Владычица ночи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

   Герман снова рассмеялся и ушел, словно растворился в предрассветной мгле, а эхо его дерзкого смеха все еще продолжало звучать в ушах Вилджена.

* * *

   Пришел день, и Менестрес пришлось рассказать Джеймсу правду о том, кто она. Это произошло не по ее желанию, хотя она и собиралась уже открыться ему, а в силу обстоятельств.

   Они вдвоем возвращались из театра. Менестрес любила ходить туда вместе с Джеймсом. Наблюдая за действием, разыгрываемым на сцене, он еще больше походил на того, кем был когда-то. И вот, они шли к дому Джеймса. Было уже довольно поздно. Вечернюю, даже уже скорее ночную, темноту рассеивал лишь электрический свет фонарей. Они были уже в двух кварталах от дома Джеймса, когда впереди их из тени домов отделились несколько темных фигур, и раздался насмешливый голос:

   — Так-так, кто тут у нас?

   Джеймс тревожно оглянулся и увидел, что сзади них тоже выросли двое или трое человек. Он понял, что дело плохо. Загородив собой Менестрес, он начал медленно оттеснять ее к стене дома.

   — Разве вам никто не говорил, что ночью гулять по городу опасно? — продолжал все тот же насмешливый голос.

   К ним подошел здоровый детина с короткой стрижкой, он был явно не сильно обременен интеллектом. Криво ухмыляясь, он поигрывал длинным ножом. За ним стояли еще трое, подобных ему, и тоже кто с ножами, кто с кастетами.

   — У, какая куколка, — сказал детина с ножом, который, видимо, был у них главным, разглядывая Менестрес своими масляными глазками. — Думаю, всем нам сегодня будет очень весело.

   Сзади тут же послышалось гоготанье и улюлюканье его дружков.

   — Ладно, так и быть. Сегодня мы добрые, так что ты, — детина ткнул пальцем в Джеймса, — можешь убираться, оставив нам свой бумажник. А с тобой, киска...

   Главарь протянул руку к Менестрес, но договорить так и не успел. Кулак Джеймса точным ударом влетел в его солнечное сплетение. Он не ожидал этого, так что испытал всю силу удара. Он выронил нож и, согнувшись пополам, попятился назад, ревя, как раненый медведь:

   — У-у, сукин сын!

   Секундой позже рука в кастете обрушилась на голову Джеймса. В его глазах потемнело, и он рухнул наземь. Менестрес увидела, а точнее почувствовала запах крови, и сердце ее сжалось от страха.

   Тут главарь, наконец, разогнулся, и со словами: «Это было большой ошибкой с твоей стороны», занес над Джеймсом ногу для удара, когда услышал:

   — Не смейте его трогать, иначе пожалеете!

   — Ты тоже отплатишь за ошибку своего друга, — сказал он, оборачиваясь.

   Было темно, и он не заметил, каким неистовым огнем горят глаза Менестрес. Она беспокоилась за Джеймса, и одновременно в ней проснулся охотник, хищник. Машинально она ощупала языком остроту своих клыков.

   — Схватите ее, сейчас мы развлечемся, — приказал главарь остальным.

   Это было большой ошибкой с его стороны. Первый, кто приблизился к Менестрес, сначала услышал шипенье, а в следующий миг уже летел на другую сторону улицы и, врезавшись в стену, затих. Следующие двое последовали за ним. Четвертый имел глупость вытащить нож, и прежде, чем он успел нанести удар, Менестрес сломала ему руку. Он взвыл, и она отшвырнула его. Теперь она осталась один на один с главарем. Видя, что произошло с его дружками, он вытащил пистолет, но это не произвело никакого впечатления на Менестрес. Она приближалась к нему, говоря:

   — Я чувствую твой страх!

   Главарь выстрелил, пуля пробила ее грудь насквозь, но она даже не поморщилась и продолжала идти к нему. Ее раны зажили тотчас же.

   Джеймс видел это, и все, что было потом. Он не мог встать, его голова гудела, в глазах иногда двоилось, но он видел. Он видел, как детина разрядил в Менестрес целую обойму, но она даже не замедлила хода. Подойдя к нему, она схватила его за горло и приподняла над землей. Он начал задыхаться, выронил бесполезный пистолет, рука держала его железными тисками.

   Приблизив губы к его уху, Менестрес сказала:

   — Пришел час расплаты.

   И вампирша погрузила свои острые клыки в его горло. Она с наслаждением пила кровь этого подонка. Когда она, наконец, выпустила его, он как тряпичная кукла повалился на землю. Но он продолжал дышать. Менестрес пила его кровь, но не выпила его жизнь. Несмотря на все их поступки, она не хотела их убивать.

   Менестрес склонилась над Джеймсом и облегченно вздохнула. Он был жив. Рана на его виске была не опасна, хотя и сильно кровоточила. Глаза его были открыты, он смотрел на нее, но, казалось, не узнавал. Сознание его все еще было затуманено. Менестрес подняла его, словно пушинку и отнесла к нему домой. Сам он вряд ли смог бы дойти.

   Она понимала, что он видел хоть и не все, но многое, она чувствовала это. И того, что он видел, было достаточно, чтобы все понять. Но сейчас это было не главное. Сначала она должна вылечить его, а потом... будь что будет.

   Окончательно Джеймс пришел в себя уже в своей комнате. Его голова покоилась на коленях Менестрес, и она своими тонкими и нежными пальцами осторожно протирала его рану на виске, чтобы прекратить кровотечение.

   Медленно, словно нехотя, его мозг восстановил картину происшедшего. Джеймс вспомнил Менестрес, погружающую клыки в горло того подонка и невольно вздрогнул. Он попытался резко сесть, но в глазах у него тут же потемнело. Тогда он попробовал сделать это медленно и, как ни странно, у него получилось. Комната больше не пускалась в пляс. Он облокотился на спинку дивана, посмотрел на Менестрес и, наконец, спросил: