— Я вам скажу — на Марту Купер. На миссис Джордж Купер, сестру мисс Глэдд. Вы знаете ее?
— Конечно нет! Никогда о ней не слышал! Что она делала…
— А вы, мистер Брегер, знаете ее?
— Нет. — Брегер выглядел еще более пучеглазым и взволнованным, чем обычно. — И могу вас заверить, я не нападал на нее и не избивал.
— Никто и не говорит, что это сделали вы. Но — что есть, то есть. Она лежит на террасе у открытого окна с пробитым черепом. На подоконнике стоит тяжелый бронзовый подсвечник, и, похоже, форма основания подсвечника совпадает с формой вмятины на ее голове. Но специально я их не сравнивал — полиция очень щепетильна в таких вещах, да и времени у меня не было. Я хотел…
— Вы хотите сказать, ее ударили подсвечником?
— Могу поспорить, что так.
— Она сильно пострадала?
— Она мертва.
У Данди отвалилась челюсть.
— Господи помилуй. — Он стоял с глупым выражением лица. — Ничего себе положение, — неопределенно произнес он, потом взглянул на заваленный стол и сказал, обращаясь к Брегеру: — Герман, тебе лучше пойти туда. А я разберусь здесь и тоже подойду.
Брегер поднялся, протестуя:
— Надо промыть чаны…
— Это подождет. Отправляйся. Скажи Россу, я скоро буду.
— Минуточку, — вмешался Хикс, обращаясь к Данди. — Я вас надолго не задержу. Полагаю, мистеру Брегеру лучше забыть о том, как вы погорячились некоторое время назад, когда прибыли сюда и обнаружили здесь меня. Насколько я припоминаю, дело обстояло следующим образом: я сидел и дожидался встречи с Брегером, вы вошли и заявили, что хотите поговорить с ним наедине, поэтому я вышел, чтобы подождать на улице. Ведь так это было? Видите ли, Брегер, даже если б и захотел, не сможет сообщить полиции, что привело меня сюда, потому что не знает этого. Тогда они обратятся ко мне, и, боюсь, мне придется признаться, что вы наняли меня, что я приехал сюда по конфиденциальному делу, — и они начнут допрашивать вас об этом деле, а вы сообщите им все, что пожелаете.
Брегер смотрел на Данди с выражением упрека и недоумения, но задумчивый и настороженный взгляд Данди был прикован к Хиксу.
— Не знаю, — продолжал Хикс, — достаточно ли ясно я выразился. Убили женщину, теперь всех нас пропустят через отжимное устройство и просушат. Возможно, мое предложение кажется малопонятным, но если вам неясно…
— Мне все абсолютно ясно, — отрубил Данди и повернулся к Брегеру: — Герман, нам предстоит чертовски неприятная процедура. Пожалуйста, отправляйся туда. Если Хикс описал положение дел неточно, позвони мне. А если все именно так, то, думаю, тебе следует сообщить об этом в полицию…
— Полиция уже здесь, — вмешался Хикс. — Я зашел в лесок и подождал, пока они не прибыли.
— Боже милостивый! — Данди перевел взгляд с Хикса на Брегера и еще раз повторил: — Боже милостивый! Герман, иди туда. И пожалуйста, забудь о моей вспышке, когда я увидел здесь этого человека. Мне хотелось переговорить с тобой наедине, и он вышел, чтобы подождать на улице. Ты понимаешь?
Брегер снял с себя фартук, бросил его на стул, выражение его лица нельзя было назвать счастливым.
— Я совершенно ничего не понимаю, — заявил он. — Совершенно. Ну ладно, ладно, согласен. Правда, я не очень гожусь для того, чтобы заниматься делом об убийстве. Да и чаны, как тебе известно…
Они все-таки выставили его из комнаты. Хикс открыл для него дверь, а затем закрыл ее за ним. Потом он сел и сказал:
— Хорошо, давайте проясним обстановку. Где доказательства того, что ваша жена продавала секреты Вейлу?
Данди неприязненно взглянул на него.
— Вы опять за свое.
Хикс кивнул:
— Вот именно. Без лишних слов, если не хотите, чтобы полиция связала это с убийством.
— К убийству это не имеет никакого отношения.
— И все-таки полиция сделает такую увязку.