Присцилла опустилась в стоявшее рядом с кофейным столиком кресло и открыла книгу. Собственно, это была даже не книга, а переплетенная толстая тетрадь. На первой странице выцветшими чернилами было выведено слово «Дневник». Присцилла перевернула страницу, и у нее перехватило дыхание. «Дневник Дельфинии Хенвуд, начатый 11 октября 1888 года», — прочитала она.
— О Боже. Этого не может быть… — прошептала Присцилла.
Зазвонил стоявший на кофейном столике телефон. Присцилла бросила настороженный взгляд на Джулиана и увидела, что он зашевелился.
Присцилла быстро сняла трубку.
— Дом Джулиана Родекера.
— Присцилла? Это ты? — услышала она хорошо знакомый голос Огдена.
— Огден? Тебя плохо слышно. Откуда ты звонишь?
После ее так называемой свадьбы брат впервые дал о себе знать. Прежде Огден никогда не звонил ей, когда находился в командировках, поэтому Присцилла встревожилась.
— С тобой все в порядке? Ты не заболел? — спросила она.
— Подожди минутку, не вешай трубку… — Раздался какой-то щелчок. — Теперь меня лучше слышно?
Голос Огдена звучал отчетливо, помехи на линии исчезли.
— Намного лучше.
— Послушай, Присцилла, у меня мало времени. Я себя прекрасно чувствую, за меня не беспокойся. Я просто хотел удостовериться, что у вас с Джулианом все хорошо.
Присцилла только вздохнула, увидев, что Джулиан проснулся и теперь внимательно наблюдает за ней.
— Твой телефон отключен, и я забеспокоился, — продолжал Огден, — а потом решил на всякий случай позвонить Джулиану, и вот услышал твой голос. Значит, вы до сих пор женаты?
Присциллу раздражало праздное любопытство брата. Это он был виноват в том, что она попала в сложное положение.
Отвернувшись от Джулиана, не спускавшего с нее глаз, и прикрыв рот рукой в надежде, что он не услышит ее слов, Присцилла ответила, понизив голос:
— Это не совсем так.
Поняв, что Присцилла хочет поговорить без свидетелей, Джулиан быстро встал с дивана и тронул ее за плечо.
— Я пойду приготовлю завтрак.
Присцилла кивнула, и Джулиан ушел.
— Сестренка, ты меня слышишь?
— Да-да.
— В таком случае объясни мне, что у вас там происходит, — потребовал Огден.
Присцилла неохотно рассказала ему о тех обстоятельствах, которые заставили ее переехать в дом Джулиана Родекера, и о несчастном случае, произошедшем с ней в зоопарке. Конечно, она и словом не обмолвилась о событиях вчерашнего вечера, когда Джулиан затеял игру в покер на раздевание.
Когда она закончила, Огден несколько секунд молчал. Присцилла даже подумала, что их разъединили.
— По-моему, он тебе нравится, — наконец снова заговорил Огден.
— Конечно, нравится. Что здесь удивительного? Он добрый человек и хороший отец.
— Я не об этом говорю, и ты это знаешь, Присцилла. Мне кажется, что между вами…
— Прекрати, Огден. Ты прекрасно понимаешь, что у наших отношений не может быть будущего. Джулиан никогда не перестанет любить свою первую жену, а я не смогу довольствоваться его жалостью и состраданием ко мне, — с горечью сказала Присцилла.