Третий удар Тараса Лукича Гордеева пришёл из Петербурга: бумага из министерства, тридцать дней срока, статья о «возбуждении смуты». Павел Стрешнев — городской голова Бережанска, человек из другого

Зима 1882 года. Алексей Ракитин — полтора года как заперт в теле покойного городского головы уездного Бережанска. Первый губернский удар Гордеева отбит бумагой, но в январе из Петербурга пойдёт

Алексей Ракитин, заместитель мэра из XXI века, просыпается в теле купца Павла Стрешнева — городского головы уездного Бережанска в 1881 году. Паводок пережит. Авторитет заработан. Враги отступили, но

Он не герой. Не военный. Не гений-изобретатель. Он — чиновник. Алексей Ракитин, заместитель мэра современного города, привык решать проблемы цифрами, бумагами и чужими руками. После аварии он

Ноябрь сорок первого. Немец — под Москвой. А вчерашний окруженец Сергей Рябов уже не безымянный лейтенант: его, человека Судоплатова, слушает Лубянка. Зимний прогноз ложится на стол тому, кто решает,

Март сорок первого. Подполковник ГРУ Илья Воронин умирает на полигоне в своём времени — и приходит в себя в госпитале под Минском, в чужом молодом теле лейтенанта-разведчика Сергея Рябова. Памяти

Июль 1965-го. Выжженная напалмом деревня под Сайгоном. Инструктор спецназа из нашего времени приходит в себя в тощем теле двадцатилетнего парня из Вьетконга — и первым в нём просыпается не страх, а

«Карпатская зима» — третий том саги «Не та война». Январь 1915 года. 129-й Бессарабский пехотный полк начинает подъём на Лупковский перевал, чтобы войти в ударную группировку 8-й армии Брусилова.

Декабрь 1914-го. Прапорщик Мезенцев, в котором месяц назад очнулся историк-медиевист из XXI века, принят в «круг своих» штабс-капитана Ржевского через средневековый обряд verwundene Aufnahme —

Тренер по баскетболу из России, Алексей Волков, который всю жизнь мечтал стать профессиональным игроком, но из-за травмы колена был вынужден оставить карьеру после аварии приходит в себя в теле