Прикосновение: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Эти поиски должны были занять значительное время, и поэтому, пока они продолжались, Чарльз очистил дисплей и принялся выяснять все, что известно о докторе Алане Балмере. Он решил начать с базовых данных, и поэтому сперва запросил данные анализа крови Балмера.

Наконец он проверил содержание лекарственных препаратов в организме Балмера.

Как и предполагалось, в крови и моче не было обнаружено никаких ядовитых веществ.

Что ж, пока все в порядке. Кардиограмма и рентген грудной клетки также были в норме. Затем Чарльз изучил снимок, сделанный Балмером в Даунстейте, и проверил все радиографические срезы мозга на различных уровнях, с контрастным веществом или без него: инфарктов нет, опухоли нет.

Итак, у Балмера нет ни рака мозга, ни инсульта, и ничего удивительного в этом нет. Чарльз перешел к изучению биополя Балмера.

На экране компьютера высветилась горизонтальная диаграмма вчерашней 24-часовой энцефалограммы. Вначале на экране появились шесть параллельных зигзагообразных линий, которые составляли основной рисунок головного мозга Балмера, а затем компьютер выделил этот основной рисунок из прочих, оставив лишь колебания и вариации диаграммы.

Чарльзу сразу же бросилось в глаза, что основной рисунок энцефалограммы был в значительной мере аномален. В нем не было ничего ужасающего, но, судя по нему, вся базовая активность мозга была дезорганизована и заторможена.

Это обстоятельство удивило Чарльза. Трудно было поверить, что данная энцефалограмма принадлежит человеку в возрасте сорока лет, активно занимающемуся профессиональной деятельностью. По всем параметрам эта энцефалограмма должна была бы принадлежать глубокому старику с признаками старческого слабоумия.

Он вновь пробежал пальцами по клавишам компьютера. Первая картинка на дисплее была зафиксирована примерно в 7.15 — именно в это время впервые появилось колеблющееся изображение общего графика электрических импульсов головного мозга: поначалу оно было едва заметно, но затем с каждой минутой становилось все более отчетливым. Оно не было ограничено той или иной областью головного мозга, но затрагивало его целиком — кривые на диаграмме скользили вверх и вниз. Их колебания достигли наибольшего размаха в 7.45, после чего амплитуда каждой из волн стала уменьшаться, и окончательно они исчезли в 8.16.

Чарльз, прикусив нижнюю губу, откинулся на спинку кресла. Странно. До сих пор ему не приходилось наблюдать ничего похожего. Он убрал изображение с экрана. Возможно, виденное им есть результат каких-то случайных электрических помех в телеметрической цепи. Переключив картинку на экране, он нашел изображение вчерашних измерений от 7.37 вечера — здесь вновь повторился тот же самый рисунок, достигнув максимума вскоре после 8.00 и исчезнув в 8.35.

Еще более странно. Помехи, совершенно идентичные друг другу, имевшие место в течение одного часа каждая, с перерывом примерно в двенадцать с половиной часов.

«Час целительной силы»!

У Чарльза по спине пробежали мурашки.

Он поежился. «Это же смешно!» То была всего лишь помеха — удивительная, но все же только помеха.

Освободив экран, он включил изображение головного мозга Балмера на позитронном томографе... и ахнул. Если энцефалограмма вызывала у него сомнения, то нынешнее изображение было и вовсе обескураживающим. Просмотрев ряд позитронных томограмм, Чарльз обратился к компьютерным срезам. Последние давали вполне стандартное изображение с нормальными желудочками и извилинами и без всяких следов нарушения циркуляции в какой бы то ни было области мозга. Но, вернувшись вновь к позитронному томографическому изображению, он увидел вопиющие признаки патологии. Контрастное вещество, введенное Балмеру, не было усвоено мозговыми клетками должным образом. На обычном изображении было видно, что ничто не мешало усвоению глюкозы клетками мозга, но на томограмме желтые и оранжевые области активной деятельности мозга были заметно ограничены, а остальные зоны и вовсе были затемнены, указывая на то, что они вообще не поглощают глюкозу. В этих зонах нейроны не работали.

Это означало, что целые области головного мозга Балмера вообще не функционируют.

У Чарльза закружилась голова. Ему приходилось и раньше видеть подобные аномалии, но не в мозгу, где все было абсолютно нормально в плане анатомии и со стороны сосудистой системы.

Компьютер загудел, и в нижнем левом углу дисплея вспыхнула надпись:

«ПОИСКИ ЗАВЕРШЕНЫ — НАЙДЕНА КОРРЕЛЯЦИЯ 0,95».

Чарльз поспешно освободил экран и потребовал:

«ВЫДАЙТЕ СПИСОК КОРРЕЛЯЦИЙ».

Погудев, компьютер выдал ответ:

"ИСТОЧНИК — БАЗОВЫЕ ДАННЫЕ НАЦИОНАЛЬНОЙ МЕТЕОРОЛОГИЧЕСКОЙ СЛУЖБЫ.

Корреляция: «временные координаты всех данных совпадают со временем высокого прилива в Заливе Лонг-Айленд у Глен-Коув, штат Нью-Йорк. Прилив начинается примерно за 30 минут до максимальной высоты и прекращается примерно 30 минут спустя».

Чарльз рухнул в кресло. Вот оно! Ему хотелось выяснить ритм действия так называемого «Часа целительной силы» Балмера, и он его выяснил. Этот ритм совпадает с одним из самых древних ритмов на земле — ритмом прилива. Это обстоятельство внушало Чарльзу мистический ужас. Он вскочил и принялся ходить вокруг стола для того, чтобы снять напряжение и размять мускулы. Перед глазами его стояли эти две синусоиды, вспыхивавшие на экране с промежутком в двенадцать с половиной часов. Ведь действительно, море прибывает и убывает дважды в день с разрывом примерно в 12 часов. Он проверил отметки на экране и зафиксировал моменты появления и исчезновения каждой кривой — от 7.15 до 8.16 утра и от 7.37 до 8.35 вечера. Если эти кривые действительно отражают «Час целительной силы» Балмера и он связан со временем прилива, то высшая точка прилива должна приходиться на чертову середину этих периодов. Чарльз вычислил средние значения и вновь уселся за компьютер:

«Установить корреляцию с высшей точкой прилива в заливе Лонг-Айленд у Глен-Коув на 11 июля: 7.45 утра и 8.06 вечера в соответствии с базовыми данными Национальной метеорологической службы».

Компьютер почти сразу же загудел.

«НИКАКОЙ СКОЛЬКО-НИБУДЬ ЗАМЕТНОЙ КОРРЕЛЯЦИИ».

Проклятие! Если бы хоть здесь обнаружилась корреляция, то у него уже было бы что-то конкретное на руках.

Стоп! Балмера не было возле залива Лонг-Айленд, когда проводилось это обследование. Он был здесь — на Парк-авеню в Манхэттене. Ближайший водоем — Ист-Ривер. Чарльз вновь склонился над клавиатурой: