около тридцати орудий, которые можно будет использовать для стрельбы прямой наводкой, рота противотанковых ружей, противотанковые отряды заграждения плюс минные поля), мы нашли, что сил на отражение танков противника хватит, хотя и маловато бронебойных снарядов.

Даю указание: подпустить танки противника с десантом как можно ближе. Танки шли двумя эшелонами.

— Ничего, организованно встретим, товарищ полковник, опыт теперь у нас есть, — сказал В. К. Потанин. — Бойцы в укрытии, над головой пока чистое небо.

[25] Маршал Советского Союза А. И. Еременко. Битва за Сталинград, стр. 71.

[26] Архив МО СССР, ф. 1165, оп. 1, д. 30, л. 5.

[27] Архив МО СССР, ф. 335, оп. 5113, д. 129, л. 170.