— Я люблю тебя, Присцилла, помни это. — Голос Огдена звучал мягко и грустно.
— Я тоже люблю тебя. Но не делай больше попыток свести меня с Джулианом Родекером. Это причиняет мне боль.
— Поверь, Присцилла, я не знал, что вы вступаете в законный брак. Но теперь, когда оказалось, что вы действительно женаты, я, честно говоря, рад за тебя. Может быть, тебе удастся забыть прошлое и начать новую жизнь. Не бойся этого. И не отрекайся от своей любви.
— Что ты знаешь о любви?! — с горечью воскликнула Присцилла.
Она считала, что брат не имеет морального права поучать ее. По мнению Присциллы, Огден не был способен на глубокое чувство. Его романы, насколько ей было известно, обычно длились не больше месяца.
— В юности я любил одну девушку, Присцилла, — негромко сказал Огден. — И совершил огромную ошибку, расставшись с ней. До сих пор я сожалею об этом. В следующий раз я не сделаю подобной глупости. Заклинаю тебя, не бойся проявления своих чувств. Ты должна любить и быть любима.
— Ты даешь ненужные советы, Огден. Мы с Джулианом оформляем развод. У меня нет никаких шансов стать его настоящей женой. Он не любит меня. Джулиан никогда не сможет забыть Николь.
— Я спешу, у меня больше нет времени разговаривать с тобой. Но обещай мне, что ты не откажешься от Джулиана без борьбы.
— Я не могу обещать тебе это, потому что нас с Джулианом ничего не связывает. Как я могу удержать его? Ты просишь меня о невозможном.
Присцилла не желала, чтобы Огден вмешивался в ее личную жизнь. Брат всегда опекал ее, но на этот раз она не хотела позволять ему командовать собой и распоряжаться ее судьбой.
— Я прошу тебя только о том, чтобы ты поверила в себя, — промолвил Огден. — Ты обещаешь мне это?
Присцилла тяжело вздохнула. Огден неисправим.
— Береги себя, сестренка, — продолжал Огден, решив, что ее молчание является знаком согласия, и повесил трубку.
— Завтрак готов, — объявил появившийся на пороге гостиной Джулиан.
Ему не следовало подслушивать телефонный разговор Присциллы. «Мы с Джулианом оформляем развод», — сказала она, и у Джулиана кольнуло сердце. Но разве он сам не хотел этого?
Джулиан разложил по тарелкам омлет и наполнил два стакана апельсиновым соком. После вчерашней игры в покер он уже не знал, чего на самом деле хочет. «Он не любит меня», — вспомнились ему слова Присциллы. И она, конечно, была права… Присцилла считала, что он все еще любит Николь. И это действительно было так. Он навсегда сохранит светлую память о первой жене, матери своего сына.
Но ведь это вовсе не означало, что Джулиан больше никогда не вступит в близкие отношения с другой женщиной. Правда, он не сможет полюбить ее. Его сердце навсегда отдано первой жене. Ему нужна добрая милая подруга жизни, которая заботилась бы о нем и о Найджеле. Джулиан не хотел влюбляться, это только осложнило бы его существование.
— Я разговаривала с Огденом, — сообщила Присцилла.
Она была явно чем-то обеспокоена. О чем она думала? О звонке брата? Или, может быть, о вчерашней игре в покер на раздевание? Джулиан пытался вытравить из своей памяти воспоминания о голубых трусиках Присциллы и ее длинных стройных ногах.
— Как идут дела у Огдена?
— У него все в порядке.
— А зачем он звонил? — настойчиво продолжал расспрашивать Джулиан.
— Он хотел узнать, как мы поживаем.
— Надеюсь, ты сказала ему, что у нас все хорошо?
Джулиан, сидевший за столом напротив Присциллы, внимательно наблюдал за тем, как она с отсутствующим видом ковыряет вилкой в тарелке с омлетом. Молчание затягивалось.
— Присцилла, ты меня слышишь? — спросил он.
— Я сказала, что мы оформляем развод. — Присцилла бросила быстрый взгляд на Джулиана и тут же опустила глаза.
Джулиан откинулся на спинку стула. У него вдруг пропал аппетит.
— Признайся, ты этого действительно хочешь? — спросил он, пытаясь поймать ее взгляд, но Присцилла старательно отводила глаза в сторону.
— Конечно, хочу, — твердо заявила она и, вскинув голову, с вызовом посмотрела на него.