— Стой! Буду стрелять! — Девушка подняла карабин, прицелилась поверх головы незнакомца. Мужчина не останавливался.
Алиева, приподняв карабин еще выше (ведь не так просто целиться в человека, когда не уверена, что это враг), выстрелила. Выстрел громом покатился в горы.
Мужчина будто ждал этого. Он упал на землю, потом вскочил и прыгнул в кусты.
Зара выстрелила еще раз и услышала вскрик.
Из землянки выскочили Давыдова и Зина. Зара, увидев, как задергался в траве кабель, схватила телефонную трубку.
— Алло! Алло! «Дон»…
И вдруг шорох в трубке утих. Линия молчала.
— Назад! — скомандовала Давыдова. — Всем в землянку!
Землянка была вырыта глубоко в склоне бугра, ее нельзя было сверху забросать гранатами, и только спереди имелись подступы для нападения.
Зара поползла к землянке, волоча за собой карабин и умолкнувший аппарат. Уже в самых дверях она поднялась и упала через порог головой вниз.
Ее втащили внутрь, плотно прикрыли дверь. Никто не слышал чужого выстрела, но правое плечо Зары оказалось пробитым, гимнастерка на груди быстро набухала от крови. Потерявшую сознание девушку положили на нары. Сергей и Рая дрожащими руками разрезали на ней одежду.
На низкой передней стене землянки, возле двери, розоватым прямоугольником выделялось небольшое окошко.
Давыдова, обмотав портянкой руку, продавила стекло и выставила во двор ствол автомата. Зина прислонилась к стенке с другой стороны окошка, осторожно просунула и свою винтовку.
— Шлейф перерезали, — шепотом сказала Зина Давыдовой. — На ротном посту и не догадаются, что тут делается.
— Отобьемся сами, — буркнула младший сержант.
В окошко влетели и пропели шмелями пули.
— Что за черт! — вскрикнула Зина. — Откуда стреляют?
Вон, далеко за наблюдательной площадкой, стоит стройная пихточка. Ее ветки четко вырисовываются на фоне угасающего неба. Небольшая полянка за деревом поросла кустами терна. Дальше, за бугром, ложится на землю широкая расплывчатая тень бука…
Зине показалось, что ветки пихточки шевельнулись. Девушка прицелилась и нажала спуск. Гром выстрела глухо потряс землянку. Потянуло пороховым дымом.
— Отодвинься от окна! — закричала Давыдова. — Без команды не стрелять.
Дым поплыл по землянке, кисловатый запах сгоревшего пороха щекотал в ноздрях. Девушкам показалось, что за наблюдательной площадкой шевелится высокая трава.
— Малявина, — шепотом сказала Давыдова, — подай гранаты!
— Ты, русиш швайн, сдавайс! — прозвучал где-то совсем близко хриплый голос.
Девушки молчали. Люба часто застучала зубами. Она подползла ближе и всунула в-руки Зины и Давыдовой по гранате.
— Даю три минуты размышлять. Через три минуты — капут! Сдавайс — не будет капут…
— Девочки, — тихо проговорила Давыдова, — не сдадимся!
Малявина всхлипнула.
Самообладание на мгновение оставило Давыдову. Она зашипела на Любу:
— Цыц, змея, убью!
Эта внезапная нервозность Давыдовой, всегда сдержанной и спокойной, потрясла девушек. Люба икнула и утихла. Она придвинулась к Зине, прижалась к ней, будто искала защиты.